Чинди

Макдевит Джек

— Не повредит, если нас будет двое.

— Конечно, — поддержал Герман, хотя и не до конца понял мотивы Хатч: она не могла оставаться в безопасности, когда все пассажиры выйдут наружу.

Хатч вздохнула.

— Давайте возложим на Билла обязанность присматривать за всем.

— Вероятно, нужно дождаться восхода солнца, — предположила Аликс.

— До него почти трое суток, — заметил Билл.

Хатч покачала головой.

— Это поздно. А теперь самое лучшее для каждого — хорошенько выспаться. Высадка после завтрака.

Она

поговорила несколько минут с Джорджем, предупреждая его о возможных опасностях лунной базы, затем спустилась в док и проверила по списку, чтобы убедиться, все ли готово к высадке. Ей предстояло ознакомить часть группы с обычной программой работы защитных костюмов. Это сулило очередное развлечение. Хатч загрузила пристежные ремни, добавила пару запасных, проверила бортовую кухню и водоснабжение. Затем подсоединила посадочный модуль к трубопроводу и велела Биллу заполнить топливные баки. После этого она забралась внутрь, уселась в кресло пилота, выключила освещение кабины и отсека и начала проверять индикаторы. И внезапно осознала, что она не одна.

Около открытого воздушного шлюза стоял Тор.

— Привет, — поздоровалась Хатч. — Заходи.

Он улыбнулся: ему хотелось что-то сказать, но он не знал, как это сделать.

— Что-то не так? — спросила она.

— Могу я быть откровенным?

— Разумеется.

— «Кондор» доставил тебе много страданий.

— Он доставил их всем.

— Но жизнь-то продолжается. Нас осталось еще много. Я имею в виду, знакомых уже много лет. — Он помрачнел. — Я так понимаю, ты… гм… дружила с этим капитаном? — Он быстро поправился, вспомнив имя: — Броули?

Хатч почувствовала, что вновь начинает терять выдержку. Вот черт возьми!

— Да, — сказала она. — Мы дружили.

Его ладонь коснулась ее руки.

— Мне очень жаль.

Она кивнула.

— Нам всем очень жаль.

— Ты хорошо знала его? Ничего, что я спросил?

Ничего, хотя я бы предпочла возразить .

— Мы близко знакомы несколько лет. А откуда ты узнал про это?

— Джордж рассказал.

— Надо же. Не думала, что кто-то знает об этом.

В его взгляде проступила нежность.

— Все знают.

Он отпустил ее руку, но Хатч не убрала запястье с ручки кресла. У нее было правило касательно отношений с пассажирами. Даже с теми, с кем ее связывало что-то личное. Но в эту минуту ей хотелось быть как можно ближе к Тору. Она проваливалась в темноту и нуждалась хотя бы в чьем-нибудь обществе.

А он, уже стоя в проеме воздушного шлюза, по-прежнему что-то говорил, но только какая-то ее часть прислушивалась к нему. Он объяснял, как уверенно себя чувствует, зная, что она командует «Мемфисом», и как рад, что он здесь, несмотря на все случившееся. Хатч смотрела на него снизу вверх и вдруг к собственному испугу, да, несомненно, и Тора тоже — потянула его вниз, на ручку кресла.

Его руки обняли ее и удержали, мягко покачивая.

Утром группа расположилась вокруг посадочного модуля и слушала: Хатч объясняла

и показывала, как действуют защитные костюмы. Это гибкие силовые оболочки, поясняла она, которые сами принимают форму тела и ощущаются скорее как просторная хлопчатобумажная одежда. Исключение составлял эффект жесткой оболочки в области лица, обеспечивающей пространство для дыхания. Пассажиры закрепляли оборудование, активировали поле Фликингера и издавали восхищенные возгласы, наблюдая, как оно вспыхивало, когда свет ламп падал на силовые оболочки под определенным углом. Хатч показала им, как отключать поле, объяснила, что для этого требуется одновременно задействовать обе руки — во избежание случайностей. Она подчеркнула, что поле не создает никакой защиты при падении с высоты, столкновении с острым предметом и попадании лазерного луча.

Когда Хатч сочла инструктаж достаточно полным, они в последний раз проверили свое снаряжение, куда входили скребки, резаки и сотни метров кабеля, загрузились в модуль и стартовали.

Они два раза облетели луну, пока Хатч изучала район повышенной опасности. Ничего не обнаружив, она наконец (при возрастающем энтузиазме пассажиров) начала спуск к поверхности. Они приземлились рядом с серебристо-серыми куполами, по соседству с космическим аппаратом на пусковой установке, который видели днем раньше.

Как и ожидалось, ничего не произошло. Из их приемников не грянул рев заработавшего вовсю радио. Не зажглись прожектора, не откинулись люки и никакие сухопутные транспортные средства с десантом не двинулись по отвердевшему грунту. Космический аппарат оставался все таким же неподвижным и темным. Лишь с неба упало несколько снежинок.

Куполообразные сооружения соединялись обводными трубами, укрытыми песком и сыпучей землей. Хатч заметила радиоантенны, блоки сенсоров и множество панелей солнечных батарей. Полоса была засыпана нанесенным ветрами грунтом.

— Сотни лет, — сказал Пит.

Аликс кивнула.

— Я тоже так думаю.

Хатч же сомневалась. На ее взгляд, любой комплекс казался старым, когда отсутствовали признаки жизни, а ветер безжалостно продувал все вокруг. Она понизила давление и откинула люк, готовая первой прокладывать путь, но тут у всех возникло общее стремление ринуться к выходу из шлюза.

— Спокойней, спокойней, — запротестовала Хатч.

Тор усмехнулся.

— Каждый хочет сделать первый шаг.

— Первый шаг?

— Конечно. Ты же понимаешь. Это новый мир. «Один маленький шаг…»

Джордж полагал, что такую честь следует предоставить Герману. Тот с готовностью принял это и спустился на землю.

— Как замечательно быть здесь, — сказал он.

— Замечательно быть здесь? — ухмыльнулся Ник. — И это лучшее, на что ты способен?

Космический аппарат на взлетной полосе был примитивным подъемным устройством на реактивной тяге. Хатч не обнаружила даже ферромагнетиков — главного признака транспорта второго поколения, как не нашла признаков и антигравитационных технических средств — технологии, освоенной совсем недавно.