Четырнадцать в цель
Шрифт:
Нынешняя игра не была исключением. Андрей был в шоке, когда вечером увидел почти весь наличный состав лагеря возле небольшого домика, где и обитал зачинщик всего. На крыльце стоял Игорь и голосом, который бы точно заставил прослезиться от восторга и умиления любого телевизионного диктора, зачитывал избранные места из произведений Фенимора Купера, Карла Мая, Майн Рида, Луиса Ламура и прочих любителей Дикого Запада. Застывшие от восторга дети внимательно слушали, боясь даже пикнуть. Боялись пикнуть и их наставники, правда, отнюдь не из-за заинтересованности романами об индейцах. Просто Игорь побеседовал по душам с каждым воспитателем и предупредил, что в случае каких-либо
Чтения продолжались каждый вечер на протяжении недели, время от времени перемежаясь просмотром фильмов. Естественно, крутились исключительно старые вестерны, ещё пятидесятых – шестидесятых годов. А днём шли работы по подготовке к игре. Те, кто приезжал в лагерь уже не первый раз (а таких было немало), заранее готовили костюмы и оружие. Остальные либо звонили родственникам с просьбой о помощи, либо шли к Игорю Петровичу на поклон. Тот никого не прогонял, а тщательно рассказывал и показывал, как сделать лук со стрелами, ковбойскую шляпу, головной убор вождя ирокезов или пугач в виде винчестера.
Постепенно сложились команды. В соседнем лесочке в условиях строжайшей секретности возвели индейский лагерь, а детскую площадку, стилизованную под Древнюю Русь, переделали в форт. Андрей был переименован в Эндрю Стоунмена и, как единственный разумный человек помимо самого Игоря, поставлен командиром к ковбоям. При этом Игорь расщедрился и из своих запасов выдал Каменеву Стетсоновскую шляпу, ковбойские сапоги, правда без шпор, пояс с кобурами и два пистонных револьвера, которые научил резко выхватывать. После недельной подготовки война ковбоев и индейцев официально началась.
Вот тут-то Андрей и понял, во что ввязался. Игорь воевал точно так же, как резался в шахматы, и первая игра была проиграна ему всухую. Мало того, Каменева ещё и захватили в плен. Парень даже не успел ничего сообразить, когда краснокожие накинули на него лассо, привязали к дереву и начали водить вокруг хороводы. После двухчасовой пытки песнями Одноглазый Бизон сжалился и отпустил пленника. Следующие две игры протекали по похожему сценарию: Андрей выводил свою армию, пытаясь найти тайное убежище индейцев, нарывался на засаду и успевал погибнуть смертью храбрых, прежде чем ему удавалось подстрелить хоть одного краснокожего. Хорошо хоть четвёртая игра прошла иначе: противник понёс пусть незначительные, но потери, а Эндрю застрелил Одноглазого. По крайней мере, Андрею не придётся вечером выслушивать многочисленные упрёки своих подопечных.
В лагере их встретили радостно. Маленький Санёк от восторга даже дал пару очередей в воздух из своего пулемёта. Андрей усмехнулся: не повезло этому мальчику. Так же как и остальные ребята, Санёк связывался с родней и просил, чтобы ему привезли шляпу и ружьё, но, увы, отозвалась только бабушка, которая, толком не вникнув в дело, привезла любимому внучку станковый пулемёт «Максим» на батарейках и будёновку. Игорь рассмеялся, разглядывая этот инвентарь, а потом долго успокаивал малыша и в итоге попросил Андрея поставить Санька охранять форт. Пулемёт условно стали считать орудием Гатлинга, а будёновку убрали подальше, до лучших времён, когда Игорю придёт в голову разыгрывать сцены Гражданской войны.
Сам знаменитый вождь краснокожих уже сидел на веранде, попивая чай и рассказывая всем желающим итоги боевого столкновения. Завидев Андрея, он отставил чашку в сторону и подозвал парня к себе. Ребята почтительно отошли подальше. Каменев с каким-то непонятным чувством удовлетворения подметил, что часть
– Нет, всё-таки классно ты меня сделал, – с места в карьер начал Игорь. – Я до сих пор поражаюсь. Даже понять ничего не успел, а ты уже весь барабан в меня засадил!
Андрей пожал плечами. Сказать ему в принципе было нечего.
– Просто повезло, – наконец устало вымолвил он. – Я испугался и толком не сообразил, что делаю. Просто взял и эээ… – юноша закрутил рукой в воздухе, пытаясь подобрать слова, но тут Игорь засмеялся и хлопнул его по плечу.
– В таких делах большую роль играет везение! А раз тебе повезло в поединке со мной, значит, повезёт и с другими, более мелкими личностями. Вот что, – Игорь перешёл на шёпот. – Вечером после ужина приходи ко мне. Думаю, тебе стоит это увидеть.
Андрей молча кивнул. Такая агрессивная дружелюбность его пугала, правда, любопытство всё равно брало верх. Впрочем, до ужина было ещё далеко, и времени для раздумий хватало.
Жилище Игоря было, пожалуй, самым загадочным строением во всем лагере. Никто, кроме хозяина и директора, не переступал его порога, а постоянно зашторенные окна давали повод для слухов, один другого страшнее. Впрочем, скептически настроенный Андрей этим сплетням не верил. Одно только предположение, что Игорь каждую ночь проводит шаманские ритуалы, казалось парню нелепым. Тем не менее, когда он приближался к дому «замдиректора по всем вопросам», по спине забегали мурашки. Даже стук в дверь вышел у Андрея каким-то застенчивым. Услышав бодрый бас Игоря, он робко зашел в прихожую. Перед Каменевым была ещё одна дверь, которую он отворил с не меньшей робостью и застыл на пороге, не в силах удержать свою отвисшую челюсть.
Действительность превзошла все ожидания. Перед Андреем предстало нечто среднее между антикварной лавкой, запасником музея и обиталищем практикующего некроманта. Как единое целое всё это не воспринималось, взгляд выхватывал лишь отдельные фрагменты: перекрещенные меч и катана на дальней стене, верхняя половина рыцарского доспеха, африканские ритуальные маски над кроватью, здоровенное охотничье ружье и небольшой слоновий бивень, гравюра с Фудзиямой, несколько потертых чучел каких-то странных белок, чучело горного козла с седлом на спине, пучки трав и корений, развешанные на верёвке для просушки, ещё одно ружье, на сей раз лежащее на оленьих рогах, непонятные статуэтки, череп хищника, явно из семейства кошачьих. В углу стояла печка, рядом с ней возвышались два шкафа, один из которых был заставлен баночками и бутылочками с неизвестным содержимым, а во втором находились книги. К шкафам примыкал стол, заваленный всякой всячиной, как то: головной убор вождя индейцев, копьё, пара костяных ножей, ожерелье из зубов и когтей, патронташ и коробки с патронами и ещё куча непонятных предметов. Всю эту композицию венчало подвешенное под потолком чучело крокодила, к которому были приделаны обычные шестидесятиватные лампочки, по одной на каждую лапу.
Оторвав взгляд от весьма специфической люстры, Андрей наконец-то посмотрел на хозяина дома. Игорь сидел на маленьком диванчике, непонятно каким образом уместившемся посреди всего этого хаоса. Одной рукой завхоз что-то набивал в ноутбуке, лежавшем у него на коленях, а второй сжимал статуэтку индейского божка. Ударив ещё несколько раз по клавишам, Игорь закрыл крышку компьютера, и, отложив его в сторону, перевел взор на Каменева, не переставая при этом улыбаться.
– Ну, как тебе моё логово, пистольеро Андрей? Не слишком пугающе?