Чужие игры
Шрифт:
Опустившись на колени возле костра, он привычно бросил на угли подготовленные травы. Специально вымоченные растения не воспламенились, но стали испускать густые клубы дыма и пара. Вдохнув их, Тавис начал тихо петь и проваливаться в транс.
Мир изменился и сын вождя погрузился в великую реку духов, в чьих водах находят прибежище покинувшие этот мир. Жители этого измерения зашептались между собой, увидев незваного гостя. Но сегодня Тавис пришел не к ним, потому не обратил внимания на их бормотание. Сын вождя искал следы, высматривал тропинку, по которой Артем проскользнул к своему покровителю.
Тавис мысленно потянулся к одной из них, но под его неосторожным прикосновением золотая нить утратила целостность и развеялась. При этом Тависа обожгло, будто он прикоснулся к раскаленному мечу в кузнице.
Перетерпев боль, сын вождя совершил вторую попытку, на этот раз действуя более аккуратно. На мгновение его сознание начало скользить вдоль этой нити, правда это длилось совсем недолго. Та снова развеялась, принеся новую порцию боли. Но в этот раз Тавис был готов терпеть.
Небольшой успех добавил уверенности и сын вождя подступил к третьей нити, при этом отметив, что тех осталось не так уж и много. Количество попыток не бесконечно.
Тавис заставил себя действовать ещё нежнее и более рискованно. Не цепляться за нить силой и пытаться самостоятельно идти вдоль нее, а отдастся её власти, полностью отключив самоконтроль — опасное решение, потеряв контроль можно и не покинуть воды великой реки.
Перед прикосновением нить, помимо воли молодого шамана, неожиданно уплотнилась и уверенно ухватила сознание Тависа, утаскивая его в неведомые глубины...
Когда к нему вернулась возможность видеть, ощущать и мыслить, сын вождя обнаружил себя стоящим посреди леса. Ему открылся невероятный дивный мир, созданный из золота. Оглядываясь по сторонам, Тавис поражался красоте и необычности этого места.
— Кто ты, смертный? — неожиданно раздался голос, казалось он звучит отовсюду и сын вождя не увидел вопрошавшего. В голосе улавливался интерес и не было злобы, но ощущалась невероятная сила.
— Я Тавис, третий сын Сахи, — привычно представился он, вертя головой.
— И зачем ты здесь, Тавис, третий сын Сахи? — полюбопытствовал голос.
— Я пришел просить силу, — осмелился произнести он.
— У тебя она уже есть, ведь ты смог достучаться до моего мира, — со смешком произнес голос.
— Я не об этом. Я видел, как воин, посланный тобой, сокрушает врагов. Я пришел просить даровать и мне такую же силу, о великий, — Тавис опустился на одно колено и склонил голову, выражая почтение.
Над золотым миром воцарилась тишина.
— Ты встречал человека с моей силой? Опиши его, — приказал голос. Интонация изменилась, теперь голос выражал нетерпение.
— Молодой, высокий и крепкий, темные короткие волосы и карие глаза, прямой нос, странно одет, понимает наш язык...
— Хватит, — остановил Тависа голос. — Я услышал тебя, смертный.
Опять воцарилась тишина и Тавис не решался нарушить её, он продолжил стоять на колене, покорно опустив голову и ожидая решения.
— Хорошо, смертный, ты получишь свою силу, ведь ты за этим пришел, — твердо ответил голос, источая недобрую радость. — Но
Тавис не успел ничего ответить, как его тело сотряс удар невероятной силы. Боль была нестерпимой и лишала разума. Поток энергии казалось выжигал саму душу.
— Ты выполнишь моё желание, смертный, — донеслись до его сознания слова Хозяина у которого нет имени. — Ты найдешь высокого человека и приведешь его ко мне! А теперь иди, смертный! Исполни мою волю!
Сын вождя стремительно покидал золотой мир...
...Дом шамана был превращен в руины, он не вынес напора силы, что влилась в Тависа.
Все хмэры, разбуженные небывалым грохотом и мимолетной ярчайшей вспышкой, покинули свои дома и с опаской смотрели на место взрыва, но не решались подступиться ближе. Лун этой ночью на небе не было, а бледного света звезд было мало, чтобы что—то рассмотреть.
И только вождь решился подойти.
В неверном свете факела, Саха увидел, как среди руин поднимается на ноги его третий сын.
— Сын! Что случилось? — крикнул он, но не был услышан — Тавис молча двинулся прочь, он покидал поселение и не оборачивался на зов. — Сын!
Саха подбежал ближе и попытался его остановить, ухватив за плечо и развернув к себе лицом.
В следующий миг их взгляды встретились и отец увидел, что глаза сына сияют ярким диким золотом. В этих глазах не было узнавания и понимания, лишь нечеловеческая устремленность. Это были чужие глаза.
— Сын? — растеряно пробормотал Саха. — Ответь мне, сын! Тавис!
Но его крик опять не возымел влияния.
Мощным толчком Тавис отшвырнул отца прочь. Удар был нечеловеческой силы и Саха услышал, как ломаются его ребра.
Не замечая этого и не осознавая глубины причиненного зла, Тавис продолжил свой путь. Перед ним стояла чёткая цель и на пути к ней не должно быть преград.
Нельзя огорчить Хозяина...
Глава 13
Артём Соколов. Первые ответы
Маленький караван как обычно в полдень остановился на привал, выбрав для стоянки затенённое место. На небе не было ни единого облака и солнце ощутимо раскаляло мостовую тракта. Люди весело переговаривались, занимаясь привычными делами, одни готовили еду, другие таскали дрова, а кто—то ухаживал за животными. В котле варился общий обед, распространяя приятный запах вокруг. Лошади флегматично жевали овес, время от времени тихо пофыркивая и отмахиваясь от надоедливых насекомых.
Артём сидел под деревом, скрестив ноги по—турецки. Его глаза были прикрыты, а лицо спокойным. Руки лежали на коленях, ладонями вверх. Он постигал новую для себя науку — магию.
— Магия — это инструмент влияния на реальность посредством оперирования энергией, — продолжил читать импровизированную лекцию старый маг—воздушник. — По своей сути она разделена на два основных направления: божественную и природную. Первая, как следует из названия, дарована людям богами. Энергия для воплощения заклинаний этой ветви так же приходит извне. Вторая — является следствием самостоятельного развития человечества и не зависит от воли богов. Маги природного направления черпают энергию из силовых линий самого мира.