Чумные
Шрифт:
– Забрать вещи.
– Ванесса, видимо, тоже была рада смене темы разговора, однако Нил заметил, как напрягись ее спина и плечи, а руки крепче сжали локти.
– Одежду, книги, немного еды, свечи, словом, все, что успею. К чему-то я просто привязалась, а что-то... Просто нужно взять. Не хочу жить за счет друга моего отца, да и в его дом с пустыми руками я не пойду. Я не нахлебница какая-то.
– Разумеется. Ну, удачи тебе, что ли?
– Да, большой-большой удачи мне.
Нил не успел сделать и шага к незапертой калитке, не успел пройти мимо Ванессы, как ее рука взяла его рукав. Не грубо, скорее
– Нет, постой.
Она остановила юношу скорее властным тоном, чем своей рукой. Однако в ее голосе была такая нотка... Как будто бы она забыла что-то очень важное и спохватилась в последний момент, боясь, что возможность ускользнет.
– Ты мне не поможешь в сборе? Там немного, времени займет мало. Совсем немного. Если ты, конечно, не торопишься.
– Да, конечно помогу.
– Спасибо, Нил. Идем.
Вдвоем они дошли до крыльца. Нил шел чуть сзади и видел, как напряжена Ванесса. Это было очень легко увидеть по спине и рукам девушки. У входа она остановилась, держа ключ в крепко сжатых пальцах.
"Дверь открыта" - хотел сказать Нил, но не сказал, поняв, что это лишнее. Ванесса и так знает. Тут дело в чем-то другом. И после этой мысли он вспомнил оговорку своей подруги, которая больше не казалась ему простой оговоркой.
– Ванесса, ты сказала "успею". Не "все, что смогу унести", а "все, что успею". Куда торопишься?
– Подальше отсюда.
– Ответила она резко. Нил не принял эту резкость близко к сердцу, потому что ясно почувствовал страх в ее голосе.
– Это место так на тебя давит? После смерти?..
– Да, и хватит об этом.
– Ванесса распахнула курточку и положила ключ во внутренний карман. Ее движения были слишком уж резкими.
– Не хочу ворошить прошлое.
Ванесса схватилась за ручку решительно, потянула не сразу. Далеко не сразу. Ее свободная рука висела вдоль тела, а кисть то и дело сжималась в кулак и разжималась. Нил так и не понял, была ли у него осознанная мысль взять Ванессу за руку или это получилось спонтанно. Юноша помнил только одно: он не раздумывал и не сомневался, хоть и понимал, что Ванесса может кольнуть его острым языком в ответ. Или ударить. Однако когда Нил сжал ее ладонь своей, то не услышал в свой адрес колких замечаний, не увидел презрительного взгляда, и ее рука не сбросила его руку, не отвесила пощечину. Напротив, ее ладонь только крепче сжала его руку в немой благодарности. Нилу ничего больше не было нужно. Несколько секунд он еще стоял, дожидаясь решения подруги. Когда она заговорила, ее голос все еще чуть-чуть подрагивал, но звучал более уверенно:
– Нил, если ты кому-нибудь скажешь, что я струхнула и побоялась войти в свой же дом... я на тебе отыграюсь. Не знаю, как, но тебе не понравится.
– Не волнуйся, я никому не скажу.
Дверь тихо-тихо скрипнула. Мышь под половицей пищит тише. Однако этот звук показался Ванессе настоящим адским скрежетом. Солнечный свет из дверного проема залил ее старый дом. Все было точно так же, как и в последний раз: не застеленная постель, на которой лежал ее отец, поваленные Ванессой флаконы с препаратами, открытая дверь лаборатории и засохшие крошки хлеба на столе. Только разлитый по полу препарат для предотвращения кровотечений высох и превратился в некрасивые пятна на полу. Нил, возможно, сам внушил
Пока Нил оглядывал дом, Ванесса быстро достала из-под буфета мешок, в каком обычно хранят и переносят капусту, репу и морковь. Простой мешок для овощей.
– Вот. Сюда складывай еду из буфета. Можешь съесть чего-нибудь, если голоден, только не смей класть туда надкушенную еду.
– Понял.
– Одежду и книги я сама сложу. Препараты тоже.
"Похоже, пользы от меня здесь никакой" - Невольно подумал Нил, открывая буфет. Мгновением позже он вдруг остановился с раскрытыми дверцами в руках, обернулся на Ванессу. Та на его глазах быстро сгребла с полки книги и принялась сортировать их, отделяя особо важные от тех, что можно было оставить.
"Она ведь не за этим меня позвала. Она просто не хотела быть здесь одной" - Сказал себе юноша и принялся с удвоенным усердием собирать свежую провизию в мешок.
Ванесса управилась незначительно быстрее его. Нужных книг оказалось не так много, они запросто умещались в одной руке. Одежду она побросала в один мешок с книгами, туда же отправились особо ценные и просто полезные препараты, всего штук шесть или семь флаконов, завернутых в ткани. Ее подгонял страх и нежелание оставаться в своем старом доме, и потому, хоть Нил и собирал свой мешочек усердно, в нем оказалось не так много еды, когда Ванесса поднесла свой узелок к двери.
– Давай сюда.
– Девушка приняла еду. Немного подумав, она вытащила из-под буфета лист ткани и наскоро скрутила из него петлю. Получившийся узелок она привязала к поясу сбоку.
Только увидев, как Ванесса расслабилась, выйдя за калитку, Нил понял, как она была напряжена все то время. Они оба вышли на тропу и остановились перед самой калиткой за забором, покинув территорию дома. Девушка не смотрела на свой старый дом, только на калитку, тропу, мешок с вещами и Нила
– Дверь не будешь запирать?
– Нарушил молчание юноша.
– Не боишься, что там поселятся дикие животные или кто-то из людей?
– Запах людей нескоро выветрится из дома, животные туда не забредут, ты сам это знаешь. В конце концов, кто из нас сын траппера? А люди шесть лет не селятся в домах, где недавно умерли покойники. Что же будет потом, мне все равно. Судьба этого дома перестала быть моей еще вчера. Хочешь, отдам ключ?
– Нет, не нужно.
– Нил сдержанно улыбнулся.
– Я сказала что-то смешное?
– Она чуть нахмурилась. Не деланно и не угрожающе, больше рефлекторно.
– Вовсе нет. Просто здесь видно, что тебе легче.
Мешок упал у ее ног на тропе. Ванесса шумно выдохнула, взгляд ушел в сторону деревьев, носок ее туфли пару раз стукнул по земле.
– Что, так заметно?
– Да.
– И как я там струхнула - тоже?
– Тоже.
– Мог бы и соврать.
– Усмехнулась Ванесса.
– Тебе - никогда. Я не люблю врать, и ты постоянно ловишь меня на лжи, когда это случается.
– Ты меньше красней и губы кусай, может, тогда не поймаю. Ну, ладно.
– Сказала она примирительным, почти снисходительным тоном.
– Ты опять меня выручил.