Чужак
Шрифт:
— Все?
— Да, — ответил мне рев.
Чудненько. Не догоню, так согреюсь.
— Место и время?
— Здесь и сейчас. Условия?
— Условия поединка сталь. Кстати, тут есть один симпатичный круг. Начнем?
— Торопишься умереть?
— Очень.
— Придется подождать, пока мои слуги не принесут все необходимое.
Пожав плечами, не прошло, так и не очень рассчитывал, я отошел от хорька и направился к скамейке расположенной у дома на площади. Хион давно зашел за горизонт, но света на улице было достаточно. Вместо него на небе появились две луны Лаия и Таия. Размером они были немного меньше Луны, но удивительно красивы. Одна луна
— На что ты рассчитываешь Влад, — спросил подошедший Глав, и внимательно посмотрев на меня.
Я молча продолжал любоваться ночным небом.
— В драке без оружия ты хорош, даже великолепен. За всю свою жизнь ничего подобного я не видел. Да и кинжалом ты неплохо работаешь. Но на поединке все будет по-другому. Он хороший мечник, это нетрудно заметить опытному человеку даже по походке. Пойми, здесь в почете умение владеть если не магией, то хотя бы сталью. Слуги и создания Падшего очень опасны и если ты оказался на расстоянии руки от любого из них без меча или боевого топора, то очень скоро попадешь на встречу с Создателем. Даже кинжал почти бесполезен. Пока ты будишь им кромсать того же простого зомби, занятие долгое и почти бесполезное, ему достаточно один раз задеть тебя своими когтями и ты труп, если не что-то похуже. Кулаками вообще невозможно справиться с нежитью, поэтому мордобой здесь не искусство, а развлечение. Для того, чтобы быть спокойным за свою жизнь, даже серв на севере учится махать топором, не говоря уже о благородных, с детства приученных к оружию. Я вот взял в руки меч…
Глав осекся и мрачно посмотрел вокруг. Ай да Глав, так ты у нас тоже благородный, а если еще и высокородный…Что ж ты так в корчме разорялся? Ну ладно, это твое дело.
— Может пока есть время принести тебе что-то из оружия и доспехов, что ты предпочитаешь, — спросил подошедший Матвей.
— Предпочитаю то чем умею пользоваться, — ответил я. — А работать я умею только кинжалом или ножом.
— У тебя не будет никаких шансов, возьми хотя бы кольчугу.
Вот и Яг пожаловал с товарищами и вообще, вокруг опять стало тесно от знакомых. Ну не дают полюбоваться ночным небом. Кольчуга. Я хмыкнул. Для меня она будет лишь непривычной тяжестью. Я не смогу двигаться в ней так, как я могу. Как вбивал в мое тело ротный. Командир роты разведки капитан Болдышев был фанатом ножевого боя и лучшей отмазкой от чего бы то ни было, особенно от самоволки, оставшейся незаметной для всех, кроме него, являлись синяки от его индивидуальных занятий. Хватит. Дайте на небо посмотреть.
— Думаешь, в последний раз представилась возможность.
В последний или не в последний, а все таки, как красиво здесь ночью. Ладно, хватит расслабляться. Что мы имеем в минусе, а имеем опытного воина, привыкшего к оружию и умеющему им пользоваться. Наверняка за ним не один убитый, приехал ведь сюда, скотина, развлечься охотой на нежить. Значит, в себе уверен. Что у меня в плюсе, только опыт рукопашки и боя на ножах, остальное неприменимо. Значит, тактика боя проста как перпендикуляр. Нужно держаться от него подальше, чтоб не нашинковал мечем, выбрать момент, сократить дистанцию и постараться прикончить в ближнем бою. Больше ничего придумать не могу. Стоп, а если.
— Матвей, у тебя не будет небольшого легкого щита?
— У меня есть, — отозвался Яг, — сейчас принесу, я недалеко отсюда живу.
— Отлично.
Яг
* См. железо средневековой Европы.
светит. Обычаи и правила не позволят. А там компания уродов, свалит из города, наверняка уже поняли, что к чему. Здесь их стали очень сильно не любить.
Ну что ж, подойдем к кругу, я впереди в сопровождении народа. Впередиидущий блин. Гопкомпания на месте, причем окружена тремя десятками молодчиков в кольчугах и шлемах. Точно поняли особенности местного самосознания. А вот и сэр Берг. Стильный зеленый костюмчик, берет с крупным изумрудом, властное лицо. Хорошо на публику играешь дядя. Совсем ты не так спокоен, как хочешь показать. За спиной шестеро, в плащах
различного цвета и пятьдесят-шестьдесят организмов в кирасах. Пехота и тяжелая артиллерия в лице магов. Серьезно подготовился. Вот и хорек одевается в железо при помощи троих дружков. Чего на нем только нет кольчуга, кираса, наплечники*, налокотники*, наручи*, набедерники*, наколенники*, наголенники* прям весь собирающийся пойти на, на и на. Осталось только указать точный маршрут и конечную остановку. О, а сабатоны* зачем одел? Вот придурок. Завершает экипировку урода треугольный тарч* и гранд-бацинет*. Закован весь, уязвимых мест практически нет. Но бегать за мной ему придется тяжеловато. Но если сработает моя задумка, то и не придется хорьку напрягаться.
— Влад, на пару слов, — говорит мне Матвей.
Отойдем.
— Влад разные люди попадают сюда, мой дед, например, за всю свою жизнь не убил никого. Трудно сделать это в первый раз. Тебе приходилось? — спрашивает он.
Озеро на берегу леса. Дикие крики, пьяная ругань и исчезающая вместе с жизнью, зелень из глаз молодой девчонки.
— Приходилось, — зло отвечаю я, — и по ночам покойники не снились.
— Ты очень спокоен. А ведь шансов у тебя нет, — заглядывает мне в глаза.
Интересно, что он там собирается увидеть.
Молчание.
Понятно, Матвей решил, что я смирился и опустил руки. Вдобавок отказался от доспехов и оружия. Вот выйду в круг и дам себя прикончить. Счааз. Побарахтаюсь еще. В крайнем случае, постараюсь захватить хорька с собой. Я начал новую жизнь, но за нее цепляться не буду. Хорек живым не уйдет, а там видно будет.
— А насчет шансов. Один мой знакомый любил говорить, что и мышь имеет шанс против слона. Матвей я не сдался.
— Хорошо, — облегчено сказал он, — никогда не думал, что смогу привязаться к кому-то так быстро. Не дай себя убить.
— Постараюсь. Подскажи, почему один кретин так привязался к слову любезный?
Матвей хмыкнул, — это форма обращения вышестоящего к нижестоящему. Например, короля к своим вассалам. Дворянина к слуге и так далее.
Понял. Простолюдин опустил голубка прилюдно. Вах, вах, вах, позор какой. Вай мэ.
— Влад, вот щит.
Беру у Яга небольшой круглый кулачный щит* обтянутый кожей и оббитый по краям бронзой. С внутренней стороны деревянная ручка. То, что нужно. Пора идти. Повернувшись, утыкаюсь носом в знакомую, обтянутую кольчугой, крупную грудь,.