Чпр 3
Шрифт:
— Все хорошо, Аврора, — он улыбнулся. — Просто смотри.
Драконы были аронгарские, алая чешуя потемнела в ночи до черно-пурпурной, но когда в нее попадали отблески лунного света, вспыхивала холодным предупреждающим пламенем. Мощные красивые звери летели парами, Бену даже пришлось включить коммуникатор и попросить вальцгардов оставаться там, где они есть.
— Мам, мама, я даже не представлял, что они подойдут так близко! — в возбуждении завопил Роа. — Ма-а-ам! Я хочу на них посмотреть! Повыше!
Я не успела сделать и шага, как рядом с ним оказался Бен, а Роа оказался у него на руках: гораздо выше, чем если бы его подняла я. Сын даже не стал бурчать, в восхищении уставившись на мощных зверей, пролетевших над нами так низко, что я притянула к себе Лара и Риа, чтобы их не сдуло.
Потревоженный и раскаленный близостью драконов воздух закрутился вихрями, швыряя мне на лицо пряди волос, звери чуть ушли в сторону, а после развернулись и все, как один, зарычали. Их дыхание искорками опалило пространство, а раскаты сильных голосов заметались над пустошью.
Я должна была бояться, но сейчас совершенно не чувствовала страха. Просто ощущала их близость на животном уровне. На том же уровне понимая: нам не угрожают. Просто приветствуют. Знакомятся.
— Вау-у-у! — выдохнул Роа, когда один из драконов, очевидно, лидер, выдохнул струю пламени и взмыл ввысь, мощным ударом хвоста меняя направление и задавая новую траекторию. Рядом с ним летела его пара, чуть поодаль — еще две пары драконов, и все они поднялись достаточно высоко, прежде чем уйти назад, в пустошь.
— Все, сегодня они не заснут, — констатировала факт я себе под нос, и оказалась неправа. Стоило детям оказаться дома, их будто выключили. Видимо, от того количества эмоций и чувств, от всего произошедшего, их разморило. Они стали сонными и капризными, хотя Роа на удивление даже позволил Бену себя искупать, вытащить из ванной, вытереть насухо и отнести в постель.
Ларом и Риа занималась я, и, вопреки моим прогнозам, дети заснули в тот же миг, что их головы коснулись подушек. Засопели так сладко, все втроем, что можно было бесконечно смотреть на них и умиляться.
Что касается меня, я, прикрыв дверь, оказалась лицом к лицу с Беном, обнаженным по пояс. Купая сына, который обычно «взрослый я сам», он снял рубашку и пиджак, и я просто замерла, глядя на перекатывающиеся под кожей мышцы. Широкие плечи, сильные руки, грудь и рельефный пресс.
— Пожалуй, мне пора собираться, — произнес он, выдергивая меня из этой картины.
— У тебя телепорт обратно в Рагран?
— Нет, телепорт в Рагран у меня утром, я решил выспаться. Но у меня забронирован отель.
— Ты можешь остаться здесь, — сказала я. Прозвучало как приглашение, причем гораздо более откровенное, чем я рассчитывала.
Но между нами, кажется, рухнули все заслоны и стены, потому
— Ты уверена, Аврора? — хрипло и низко спросил он.
— Как никогда и ни в чем.
Он шагнул ко мне, или я к нему, но мы врезались друг в друга. Телом в тело. Разве что не зарычали как драконы, когда зубы стукнулись о зубы в яростном, сводящем с ума поцелуе. Его пальцы запутались в моих волосах, заставляя меня запрокинуть голову, второй рукой он расстегнул пуговки на моем платье, и оно стекло вниз, обнажая меня.
Я оторвалась от него, от его рта, от его губ только чтобы выдохнуть:
— Бен… не здесь же…
Когда он уже подхватил меня на руки и, плечом открыв дверь, шагнул в мою спальню.
Мы целовались как сумасшедшие. Хотя почему как?
Прерывистое дыхание обрывали поцелуи, Бен поставил меня на постель, и я оказалась на коленях, лицом к нему. Еле слышно звякнула об пол пряжка ремня, когда я вытащила его из петель и отбросила в сторону. С меня особо снимать было больше нечего — на мне остались только трусики, которые он, опрокинув меня на спину, потянул вниз.
— Куда вы так торопитесь, риамер Вайдхэн? — не удержалась, чтобы его не поддразнить.
— Тороплюсь? Я и так ждал слишком долго.
Дальше мне стало не до дразнилок, потому что он накрыл губами мою грудь. Лаская чувствительную вершинку языком, а вторую — кончиками пальцев, короткими прикосновениями. То поглаживаниями, то щипками, то перекатываниями, играя на этой смене ощущений так мастерски, что я просто в них потерялась.
Еще больше потерялась и, кажется, даже покраснела, когда он, приподняв голову, произнес:
— Ты сейчас такая красивая, Аврора.
— Только сейчас? — хрипло поинтересовалась я, хотя внутри все сладко сжималось от предвкушения, а пламя внутри разгоралось, как бурлящая магма вулкана.
— Сейчас особенно, — хрипло произнес он.
А потом коснулся кончиком языка ямки пупка и спустился ниже.
Перед глазами поплыл потолок. Я сжала пальцами покрывало, чтобы не стонать в голос. Конечно, звукоизоляция у нас в квартире была хорошая, но мало ли что! Дети есть дети…
Ох!
— Бен! — пискнула я. — Мы дверь не закрыли.
— Драконы! — выдохнул он. — Аврора!
В его глазах плясало то самое пламя, которое, кажется, бурлило во мне.
— Привыкай быть отцом, — заметила я, выдохнув не то с облегчением, не то с разочарованием, когда он оторвался от меня и пошел закрывать дверь.
Прохладный кондиционированный воздух холодил разгоряченное тело, но толку от этого было, как днем в центре Зингсприда обмахиваться декоративным веером.
— Дверь закрыта, — сообщил Бен, возвращаясь на кровать.