Чужая жизнь
Шрифт:
Кусанаги настороженно переводила опасливый взгляд с зажатого в моей правой руке тренировочного меча на меня и обратно. Хм, с чего бы это?… Я что, настолько плохо сейчас выгляжу? Зараза, а ведь может быть — взмыленный, растрепанный, с безумным взглядом и с мечом в руке…
Да ведь я сейчас наверняка как самый настоящий отморозок выгляжу, вот и капитан перепугалась! Ну да, конечно! Вдруг у меня от всех этих тренировок внезапно крыша поехала, а?…
— Да я, это самое… — осторожно проговорила девушка. —
Уранами убавила звук на колонках.
— Спасибо.
— Теперь нормально?
— Ага, — настороженно посмотрела на меня капитан. — А ты как, Синтаро? Нормально себя чувствуешь? А то вид у тебя что-то не очень… Может, ну их на фиг, эти тренировки, а? Ложись спать, отдохни, а то в последнее время так сильно устаешь…
— Да нет уж! — криво оскалился я. — Раз уж взялся — нужно доводить начатое до конца… Вот сейчас еще немного побью этот манекен…
Я даже закатил глаза — уж больно сильно на меня накатил деструктивно-разрушительный приступ активности…
— М-молодец, — выдавила Мэнэми. — Продолжай в том же духе!
И поспешила скрыться прочь — ну, еще бы! Я от себя сейчас сам бы бежал куда подальше — а вдруг еще кинусь?…
Угу, и покусаю. А потом продолжу тренировку…
Плечо, голова, корпус, шея…
— Синтаро, мы тут с твоим инструктором посоветовались и решили, что с полевыми занятиями несколько погорячились…
К моему величайшему изумлению, Мэнэми выглядела несколько… смущенной, что ли? Как-то уж больно нервно расхаживала она около интерактивной доски в такзале.
— Погорячились? — я приподнял бровь. — А что не так?
— Ну… — неопределенно протянула Кусанаги. — Просто вчера у тебя видок был уж слишком… неадекватный. И это после всего лишь второго дня тренировок. Все-таки перестарались мы с форсировкой тренировочного процесса как-то… Рано еще тебя так нагружать.
— Хм… Спасибо, конечно, но я думаю, что со временем я бы втянулся… А приступы буйного помешательства… Ну, бывает — что уж тут поделать? С каждым случается…
А вот сейчас я в собственные слова не очень-то и верил. Нет, точнее, я верил, что в процесс бы я рано или поздно втянулся, но вот только какой ценой… Усталость физическая плюс усталость моральная — слишком гремучая смесь, особенно для пилота «сарка».
— Но не каждый — пилот «Дефендера»! — будто бы читая мои мысли, возразила Мэнэми. — Так что чрезмерно тебя перегружать категорически нельзя — тут не должно быть даже и самой малой доли риска. А твоя нынешняя нагрузка для тебя пока что все же слишком велика — как бы взросло ты себя ни вел, ты все равно еще ребенок.
— Не спорю, — легко согласился я. — И так что же теперь — полевые занятия полностью отменяются?
—
— Подумаешь, — отмахнулся я. — Я Ретэила всего-то на сорока с хвостиком процентах синхронизации уничтожил, а сейчас у меня уже за полсотни…
— Не хочу тебя расстраивать, но у пилота Лейте Акиры этот показатель достигает почти что семидесятипроцентной отметки, — слегка прищурилась Кусанаги. — Что скажешь на это?
— Молодец — вот что я скажу, — спокойно ответил командиру. — Пускай продолжает в том же духе — мы же не друг с другом соревнуемся, а общее дело делаем.
— Ну, хотя бы настрой у тебя не поменялся… — с облегчением вздохнула капитан. — Хоть это радует — с нами по-прежнему все тот же маленький вояка Синтаро…
— А это у меня вообще фиг когда поменяется, — заявил я. — Да и вообще, Мэнэми, чего ты так волнуешься-то? Ну, переутомился, ну слегка сорвался — подумаешь…
— Да нет, не «подумаешь», — возразила мне командир. — Пойми, Синтаро — ты сейчас очень важен и тобой ни в коем случае нельзя рисковать. Ты нам нужен не только хорошо подготовленный, но и здоровый. Психически в том числе. А ты и так дал нам столько поводов для беспокойства…
— Так, а с этого места поподробнее, — нахмурился я. По спине пробежал холодок — неужели меня в чем-то подозревают? Слишком сильны различия в психотипе ожидаемом и психотипе фактическом?…
— Нет, нет, ты только не волнуйся! — торопливо выпалила Мэнэми, взмахивая руками. — Ты абсолютно здоров — как физически, так и психически! Просто мы не хотим лишний раз рисковать, а то ведь после твоего первого боя обследования показали, что ты… Скажем так, несколько изменился. Честно говоря, когда я читала твое личное дело, ты был там описан несколько по-другому…
Я на мгновение сбросил маску добродушного и спокойно-веселого мальчишки и серьезно взглянул в глаза девушки.
— Извини, товарищкапитан, но я как-никак побывал в первом в своей жизни бою. И от этого вообще-то не в большом восторге, особенно когда этот урод начал лупить по мне из пушки и ломать руки. Было страшно. Очень страшно. И я испугался. Сильно. Причем настолько сильно, что больше даже и намека на подобный промах допустить не могу и не хочу. Пускай теперь лучше меня боятся, чем я их, а уж для этого, поверь, приложу все усилия. Да и просто не имею я права больше так ошибаться — ты же мне сама это постоянно втолковываешь. Ошибусь, погибну не только сам, погибнут сотни и тысячи других людей. А я этого не хочу.