Чудо
Шрифт:
Вскоре Джек уехал, я Куинн еще долго возился на кухне. Когда он наконец поднялся наверх, то, выглянув из окна спальни, увидел свет на кухне у Мэгги. Он теперь знал, что она дежурит у телефона, отвечая на звонки тинейджеров по «горячей линии». Когда он лег в постель, свет у нее все еще горел. Куинн достал один из дневников Джейн, начал читать и заснул, держа его в руках. Сегодня, думая о ней, он впервые почувствовал умиротворенность. Он почему-то понял, что, каким бы глупым и бесчувственным он ни был, она искренне простила его. Возможно, он всегда это знал. Не знал он другого: сможет ли сам простить себя. Но этого он, наверное, никогда не узнает.
Глава 7
На следующей неделе по предложению Куинна
Обучение Джека чтению продвигалось успешно, и он усердно совершенствовал свое умение. Мэгги принесла Куинну несколько книг, чтобы он мог воспользоваться некоторыми педагогическими приемами, которые могли бы пойти на пользу Джеку. А Куинн показал им обоим самые последние изображения яхты, полученные из Голландии. Работа над лодкой с молниеносной скоростью приближалась к завершению. Наступил апрель, и работа Джека тоже близилась к концу. Они, как могли, оттягивали ее окончание. Куинн позвонил агенту по недвижимости, и тот приехал, чтобы осмотреть дом. Он предложил добавить кое-что еще, что, по его мнению, могло бы еще больше привлечь потенциального покупателя, и Куинн решил выставить дом на продажу в мае или июне. Он не хотел продавать его слишком быстро, потому что нужно было где-то жить до сентября, когда будет окончательно готова яхта. Агент по недвижимости, уверенный, что дом продастся быстро, спешил внести его в свой реестр.
Куинн рассказал об этом Мэгги и Джеку в очередной пятничный вечер и передал Джеку перечень дальнейших улучшений, предложенных агентом по недвижимости. На сей раз тот смог самостоятельно прочесть его. Мужчины с улыбкой переглянулись. Джек к этому времени читал без всяких затруднений.
На следующей неделе началась жара, и в пятницу они втроем ужинали в саду у Мэгги. По такому случаю она накрыла синей скатертью складной стол. Они ели жареного цыпленка и гамбургеры, а также картофельный салат, который приготовил Куинн. Ужин по всем признакам походил на летний пикник. Мэгги была удивительно хороша в белом полотняном платье с распущенными длинными волосами. Гвоздем вечера стало сообщение Джека о том, что он встретил в церкви очень милую молодую женщину. Мэгги сказала, что рада за него, а Куинн обвинил ее в том, что она безнадежно романтична. Джеку недавно исполнилось тридцать шесть лет, и ей казалось, что ему самое время в кого-нибудь влюбиться. Теперь, когда он научился читать, ему было нечего скрывать и нечего стыдиться. За десертом она выразила надежду, что он женится и обзаведется детьми.
— Почему бы вам самой не сделать то же самое? — в свою очередь, поинтересовался Джек, когда они лакомились на десерт арбузом и свежей черешней.
— Я уже прошла через все это, — сказала она, считая, что его вопрос попал не по адресу. Ей только что исполнилось сорок два года, и она была твердо убеждена, что романтика в ее жизни осталась далеко позади. До развода она состояла в браке в течение восемнадцати лет и не имела намерения заполучить нового мужа. Она утверждала, что после смерти сына и ухода мужа намерена всю оставшуюся жизнь прожить в одиночестве.
— Вы всего на шесть лет старше меня, — сказал Джек, и Куинн улыбнулся.
— Вам двоим, следовало бы держаться вместе, — сказал он.
Джек уже думал об этом, но не хотел испортить их дружбу, а теперь сама судьба вела его в другом направлении — в сторону девушки, которую он увидел в церкви.
— Я так не думаю, — сказала Мэгги, рассмеявшись над предположением Куинна о том, что она и Джек могли бы составить пару.
Они были преданной, готовой протянуть руку помощи, но, несомненно, странной троицей. И все были
В следующую пятницу Куинн устроил сюрприз. Погода все еще стояла теплая, хотя такой жары, как на прошлой неделе, не было. Но дни еще были длинные и солнечные, и казалось, лето продолжается.
— Чем вы оба заняты завтра? — как бы без умысла спросил он, хотя уже знал ответ. Эта мысль пришла ему в голову неожиданно, когда он в среду вечером отправился в яхт-клуб, чтобы посмотреть гонки парусников.
— Я работаю у вас, — ответил Джек. На этот вечер у него было запланировано свидание. Женщину, с которой он встречался, он уже предупредил, что вечером по пятницам бывает, занят, сказав, что играет в покер. Об уроках чтения она пока ничего не знала, потому что он еще не говорил ей об этом. Мэгги сказала ему, что объяснять что-нибудь нет необходимости. Это никого не касалось, хотя сама она считала то, что он научился читать, подвигом с его стороны и говорила, что он может собой гордиться.
— А я, пожалуй, завтра попробую привести в порядок свой сад, — сказала Мэгги.
Как это бывало чаще всего, они ужинали на кухне у Куинна. Он был среди них самым лучшим поваром, да и кухня у него была хорошо оборудована. Мэгги почти никогда не готовила и питалась в основном фруктами и салатами. Как-то раз она призналась им обоим, что после смерти сына ей не хотелось готовить. Мысль о приготовлении пищи для кого-нибудь вызывала слишком много воспоминаний о тех, кого не вернешь, и о той жизни, которой больше не было. Так что они предпочитали еду, которую готовил Куинн, тем более что он сам утверждал, будто это доставляет ему удовольствие.
— У меня есть идея получше, — сказал Куинн с таинственным видом. — Я хочу, чтобы вы оба явились сюда в девять часов утра. Наденьте кроссовки, — загадочно приказал он, и Мэгги, вскинув брови, рассмеялась.
Она была весьма миловидной женщиной, хотя Куинн, кажется, этого не замечал. Она стала для него своего рода младшей сестренкой, а для Джека — старшей. Все трое стали как бы членами одной семьи. Это было именно то, что им нужно.
— Если бы я не знала, что это невозможно, я подумала бы, что вы, мистер Томпсон, собираетесь пригласить нас на прогулку под парусами, — высказала предположение Мэгги.
Он усмехнулся:
— Моя яхта находится в Голландии. Далековато, чтобы пригласить вас на прогулку. Просто не забудьте надеть кроссовки и не задавайте лишних вопросов.
— Вы, правда, не хотите, чтобы я окончательно отделал перила наверху? — озабоченно спросил Джек.
— Это подождет, — заверил Куинн. Похоже, он был очень доволен собой, и Мэгги встревожилась.
— Надеюсь, мы не отправимся на пешую прогулку? Для этого я обленилась и потеряла форму, а ботинки для пеших прогулок выбросила прошлой зимой. Поклялась, что больше никогда не буду этим заниматься.
— Доверьтесь мне, — тихо оказал Куинн.
В тот вечер она, обыграв его в кости, с победоносным видом и тремя выигранными долларами отправилась домой, чтобы до трех часов утра работать на «горячей линии».
На следующее утро ровно в девять часов Мэгги позвонила ему в дверь, одетая в джинсы, свитер и парку. Утро было прохладное и ветреное, но солнечное. Над заливом не было и намека на туман. Куинн и Джек пили кофе. Когда Куинн открыл ей дверь, она заметила, что на нем надеты джинсы, толстый свитер и резиновые сапоги.