Чушь собачья (сборник)
Шрифт:
Виктор пожал плечами и кивнул куда-то в сторону. Метрах в десяти от нас на дорожке в тени пышной акации стояла невысокая женщина в панаме, просторной футболке и вытянутых на коленях трикотажных брюках. Она с любопытством смотрела на нас, морща остроносое личико в приветливой улыбке. Не сговариваясь, мы двинулись в ее сторону и поздоровались.
– Ищете кого-нибудь? – спросила женщина приятным звонким голосом, разглядывая нас с доброжелательным любопытством. – Я слышала, вы с Тимофеем Ивановичем разговаривали…
– Разговаривали, –
Женщина тонко улыбнулась.
– Тимофей Иванович у нас с характером, – сообщила она, понижая голос. – Наверное, он сегодня не в духе. Но вы не расстраивайтесь. Может быть, я сумею вам помочь. – И тут же предложила: – А то пойдемте в дом, я вас квасом угощу!
– Нет, спасибо, – сказала я. – Может быть, в следующий раз. У нас работа. Нужно найти одного человека, – тут я на всякий случай продемонстрировала свое удостоверение.
– Ой, да вы из газеты? – восхитилась дачница. – Очень приятно! Знаете, я иногда читаю вашу газету. Попадаются интересные статьи! – она посмотрела на меня с притворным ужасом и по-заговорщически прошептала: – Только не говорите, что здесь у нас совершено какое-то преступление! Я ужасная трусиха!
– Ну, преступление – не преступление, – ответила я. – Но, скажем так, нарушения общественного порядка у вас здесь случались?
Женщина подняла брови.
– Да вроде у нас здесь тихо, – неуверенно сказала она.
– А вот, говорят, собачка здесь у вас озорует, – подсказала я.
– Точно! – с жаром согласилась дачница. – Это было. Но мы как-то уж привыкли, не замечаем. Конечно, если она поблизости бегает, то без палки стараемся не выходить.
– А такие случаи, чтобы она набрасывалась на людей, имели место? – поинтересовалась я.
Женщина кивнула.
– А как же! Конечно, имели, – она открыла свою калитку и решительно махнула рукой. – Все-таки пойдемте! Я вас кваском угощу! Все равно разговариваем, а жара-то сегодня…
Пока мы шли через сад к ее маленькому белому домику, крытому шифером, хозяйка успела сообщить, что зовут ее Софьей Андреевной, что она на пенсии и что ее покойный муж Арнольд Либерман был администратором филармонии.
– Эту дачу обустроил он, – с гордостью сообщила Софья Андреевна. – Своими руками. Когда я здесь, мне все время кажется, что Арнольд где-то рядом – будто он и не уходил, понимаете?
Усадив нас на веранде в красивые плетеные кресла, Софья Андреевна угостила нас холодным шипучим квасом, в котором плавали темные кисловатые изюминки. Глоток чудесного домашнего напитка был весьма кстати.
– Значит, вас интересует эта собака, – глубокомысленно произнесла Софья Андреевна. – Понимаю. Меня это тоже касается. Эта псина порвала мне юбку. Юбка была, конечно, никудышная, но не в этом же дело, правильно? Она запросто могла меня покалечить.
– Неужели убить? – удивилась я.
– Убить-убить! – убежденно сказала хозяйка. – Конечно, нужно делать скидку на артистичность натуры… но Токмаков – мужчина видный и в состоянии аффекта на многое, я думаю, способен. Хотя в этот раз они все-таки разошлись миром – если эту ужасную брань можно назвать миром.
– А вы знакомы с владельцем собаки? – спросила я.
– Да он ни с кем не поддерживает отношений! – воскликнула Софья Андреевна. – Живет бирюком на даче. Кстати, дача эта не его, она принадлежит Порошкову Сергею Гавриловичу. Муж был с ним в приятельских отношениях. Но тот уже три года работает где-то в Алжире, сюда и носа не кажет. А этот мужчина, наверное, родственник его. Боже, сохрани от таких родственников! Всегда мрачный, полупьяный и глазами зыркает так, будто думает вас зарезать!
– Неужели такой страшный?
– Неприятный субъект, – подтвердила Софья Андреевна. – Но вот был здесь участковый, проверял у него документы – видимо, все в порядке. Я, впрочем, стараюсь держаться от него подальше.
– А с Токмаковыми встречаетесь? – поинтересовалась я.
– Ну как встречаемся? – пожала плечами Софья Андреевна. – Они тоже люди непростые. Богема! Конечно, здороваемся, когда видимся. Но так чтобы поддерживать отношения – этого нет.
– А факт нападения собаки можете засвидетельствовать? – спросила я. – Видели своими глазами?
Софья Андреевна с сожалением покачала головой.
– Да откуда! Я тут у себя потихоньку ковыряюсь, никуда не выхожу. Скандал-то, ругань я слышала. А факт засвидетельствовать не берусь, не видала.
– Тогда, может быть, объясните, как найти дачу Порошкова?
– Да это очень просто, – сказала Софья Андреевна. – Можно с дороги зайти. А можно через мой забор перелезть, и как раз выйдете к даче Токмаковой. Они весь участок цветами засадили – сразу узнаете. А напротив – дача Порошкова. Дом там хороший, кирпичный. Он здесь один такой, тоже сразу узнаете.
Недолго посовещавшись, мы решили воспользоваться предложением хозяйки и срезать путь, перебравшись через ее забор. При этом я порадовалась, что сегодня предусмотрительно надела джинсы.
Провожая нас в конце участка, Софья Андреевна неожиданно смущенно хихикнула и шепнула:
– Скажу вам по секрету! Если хотите побеседовать с человеком, который все про всех знает, то попробуйте обратиться к нашей мисс Марпл – уж она-то вам порасскажет!
– К кому обратиться? – удивленно переспросила я.