Чудовища и люди

— Учитель, вы звали? – закрыв за собой дверь, Арон оглядел собравшихся.

Вот сам учитель, с печальным видом вставший у окна. Печальный вид означал, что кто-то из учеников, разочаровавших его сегодня, проведет следующие месяцы в подземелье. Тихо, спокойно – и никаких отвлечений от учебы…

Вот Вифред, самый старший из подмастерьев, оперся, тяжело

дыша, о край столешницы. Карта, развернутая перед ним, вся усыпана стеклянной крошкой, и такая же крошка лежит кучами на полу.

Вот семеро подмастерьев — все младше Вифреда, но старше Арона — застыли неподалеку с мрачными, серыми от усталости, лицами.

— Сегодня у нас поиск по родственной крови, — учитель вздохнул. — Твоя очередь, Арон.

Обычное заклинание, которое они все выполняли много раз. Отчего тогда остальные выглядят настолько измотанными?

— Конечно, учитель, – Арон подошел к столу, махнул рукой, привычным мысленным усилием собирая и сплавляя стеклянный мусор в шар. Будет игрушка для младших учеников.

– Заготовки еще остались? – спросил.

Вифред молча протянул ему хрустальную подвеску.

— Чью родню искать? — Арон качнул подвеску в воздухе. – Твою?

Все также молча Вифред кивнул и разрезал себе запястье. Пять капель крови, как обычно.

– Кого искать?

— Моего младшего брата. Вот, -- Вифред положил на стол связанный ниткой локон волос.

Прикрыв глаза, Арон призвал Тьму – и, как всегда при призыве, внутри шевельнулось радостное предвкушение. Сейчас Тьма придет, обнимет его с лаской и нежностью матери…

Издалека, откуда-то очень издалека, донесся ответ Тьмы. Она хотела прийти к нему, хотела, но не могла. Будто стена стояла между ними – невидимая, неощутимая.

Что могло оторвать мага от Источника его Силы? Обычная блокировка ощущалась иначе, это Арон помнил.

– Учитель, – он посмотрел на старого мага. – Здесь барьер…

– Да, – кивнул тот. – Именно. И вам, вам всем, нужно научиться пробивать подобные барьеры. Твоя связь с Тьмой крепче, чем у остальных. Ты сможешь.

Приятно, когда в тебя верят.

– Что это за барьер, учитель? Какой природы?

Старый маг покачал головой:

– Когда наткнешься на такой барьер во взрослой жизни, никто тебе ничего объяснять не будет. Там или пробьешь его, или умрешь.

Оптимистично – и очень в духе учителя.

Барьер, который есть, но которого как бы и нет… Арон знал, что Тьма любила его. Через любую стену, созданную Темной магией, она бы пришла на его зов – уже проверял, довелось.

Значит – Светлая магия?

Плохо.

Никого из них еще не учили ломать заклинания Светлых, и вовсе не потому, что на это существовали запреты. Нет. Просто одно дело изменить заклинание Темного коллеги, и совсем другое – справиться с магией противоположного полюса Силы.

Неудивительно, что даже Вифред, самый старший и опытный, выглядел таким вымотанным.

Арон бросил на своего давнего соперника быстрый взгляд и за слоем усталости уловил в его глазах насмешку. «У тебя тоже ничего не получится», – говорила она.

«Посмотрим», – также без слов ответил Арон.

Свет.

Свет…

Как можно

разрушить то, что не видишь, не ощущаешь, чье существование воспринимаешь лишь опосредованно?

Арон вновь посмотрел на остальных подмастерьев, на их одинаково осунувшиеся от усталости лица. Конечно, они тоже поняли про Светлую магию и пытались пробить ее барьер. Не дураки ведь – от дураков учитель избавлялся сразу и без жалости. Значит, все они пытались, но не получилось ни у кого. Тогда какой шанс, это удастся Арону?

Свет…

Свет не терпел Тьму и Темных. Извечная вражда. Но к обычным людям Свет был равнодушен. Обычным людям Свет не препятствовал – хотя и не помогал.

Притвориться обычным человеком, обмануть Свет – получится ли?

Сжать свое эррэ – сперва стянуть в тугой кокон, потом сплющить, слить с кожей. Обычно Арон делал наоборот, раздвигая границы эррэ, но сжать получилось легко.

Потом – отпустить Тьму…

Это оказалось сложнее. Намного сложнее – Тьма не хотела покидать его. Даже вот так, отделенная барьером, она тянула к нему дымные руки-щупальца – обнять, приласкать, поделиться собой... На его отказ заворчала недовольно… Но, наконец, подчинилась.

Арон глубоко вздохнул и поднял хрустальную подвеску, уже смоченную в крови Вифреда, над картой. Обычно для заклятия родственной крови призывалась Тьма – кому как ни ей под силу найти пропавшее? Но сейчас оставались лишь стихии. Воздух – самая подходящая, но одна из его слабейших.

Медленно, очень медленно, подвеска начала вращаться. Со сжатым эррэ, без помощи Тьмы… Арон уже и не помнил, когда в последний раз ему было так тяжело магичить.

Воздух ответил и подвеска ускорила вращение. Быстрее, быстрее. Еще быстрее. А потом, дернув руку Арона, упала на карту, прилепилась – не оторвать. Кирет-град, родной город Вифреда. Ожидаемо.

Три хлопка в ладоши. Учитель.

– Отлично, Арон, просто отлично. Если нельзя сломать ворота, нужно заморочить голову стражнику и проникнуть обманом. Но вижу – остальные не успели понять, что именно…

Проверка, – подумалось Арону. – Опять учитель что-то замыслил и таким образом выбирал, кто из них лучше всего подойдет для выполнения его плана…

Реальность дрогнула, пошла трещинами, будто разбитое зеркало. Почернела. И собралась заново, в другом месте и в другое время.

Мертвяк был мерзкий. Старый, вонючий, с уже сгнившим лицом, с червяками, копошащимися в его мясе. Арон взмахнул мечом, и скалящийся череп поскакал по траве. Следом отправились руки мертвяка. Нелепому туловищу хватило хорошего пинка – и оно покатилось с холма, догоняя свою черепушку.

– Здесь что, кладбище когда-то было? Лезут и лезут, – лицо Венда, стоявшего рядом, было мокрым от пота, а хватка на рукояти меча уже не такой уверенной, как обычно.

– Не было кладбища, – отрывисто ответил Арон и одним ударом располовинил следующего уродца. – Десять лет назад здесь пропали Киретские легионеры. Видишь, на этом остатки униформы?

– Неудачно они пропали, – буркнул Венд и разрубил своего мертвяка…

В том, чтобы добить одного мертвяка, поднятого некромантом, нет ничего сложно. Как и в том, чтобы добить их десяток.