Чужое небо
Шрифт:
Послышался глухой удар гранаты об асфальт и через пару секунд ревущее пламя взметнулось высоко вверх, обдавая всё вокруг нестерпимым жаром. Граната была термической и не стоило опасаться шальных осколков. Зато раскалённый напалм, стекая в щели и провалы, сжигал всё на своём пути, уничтожая затаившуюся под асфальтом смерть.
Заглушая гул пламени, раздался жуткий треск и невыносимый вой смертельно раненой твари. Земля под ногами вздрогнула и Кот, нелепо взмахнув руками, упал.
Влад схватил
В следующее мгновение стало тихо. Абсолютно тихо. Никаких шорохов, никакого ветра. Мирон поднялся во весь рост и вышел из-за укрытия. Влад и новобранцы поспешили за ним.
Прямо за кирпичной кучей зияла яма, на дне которой лежало нечто, схожее с толстой громадной гусеницей. Длинные обожжённые напалмом щупальца были разбросаны во се стороны. Их были десятки и часть из них вплавилась в горячий асфальт. Те, что избежали такой участи, судорожно вздрагивали в последней горячечной агонии.
Мирон встал на краю ямы и короткой скупой очередью разнёс голову твари, увенчанную короной нелепых наростов и дюжиной чёрных глаз. Пули разорвали мягкую кисельную плоть и дно ямы тотчас наполнилось мутной зелёной жижей.
— Уходим, — сказал Мирон, — вспышку могли засечь.
Новобранцы подошли к яме, с ужасом разглядывая останки существа. Совсем рядом, на исковерканном взрывом асфальте, лежал и остов бойца. От пламени взрыва куртка на нём сгорела, обнажив голые кости. Анхель, увидев это, страшно побледнел и несколько раз перекрестился, бормоча что-то по-испански.
Мирон снова пошёл первым, держа наготове автомат. За ним, ступая след в след, тронулись новобранцы. Задержавшись у остова бойца, Влад наклонился, сорвал с шеи скелета медальон и сунул его в карман.
Приближались сумерки. Чужое оранжевое небо становилось тяжёлым, бурым и, казалось, вот-вот рухнет всей своей громадой на мёртвый город. Стали просыпаться ночные стервятники и одного из них, вылезшего было из громадья каких-то обломков, Мирон срезал из автомата. Настало время определяться с ночлегом, и был выбран одинокий дом, стоящий на пустыре.
Дом оказался почти не повреждённым. Лишь окна и двери зияли как пустые оскаленные пасти. Зато, все три этажа и, даже, крыша были целёхоньки. Мирон обошёл мрачное, давно покинутое жилище и остался доволен. Он подал знак заходить и маленький отряд, держа наготове оружие, вошёл внутрь.
Большой холл от пола до потолка был чёрным от копоти и завален каким-то хламом. Повсюду, отбрасывая причудливые мрачные тени, висели лоскуты паутины. Она обладала прочностью рыбачьей сети и приходилось пустить в ход ножи, чтобы пройти вперёд.
Хозяева паутины были здесь же. Они испуганно жались по углам, никак ни ожидая такой крупной добычи. Мирон велел пауков не
На второй этаж вела широкая лестница с балюстрадой, сплошь усеянная пустыми коробками и обгоревшими листками бумаги. Должно быть, дом в недалёком прошлом представлял из себя что-то административное и хозяева в спешке побега пытались избавиться от документов.
Отряд, раздвигая паутину и поминутно спотыкаясь о брошенные вещи, пробрался на второй этаж. Здесь, вдоль длинного коридора располагалось множество кабинетов. Все, без исключения, двери были распахнуты и по коридору гулял сквозняк, играя нитями паутины и мелким мусором.
На ночлег определили просторную комнату с двумя окнами. Здесь было относительно чисто и с потолка не свисала лохмотьями паутина. В дальнем углу виднелись сдвинутые друг к другу столы, на которые в беспорядке были навалены стулья.
— Огня не зажигать, — строго напомнил Мирон, усаживаясь возле окна прямо на пол.
Новобранцы, шатаясь от усталости, ушли в угол и принялись снимать с себя припасы и оружие, раскладывая всё на длинном пыльном столе.
— Дежурить лучше нам, — сказал Влад, опускаясь рядом с Мироном.
— Согласен, — кивнул Мирон, — желторотые умаялись до предела. Пусть спят.
— А где ты их подцепил? — спросил Влад, доставая из рюкзака галеты и пакетик изюма.
— Это все, кто выжил на Перевале, — со вздохом сказал Мирон.
— Вот как? — Влад распечатал галеты, но есть отчего-то не хотелось. Перед глазами мелькали картины прошедшего дня: скиб, бредущий по перекрёстку, труп бойца, объеденный до скелета и огромная мёртвая гусеница на дне ямы.
Подошёл Анхель и протянул флягу со скрученной крышкой.
— Рor favor, camarada, — сказал он, застенчиво улыбаясь.
Влад взял флягу и пригубил. Скорее, чтобы не расстраивать новичка отказом. Во фляге оказалось вино. Настоящее земное вино! Влад удивлённо хмыкнул и уже с неподдельным удовольствием приник к горлышку.
— Хорошее вино, — похвалил он, с сожалением возвращая флягу.
— S'i, esun buen vino, — радостно закивал Анхель и ушёл в свой угол, где они с Котом уже разложили на краю стола брикеты с сухим пайком.
Услышав запах съестного, к комнате заспешили пауки. Они облепили дверной проём, не решаясь заползти внутрь. Влад кинул им пару галет и те стремительно посыпались на пол, устроив жуткую потасовку. Щёлкая жвалами, они рвали друг у друга заветные крохи.
— Зря ты их приваживаешь, — сказал Мирон. — Теперь не отвяжутся.