Что мне приснится
Шрифт:
Если Филипп в это время должен был быть на лекции, то Марк, молодой рыцарь Ордена, совсем недавно получивший свой меч с печатью, в перерыве между заданиями имел полное право на отдых. Впрочем, несмотря на наступление зимы, из-за которого в дальние командировки отправляли значительно реже, заданий у рыцарей Ордена в последнее время становилось все больше, а перерывы между ними, соответственно, делались короче. Наставали тяжелые времена, да и в самом Ордене все было неспокойно - это знал даже Марк, который общими делами интересовался мало и по своему чину ни к каким секретам доступа не имел. Тем ценнее
– У вас в Ордене все такие весельчаки, как ты?
– спросил Филипп, когда друзья осушили по кружке.
Марк пожал плечами.
– Разные люди. Да и я разве весельчак? Я всегда любил такие моменты, когда можно перевести дух после изматывающих тренировок или после боевого задания - не кутеж, а наоборот, моменты тишины, ну или простой разговор - но и я в глубине души жду нового поручения. И в Ордене таких большинство. Больше любят задания, чем простои между ними, любят сражения. Может быть, как раз таких и отбирают в Орден - отчаянных или... жестоких.
– Ну, это как раз про тебя, - шутливо сказал Филипп и улыбнулся.
Марк улыбнулся тоже, но посерьезнел.
– Как дела у тебя?
– спросил он у своего приятеля, чтобы сменить тему разговора.
Тот почесал затылок.
– Все так же, как и всегда. Говорят, двое убили друг друга на дуэли, на днях, ну да я их в любом случае не знал. И теперь из-за этого якобы хотят запретить приходить на лекции с оружием. Абсурд, конечно, такого никогда не будет! Да и про дуэль тоже странно. То есть дуэли случаются, бывает, но как двое могут друг друга убить? Разве что проткнули один другого одновременно.
Марк одним глотком осушил остатки в своей кружке и заметил:
– Я не совсем про это спрашивал. Я имел ввиду, может, что-то новое лично у тебя?
Филипп состроил пресную мину и покачал головой.
– Ничего нового, как и всегда. Пишу небезынтересную работу сейчас, но мой руководитель, как обычно, все присвоит себе. Да и вообще, достал меня этот Университет, честно говоря. Сам же знаешь, мой отец, сенатор, засунул меня туда и перестанет выплачивать мне обеспечение, если я брошу учебу, - Филипп вздохнул и отхлебнул из кружки.
– Никто до этого и не слыхал, чтобы сын сенатора не делал военную или политическую карьеру. Но отец всегда считал меня пропащим, и потому убрал в Университет, где, как он думал, профессора завалят меня учебой и будут держать подальше от посторонних глаз, так что его честного имени я не уроню. Во всем этом он ошибался, конечно, но мне оттого не легче. Я на все готов, чтобы отделаться от этой постылой каторги. Сбежал бы, но не смогу прожить без отцовских денег. Вот бы и меня забрали в Орден, когда я был ребенком!..
– Не торопись так говорить, - заметил Марк.
– Может быть, очень скоро еще будешь радоваться, что ты на своем месте.
Вот уже в кувшине не осталось ни последней капли, и друзья вышли на улицу. И Филиппу, и Марку вообще-то было с кем поговорить, кроме друг друга - не от кого было ожидать такого понимания. Перед тем, как разойтись каждый по своей дороге, они направились в городской парк, где когда-то играли еще детьми.
В другое время года здесь прогуливались люди, а иногда бывали и публичные выступления, например,
Снег лежал на ветвях деревьев, на земле, медленно танцевал в воздухе. В такие вечера бывает особенно легко дышать, ощущая приятную прохладу на своих губах. Прогуливаясь в полной тишине, можно забыть о том, что тебя тяготит.
Рано и очень быстро начало смеркаться, как всегда бывает зимой. Друзья попрощались и разошлись. Каждый из них возвращался к своим проблемам.
Филипп думал о своем отце, и о деньгах, и о том, как ему скучно и все надоело. В конце концов, его мысли вернулись к тому исследованию, над которым он работал. У него действительно был талант к науке о животных и растениях, и профессора возлагали на него определенные надежды. Это была его черта - не быть довольным тем, что имеет.
Марк шел домой и думал о том, когда получит новое задание, и каким оно будет, и во что выльется то беспокойство, которое сейчас царит в Ордене.
Узнать об этом ему было суждено гораздо быстрее, чем он мог предположить.
Марк занимал небольшой дом в тихом квартале Шеола, где из прислуги держал только одного денщика. Подходя к дому, он увидел на пустой улице, перед своими дверьми, вооруженного мужчину, который явно ждал кого-то.
– Чем обязан?
– спросил Марк, приблизившись.
Мужчина обернулся и первым делом бросил глаз на пояс, где лежал меч Марка - чтобы убедиться, есть ли на нем печать. Увидев это, Марк машинально сделал то же самое. И понял, что перед ним рыцарь Ордена.
Новое задание? Никогда раньше ему не передавали задания с полноправным рыцарем, да и почему бы, при его возрасте и чине. Что же тогда?
– Я тебя давно уже жду. Из-за тебя опоздаем, да уже наверняка опоздали, - с недовольством в голосе заговорил незнакомый рыцарь.
– Ну да я уже обошел и предупредил пятерых рыцарей, ты последний. Поспешим! В резиденции сейчас будет происходить что-то особенное, туда надо явиться всем рыцарям, у которых есть такая возможность.
Не дожидаясь реакции собеседника, рыцарь быстрым шагом сорвался с места. Марку ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
– Что-то особенное, что это?
– спросил Марк у рыцаря.
Теперь они почти бежали.
– Господин Иаков прибывает в резиденцию!
– многозначительно ответил тот.
– Он, само собой, уже был в Шеоле какое-то время, но сейчас переходит к решительным действиям.
Марк задумался. Иаков... Еще в годы подготовки Марк не раз слышал о нем, как о величайшем воине и командире. Иаков был героем Ордена - Ордена, у которого в нынешние дни было не так-то много героев.
– К каким решительным действиям?
Услышав этот вопрос, рыцарь даже остановился.
– Парень, ты действительно вообще ничего не знаешь о том, что сейчас происходит в Ордене? Впрочем, может быть, ты только что вернулся с поручения в других землях... Господин Иаков объявил, что имеет доказательства совершенных в Ордене преступлений. Это переполошило всех. Сейчас Иаков идет в резиденцию, понятно, чтобы виновники были наказаны.
– Преступления в Ордене? Так в Ордене... будет раскол?
– пораженно переспросил Марк.