Чудесные истории
Шрифт:
– Какой красавец! – воскликнула Лю и прижала руки к груди от восхищения. Остальные феи полностью разделяли её мнение, любуясь дракончиком.
– Боже мой! Но я совершенно не знаю, чем его кормить! – воскликнула Милли и начала оглядываться вокруг в поисках пищи. При этом умудряясь обнимать крылышками уже обожаемого ею сыночка. А тот явно нежился в маминых объятьях и подставлял спинку солнышку, которое пробивалось сквозь ветки дуба.
– Спокойно! – сказала самая уравновешенная из всей
Феи разлетелись в разные стороны так быстро, будто их и не было.
Милли же тем временем с удивлением разглядывала новорожденного, который с мурлыканьем пытался весь залезть ей под крыло, которого ему было явно маловато. Малыш, видя, что его усилия напрасны, сел на хвостик и жалобно захныкал. Сердце малиновки переполнилось любовью к своему «ребёночку», она подгребла со всего гнезда пух и перья поближе, подоткнула под его тёплые бочка и со вздохом счастья, распахнув широко крылья, прижала к себе. Дракончик завозился, удобнее устраиваясь у неё под крылом, и счастливый заснул. У Милли от нежности защемило маленькое, но такое бескрайнее, храброе сердечко, и она дала себе слово, что всегда будет рядом с сироткой и станет ему настоящей мамой, и с этими мыслями задремала.
Вдруг раздались визг, гомон, писк! Спящие вздрогнули и открыли от неожиданности глаза. Конечно же, это были неугомонные феи, которые бросились обнимать друг друга, будто не виделись вечность.
– Тише вы, непоседы. Вы так кричите, что жёлуди с веток попадали, – пыталась их утихомирить Милли. Думаете, озорницы успокоились? Ничуть. Они наперебой стали говорить:
– Вот малина, земляника, черника, костяника…
– Пыльца нежная и питательная, разнообразная…
– Вот корешки, самые отборные. Мы их сейчас дадим…
– А кому собственно? – спросила Розочка, самая мудрая и рассудительная. Все непонимающе уставились на неё.
– Ребёнку уже час, а у него до сих пор нет имени, – пояснила она. – Нет, так не годится!
И все согласно кивнули.
– Чешуйка.
– Толстопузик.
– Хвостатик.
– Солнышко.
Каких только удивительных имён не предлагалось. И вдруг…
– Вархи! – это произнесла самая романтичная и непоседливая Фиа. Да, это было что-то значительное, весомое, мудрое и по-детски милое.
– Как ты придумала такое имя? – наконец вставила и своё слово Милли. Они всё это время только и наблюдали за феями, а дракончик хлопал глазами и пялился на них,
– А я посмотрела ему в глаза, и он сам мне сказал, – ответила Фиа. Все посмотрели на дракончика. Он довольно зажмурился.
– Он умеет говорить? – удивилась Лю.
– Нет, у меня как-то само в голове сказалось, – улыбнулась Фиа. И все согласились, что это прекрасное имя и ему очень подходит.
Тут все вспомнили, зачем собственно они прилетели, и стали наперебой кормить Вархи. Если бы не Милли, они бы впихнули от щедрости в него всё, а ведь еды было очень много.
– Так, давайте по очереди, – распоряжалась она. – А то вы добьётесь того, что он лопнет на много кусочков, и, уж поверьте мне, из них не получится много маленьких дракончиков. Надо понять, что ему нравится.
Потихоньку феи начали его угощать. Дракончик довольно жмурился и кушал, похоже, ему нравилось всё. Наконец он откинулся и икнул. Феи разулыбались. Их обожаемый ребёнок покушал. Вархи блаженно задремал, а Милли поняла, что за дракончиком надо «глаз да глаз», а то любвеобильные феи закормят его до состояния шарика. «А это очень вредно для здоровья», – подумала Милли.
2.
С тех пор на поляне, такой тихой и спокойной, поселились вместе с феями шум, гам, смех и радость, словно вместе с дракончиком пришла новая жизнь. Здесь буквально яблоку негде было упасть от посетителей, потому что слух о рождении дракончика разнёсся по всему лесу. А известие было действительно из ряда вон, ведь не каждый день рождаются драконы, тем более что они не появлялись очень-очень давно.
Все приносили подарки и еду для Милли и Вархи. Белки притащили орехи и грибы, ёжики – яблоки, медведи – мёд, зайцы – морковь и капусту, кабаны – жёлуди, олени – корешки. Птицы тоже не отставали – зёрнышки, пух, семечки… Сам же виновник всего происходящего благодушно смотрел на мир, пускал пузыри, сосал пальцы на лапах и угугукал, в общем, занимался всем тем, чем занимаются все дети птиц, фей и зверей.
Мили только успевала благодарить и растерянно разводила крыльями:
– Спасибо большое! Куда же я всё это буду складывать?
Самый неожиданный подарок принесли вездесущие сороки, стрекоча, как щётки, и обмениваясь постоянно словами, они подпрыгнули к ветке, ближайшей к гнезду, и сунули растерявшейся Милли какую-то штуку – блестящую и болтающуюся.
– Что это? – спросила оторопевшая малиновка. Те наперебой начали объяснять:
– Бери, бери, соседка, не пожалеешь. Смотри, какая вещь. Ой, ой, смотри, как блестит. Страсть люблю, когда блестит. Нужная вещь! – трещала первая сорока.
– Необходимая вещь, – подтверждала вторая.
Конец ознакомительного фрагмента.