Читер
Шрифт:
«Как же я ненавижу этих сраных малолеток! И этих двух зажравшихся придурков: Миху и Малого!» — кипело у Руслана в голове. «Стоп…. О, Господи! Что же я сделал! Я убил их!!! Я убил своих друзей! Друзей, с которыми я „трусил“ лохов, пил водку и снимал проституток. С которыми я провел лучшие годы своей жизни! На коих я мог во всем положиться!.. Я убил их!!!»
Бандит с ужасом пошатнулся. Стало тяжело дышать — воздух был каким-то тяжелым. Тело начала одолевать страшная слабость. Горошины пота бежали по вискам. Ему казалось, что кожа становиться какая-то резиновая. В голове туманилось. Прямо
«Что со мной? Я заболел?» — подумал Руслан.
Неожиданно Салыгин начал чувствовать, что земля под его ногами легонько дрожит. В, растущих по близости, кустарниках и траве что-то зашелестело. Отовсюду стали доноситься пугающие Руслана звуки. На могиле, возле которой он стоял, внезапно приподнялась земля. Она, рассыпаясь на мелкие грудки, выпустила из своих цепких объятий костлявую руку. За рукой появилась полуразложившаяся голова мертвеца. С нее сыпался песок. Гнилые глаза заворочались со стороны в сторону, рассыпая земляных червей. Скулы судорожно двигались, издавая агрессивное шипение. На соседних могилах начало происходить то же самое. Мертвецы вырывались из плена грунта и начинали вставать на ноги и двигаться в сторону Руслана, клацая челюстями. Некоторые вылезали из могил без ног, но все равно ползли в сторону бандита.
Салыгин смотрел на происходящее вокруг него переполненными ужасом глазами. Ему казалось, что это происходит вовсе не с ним, а с кем-то другим. Он не мог поверить в то, что видел.
«Я в западне! Мне конец! Я умру страшной смертью! Я умру! Я умру!» — плавили его голову страшные мысли. Его чувства смешивались в какой-то трос, который вот-вот должен был лопнуть.
— Получите, суки! — заорал Руслан.
Он направил пистолет на самого ближайшего к нему покойника и бешено стал нажимать на спуск. Но удручающий щелчок напомнил о том, что в пистолете нет патронов. Бандит выкинул из него пустой магазин и панически принялся искать по карманам запасной. Он точно помнил, что взял его с собой. Руслан нашел его в кармане штанов. Он принялся дрожащими руками вставлять его в пистолет, но уронил боезапас на землю. Салыгин спешно подобрал магазин, захватив между пальцами несколько травинок. Затем принялся вставлять магазин в рукоятку пистолета, но не мог попасть в отверстие. Наконец он перезарядил его.
Мертвец был уже совсем близко. Руслан даже ощутил гнилостный запах из его рта. В следующий миг Салыгин, отступая назад, выстрелил. Голову покойника дернуло назад.
— На! Получи, жмурище!!! — вопил бандит, стреляя по мертвецу, который крошился под каждой пулей.
Руслан начал убегать по тропинке, по которой еще минуту назад гнался за сатанистами, попутно стреляя в покойников. Он хотел было переступить, через какое-то тело, лежащее на ней. Но вдруг это тело ожило. Жилистая рука схватила его за ногу. Салыгин упал на свою мясистую задницу.
Это был труп женщины. Покойница, сыпя песком с землистого тела в гнилых лохмотьях, набросилась на Руслана. Он истощенно заорал во все горло, закрываясь от нападающей руками. Она укусила бандита за пальцы. Но через секунду Салыгину удалось скинуть ее с себя.
Бандит, пытаясь встать, попятился назад. Ноги его не слушались. Они словно
Руслан все-таки вскочил. Он побежал прочь, забыв о своем верном Макарове.
Тропинка все стелилась перед ним, никак не выводя к заветным воротам.
«Господи, где же выход?! Где же выход?!!» — молился мысленно бандит.
Павел перестал бежать. Он вскинул винтовку, беря Руслана под прицел. Тот медленно шел за пол десятка метров к кладбищенскому забору, издавая страшные вопли.
Читер опустил оружие. Он отвел винтовку в сторону, удерживая ее правой рукой, так что ствол образовывал прямую линию с предплечьем.
В некоторых местах из земли начали вылезать большие толстые черви. Деревья резко начали расти вверх, превращаясь в подобие водорослей. На их ветках начали виться черные змеи и распускаться яркие бутоны. Все вокруг начинало оживать и шевелиться.
Сознание Руслана расплющивалось от наблюдаемых им картин, а сердце бешено колотилось. Ему казалось, что его вот-вот стошнит собственными внутренностями.
«Скорее от сюда! Вон из этого кошмара! — кричала его душа. — Боже, что это!»
Он замер перед большим валом, в который упиралась тропинка. Вал был образован чем-то похожим на здоровую кишку, покрытую множеством вен. Она омерзительно пульсировала.
«Н-н-нет! Нет! Выход есть! Я знаю!» — закричал Салыгин сам себе, скребя пальцами по щекам.
Внезапно ему на лысину упала пиявка. Руслан с омерзением скинул ее. Затем под ноги с неба упала еще одна. Неподалеку еще. И еще. С неба начался пиявочный дождь, от чего стало еще более сумрачно.
— Чудесная погода — неправда — ли? — со злорадством спросил Павел.
Салыгин обернулся на слова. Возле одной из могил стоял, опустив голову с зачесанными назад черными волосами, парень в готичном наряде, подобном тому, который рисуют демонам. Он медленно приподнял лицо. И….
«О, Господи!» — сверкнула мысль в голове у бандита.
Глаза парня горели, как два маленьких телевизора. А на щеках и по краям лба тянулись тонкие и остроконечные черные узоры в виде застывшего пламени. Из пальцев торчали длинные и острые когти.
Руслан оказался, словно парализован. Он даже не обращал внимания на падающих на него пиявок и ползущую со всех сторон нежить.
— Что — СЦО! — спросил у него страшным голосом демон, оголяя сверкающие зубы.
Валентин бежал, не замечая хлещущих его зарослей по тропинке на крик. В своих руках он крепко держал автомат.
В голове взрывались мысли, пытаясь вырваться на свободу: «Пацаны держитесь! Пацаны, держитесь! Я спешу к вам на помощь! Всех порвем! Всех порвем нахер!»
Он выбежал на небольшую полянку с вкопанным в землю деревянным столиком и скамейками. Там на тропинке, прикрытый туманной дымкой, лежал животом к верху в луже собственной крови Михаил. Рядом, на бетонной ограде, проткнутая штырями девушка. Ноги Владимира торчали из зарослей. Бандита взбудоражило увиденное.