Чужое дело
Шрифт:
Зимой Верочке особенно хотелось иметь много денег. Понятно, ведь сапоги дороже босоножек. А хозяйку норковой шубки греет не только мех, но и мысль: «Внимание, на мне надета роскошь!» Мало того, если ты богат, ты можешь вообще не заметить русские морозы где-нибудь на Мальдивах.
Увы, у Верочки не было ни шубы на плечах, ни бунгало на берегу океана. Зато имелись долги, признаки сумасшествия и плохое настроение из-за холода и хмури за окном. Оно немного улучшилось после того, как она накануне сдала своему редактору статью о возможной
— Интересно все же, что у вас за источники? — с некоторой завистью спросила она у коллеги.
— Непересыхающие, — отшутилась Верочка.
Ладно, хватит хандрить. В конце концов, сегодня суббота. День, когда можно и нужно долго поспать и на законных основаниях лениться. Самый подходящий день для свидания. Даже если у ее избранника вылетят из головы все комплименты, он станет громко смеяться и дружески пинать ее ногой под столом, она не будет против. Ведь в отношениях с мужчиной не это главное. Сегодня для Верочки главным будет вкусно поесть. Потому что в ее холодильнике осталась одна баночка йогурта, а в магазин идти не хотелось. Коварство супермаркетов в том, что там только у кассы замечаешь: ты превысила сумму не только минимальной, но и средней зарплаты. И при этом ничего особенного не купила...
Нет, Верочка не будет чувствовать себя стесненной в средствах и в любви. Она красива и соблазнительна. У Васи Чемоданова дыхание перехватит, когда он увидит ее в модной юбке цвета вишни и совершенно новой полупрозрачной блузке оттенка цветущей сакуры. Верочка как углядела эту красоту в бутике, так сразу и поняла, что обязана ее купить. Пусть сначала это показалось ненужной тратой, очевидным перерасходом ее скромного бюджета. На самом деле это выгодная инвестиция. Ведь у каждого нормального мужчины, а тем более состоятельного юриста, должно появиться немедленное желание дополнить это великолепие, например, рубинами. Да и, между нами говоря, бриллианты к ансамблю подойдут...
Верочка начала готовиться к ужину сразу после завтрака: расслабляющая ванна, бодрящая эпиляция, нелегкий выбор помады, стрелка, появившаяся на колготках в самый последний момент. Но, несмотря ни на что, в восемь вечера Верочка улыбалась, благоухала, готова была манить и околдовывать.
Новый знакомый позвонил ей на сотовый, сообщил, что его «тойота» ждет у подъезда. Когда Верочка спустилась, Вася сильно принял вбок и открыл ей дверь изнутри. Мог бы, конечно, прикатить на «бентли» и выйти из машины, но не будем придираться, вдруг это у него такая лечебная гимнастика...
Верочка предпочла не просто французскую кухню, она выбрала единственный ресторан в Москве, с владельцем которого была знакома.
— Ого, какие гости! — Дмитрий Лунев — ресторатор и муж Альбины Сотовской — не имел привычки забывать старых друзей, особенно хорошеньких и рыжеволосых. — Давно не виделись, красавица. Сейчас поищем столик.
— Не надо, нас уже ждут, — остановил его юрист.
Так они удивили друг друга. Верочка Васю личными связями с хозяином заведения, он ее — теснотой за их столиком.
— Мы вчера закончили важную сделку и сегодня решили отметить это дело, — сообщил длинноволосый юрист. — Знакомьтесь, это Вера Малахова, а это Гена Фролов и Карина Покровская.
— Здравствуйте. — Верочка изобразила улыбку, но вообще-то удивилась.
А как же «ты и я», «глаза в глаза», «рука в руке» и все такое?
Граждане, знающие законы, заказали устриц. Верочка отважилась на салат с черными трюфелями. Это вроде грибы и не мухоморы, значит, есть можно. Хорошо, что у Димки совсем не снобский ресторан и в меню блюда указаны и по-французски, и по-русски.
— Вера, что же вы не отведали деликатес? Устрицы опасно есть только летом, — слегка снисходительно обратилась к ней Карина. — Планктон в море становится токсичным. Так что их едят только в те месяцы года, в названии которых есть буква «г». Сейчас — самое время.
«Сразила наповал, — хмыкнула про себя Верочка. — Еще спроси у деревенщины, бордо какого шато я предпочитаю».
— Верочке, наверное, просто надоели устрицы, — довольно ухмыльнулся Вася. — Ее помнит в лицо здешний босс, она тут завсегдатай.
— О! — Карина проявила неподдельный интерес. — Как, вы сказали, ваша фамилия?
Кто ваш папа или муж? — было написано у нее на лице.
— Обойдемся без проверки документов. — Верочка произнесла это так, будто еще и паспорт не получала.
— Ха-ха, у нее чудесное чувство юмора, — восхитился Чемоданов.
Было видно, что он гордится своей спутницей. У нее сложилось впечатление, что он выставляет ее напоказ, как медаль. Но у этого украшения оказался довольно острый язычок. Верочка, чтобы не наброситься на еду, как голодный волк, попробовала вклиниться в разговор:
— Значит, вы юристы? А какие: уголовники или цивилизованные люди? — как бы пошутила.
— Она прелесть! — вскричал Вася. — Она знает разницу между специализацией по уголовному и гражданскому праву.
— Только специалистов по гражданскому праву называют цивилистами, — занудным тоном поправила Карина. — Мы они и есть.
— Простите, не знала, что вас нельзя называть цивилизованными людьми, — покаялась Верочка.
Карина убила ее взглядом и завела сугубо деловую беседу:
— Итак, на чем мы остановились? На вопросе инвестиций. Здесь много подводных течений. Например, товарищество на доверии придумали специально, чтобы кинуть как можно больше лохов.
— Ежу понятно, что надо заключать договор о долевом участии...
Да, все пошло совсем не так, как представлялось Верочке. Она здесь будто для мебели. Ее губы скоро разучатся произносить слова и застынут, как у Джоконды. Если бы Василий был художником-копиистом, из этого еще получился бы толк. А так...
Верочка подавила вздох. Ладно, пусть в качестве отбеливателя для черной полосы в ее жизни выступит не мужчина, а белое вино и еще трюфели, не говоря уже о нежнейшей телятине под каким-то умопомрачительным соусом. Все не так уж плохо!