Чудесная Страна Оз
Шрифт:
— Они обозначают ученую степень, — пояснил Жук-Кувыркун со снисходительной улыбкой. — В. О. — Высокообразованный.
— Ах вот оно что! — протянул Страшила с некоторым облегчением.
Тип не мог оторвать глаз от удивительного существа. У него было огромное, круглое, как обыкновенно бывает у жуков, туловище — довольно плоское, со спины темно-коричневое, спереди — в кремово-белую полоску. Верхние лапки были так же изящны, как нижние, а голова, сидевшая на длинной шее, мало отличалась от человеческой, разве лишь тем, что на кончике носа имелось нечто вроде антенны или щупальца, и такие же антенны,
Насекомое было одето в темно-синий фрак с желтой шелковой подкладкой и цветком в петлице, белая сорочка плотно облегала его широкое туловище, плюшевые бриджи песочного цвета были в коленях украшены золочеными пряжками, а на маленькой головке лихо сидела высокая шелковая шляпа.
Стоя на задних лапах перед изумленными путешественниками, Жук-Кувыркун был ростом не ниже Железного Дровосека. Второго Жука столь чудовищных размеров в Стране Оз, разумеется, не видел никто и никогда.
— Должен признаться, — начал Страшила, — что ваше внезапное появление поразило и меня, и моих приятелей. Пожалуйста, не обижайтесь. Со временем мы, наверное, к вам привыкнем.
— Извиняться не стоит, — с важностью ответил Жук. — Мне доставляет громадное удовольствие поражать окружающих. Как насекомое, я в высшей степени неординарен и, стало быть, достоин всеобщего изумления и любопытства.
— Вне всякого сомнения, — согласился его величество.
— Если вы позволите мне присесть в вашем августейшем обществе, — продолжал чужестранец, — я с превеликим удовольствием поведаю вам свою историю. Это поможет вам глубже постичь своеобразие моей необычной, смею даже сказать — замечательной личности.
— Сделайте одолжение, — коротко кивнул Железный Дровосек. И, усевшись на траве рядом с компанией путешественников, Жук-Кувыркун рассказал им такую историю.
13. СИЛЬНО УВЕЛИЧЕННАЯ ИСТОРИЯ
— В начале моего правдивого повествования я вынужден честно и откровенно признать, что родился обыкновенным жуком-кувыркуном, — начало насекомое самым дружеским и искренним тоном. — Передвигался при помощи лапок, то бишь ползал в траве и меж камнями, питался мелкими мошками и был такой жизнью вполне доволен. В холодные ночи я коченел, ибо был, увы, наг и не имел одежды; наутро теплые лучи солнышка возвращали меня к жизни. Ужасное существование, скажете вы, но так живут все обыкновенные жукикувыркуны и еще многие-многие крошечные обитатели нашей земли.
Но мне судьбой был уготован иной жребий! Однажды я ползал в окрестностях деревенской школы, и мое внимание привлек монотонный гул, доносившийся изнутри и производимый, надо думать, учащимися. Я позволил себе пробраться в класс и долго крался вдоль трещины меж двумя половицами, пока не достиг отдаленного конца комнаты, где подле зажженного очага стоял учительский стол.
Никто не обратил на меня внимания. Я же обнаружил, что тепло очага жарче и уютнее солнечного, и решил поселиться близ него в нише между двумя кирпичами. Я устроил себе очаровательное гнездышко, в котором и прятался многомного месяцев.
Несколько
— Ученостью гордиться не грех, — сказал Страшила. — Тут я с тобой согласен. Я ведь и сам довольно учен. Мозги, полученные мной от Волшебника Изумрудного Города, по общему мнению друзей, не имеют себе равных.
— Я тем не менее убежден, — перебил его Железный Дровосек, — что доброе сердце дороже учености и даже мозгов.
— По мне, — вставил Конь, — дороже крепкой ноги вообще ничего не бывает.
— А я думаю, это еще посмотреть надо, что дороже: мозги или семена! — выпалил вдруг Тыквоголовый.
— Уж лучше молчи! — шепнул ему Тип.
— Очень хорошо, дорогой папаша, — послушно согласился Джек.
Жук— Кувыркун вежливо, даже почтительно выслушал все эти соображения, а затем продолжил свою историю.
— Я прожил целых три года в укромном и уютном очаге просвещения, — рассказывал он, — неустанно впитывая знания, которыми густо насыщена школьная атмосфера.
— Ты просто поэт! — одобрительно кивнул головой Страшила.
— Но в один прекрасный день, — продолжал Кувыркун, — благодаря удивительному стечению обстоятельств моему привычному скромному существованию пришел конец, и я возвеличился до нынешних своих масштабов. Однажды, переползая через очаг, я попался на глаза профессору, был в мгновение ока пойман и зажат между большим и указательным пальцами.
«Дорогие дети! — объявил профессор. — Я поймал жука-кувыркуна, очень редкий и интересный экземпляр. Знает кто-нибудь из вас, что такое жуккувыркун?»
«Нет!» — завопили ученики хором.
«Тогда, — сказал профессор, — достану-ка я свое знаменитое увеличительное стекло и спроецирую насекомое на экран в сильно увеличенном виде, так, чтобы вы могли тщательно изучить особенности его строения и познакомиться с его повадками и образом жизни».
Тут он достал из шкафа какой-то прибор, и я, не успев даже сообразить, что со мною происходит, оказался спроецирован на экран в сильно увеличенном виде — точно таком, в каком я являюсь вам сегодня.
Чтобы получше меня разглядеть, ученики стали вытягивать шеи, вставать на табуретки, а две девочки залезли даже на подоконник открытого окна.
«Смотрите! — громко провозгласил профессор. — Перед нами сильно увеличенный жук-кувыркун, едва ли не самое любопытное из всех насекомых, которые только существуют на свете».
Будучи Высокообразованным, я прекрасно знал, что должен делать джентльмен в подобной ситуации, — встал на задние лапки, переднюю приложил к груди и учтивейшим образом раскланялся. Мои действия, по-видимому совершенно неожиданные, так поразили всех, что одна из девочек, стоявших на подоконнике, с визгом вывалилась наружу, увлекая за собой и подружку.