Читатель
Шрифт:
Через десять минут они предстали перед квадратным властным мужчиной, который не мог быть кем-то иным, кроме как главным начальником. Заметно лучше одетый, он имел брюшко и залысины. По пружинистой лёгкости, с которой он встал из-за массивного стола, стало понятно, что грузность этого человека явно обманчива. Лопатообразная ладонь громко скребла седеющую щетину на подбородке, пока мужик выслушивал доклад подчинённого.
Попытка поговорить опять не увенчалась успехом, поэтому последовала очередная смешная сценка с пантомимами, в результате которой
Иногороднему Ивану предоставляется жильё, пропитание и обучение. Взамен он обязуется месяц проработать бесплатно. Потом условия подлежат пересмотру. В целом Ивана всё устраивало. Потягать тяжести месяц, проживая на полном пансионе? Да он этим всё детство занимался на бесконечных спортивных сборах! Ничего нового.
Забавно, что у работника не потребовали никаких документов. Пришёл иностранец? Захотел поработать? Ну и ладно – работай. Возможно, это особенность портового города, где иностранцев больше, чем местных.
За месяц, парень планировал подучить язык и попробовать интегрироваться в местное общество.
***
Атаман одной из трёх ведущих артелей порта, старина Начин, сидел в своём трактире Чайка, в компании со своим троюродным племянником Летеном, которого он недавно назначил заместителем. Согласно иерархии артели – сотником.
Под кружку прохладного пива они вели неспешный разговор, обсуждая сегодняшний, без сомнения примечательный день. Виновником особого внимания оказался необычный новичок.
– Узнал его имя?
– Да. Он назвался Иваном.
– Хм. Никогда такого имени не слышал.
– Я тоже.
– Где поселил? – Начин с хитрым прищуром посмотрел на племянника. От его взгляда не укрылось лёгкое смущение на лице Летена.
– Сначала я привёл его в третий барак… – сотник замолчал, скрыв своё замешательство добрым глотком пива. Начин прекрасно знал, что в третьем, самом старом бараке, жили самые бестолковые и низкооплачиваемые работники, по большей части выходцы из деревень и городской бедноты. Состояние барака было соответствующим. Деревянные нары, солома, неприятные запахи и шум. Никакой благородный господин в таком месте даже стоять долго не сможет.
– Хитрец, – улыбнулся атаман, явно одобряя подход племянника. Он бы и сам таким же образом попытался прощупать новичка на вшивость. – И что он?
– А он… Он так на меня посмотрел… С таким прищуром… – Летен опять глотнул из кружки.
– С каким прищуром? – усмехнулся главарь, догадываясь, о чём говорит собеседник.
– Не знаю, не могу точно сказать. Но у меня мороз по коже прошёл, словно я снова стою за щитом, а на меня надвигается строй Вернонских копейщиков. Этот парень совсем не прост. Он молод, но в его глазах такая твёрдость, которой я не видел даже у наших лейтенантов-ветеранов. Он словно понял, что я его испытываю и одним взглядом дал понять, что с ним такие шутки не пройдут.
– Ну надо же, малыш Летен испугался необразованного северянина! – рассмеялся Начин.
– Не испугался,
– Принц! Ха! Ну ладно, поживём – увидим, какой из него принц. Что дальше-то?
– Дальше мы прошли во второй барак. Там всего неделю назад сделали генеральную уборку, топчаны набили новым сеном. Всё выглядело и пахло вполне пристойно. Иван прошёлся вдоль, посмотрел, а потом сам двинулся в первый барак. Там же сквозной проход. Северянин сразу ухватил идею того, как устроены наши постройки.
– Ха-ха! – продолжил веселиться Начин.
– Войдя туда, он мельком осмотрелся и уселся прямо в кубрик к этому кривоногому болвану Ванту.
– Что, прямо вот так вошёл и сел в кубрик к Ванту? – теперь удивился атаман.
– Ну да. С недавних пор они там с Фасилом вдвоём живут. Братья Тац перебрались в другой.
– Ну понятно. Не каждый способен долго вытерпеть болтовню Ванта. Ха-ха-ха! – заржал Начин. В этот раз его поддержал Летен. Здоровяк Вант был всем хорош, но основным его недостатком являлась неуёмная болтливость. Казалось, что у него рот вообще никогда не закрывается. Такого приставучего соседа мог выдерживать только флегматичный Фасил. А отбиться от громилы, поднимающего на плечах лошадь, дано не каждому.
– Ты ничего новичку не сказал? Не припомню случая, чтобы в первый барак попадали люди с улицы. Обычно, надо несколько месяцев поработать и доказать свою особую полезность артели.
– Не сказал, – буркнул посмурневший Летен, который чувствовал, что проявил слабость и остро сожалел об этом. – Он меня даже спрашивать не стал. Просто прошёл и сел, словно так и должно быть. Я хотел было сказать, что ему следует вернуться во второй барак, но тот посмотрел на меня, улыбнулся и головой кивнул, словно поблагодарил. И главное на лице такая хладнокровная уверенность, что мне и возразить нечего было.
– Мдааа… Дела. А что Вант? Я знаю, не смотря на внешнюю благодушность, он бывает суров. Не раз и не два пришлось вычитать из его доли оплату лекаря для покалеченных им недоумков.
– Вант… С ним тоже всё странно. Сначала он удивился такому наглому явлению новичка. Но потом Иван обратил на него внимание, улыбнулся своей белозубой улыбкой и протянул Ванту руку! Представляешь? Он просто пришёл, сел и поздоровался с громилой!
– Да, такого ещё не бывало. И что?
– Ну Вант руку и пожал. Смотрю на них, а они сидят и руки друг-дружке жмут. Ты же знаешь дядя, наш здоровяк на спор кованые железные гвозди в кулаке сгибает. Ему руку человеку сломать – даже напрягаться не надо. А тут он сидит такой, весь напрягся, вижу – давит. Но Иван просто сидит и улыбается.