Четыре солнца

Жигунов Виктор Васильевич

А сынь Всеволожь Владимiръ по вся утра уши закладаше Чернигову. 7 4 3 4 3, С

Описываются события 1078 и последующих лет, не будем перечислять всех князей, которые в них участвовали. Чернигов был захвачен Олегом, затем, в его отсутствие, отцом Владимира Мономаха. Последний и стал черниговским князем, но, опасаясь, что Олег подойдёт с войском, на ночь выставлял вокруг города сторожей, а по утрам впускал их обратно и опять закладывал уши,

проушины городских ворот.

В издании 1800 года сказано не Чернигову, а въ Чернигове. Толкование: Владимир затыкает собственные уши, не желая вмешиваться в события. Непонятно, почему государственный деятель ведёт себя, как небезызвестная птица, при опасности прячущая голову в песок. Кстати, страус в действительности тоже этого не делает.

Бориса же Вячеславлича слава на судъ приведе и Каинину зелену паполому постла. 10 4 6 6 4, С

В том же издании написано не Каинину, а на канину. По этому поводу возникла обширная литература, предлагались поправки на казнь ину, наказа: ниву зелену, на ковылу (ковыль) и прочие. Самое распространённое мнение — что упомянут Канин ручей; правда, никто не знает, где он, вдобавок по грамматике тогда полагалось бы на Канине.

Но смысл неизмеримо глубже: поэт говорит о братоубийственной войне — библейский Каин убил Авеля.

Продолжается рассказ, начатый предыдущим стихом. Когда Олег подступил к Чернигову вместе с Борисом, против них вышли войска четырёх князей. Олег понял, что битва безнадёжна, и сбежал. Борис же вознамерился победить всех и погиб — похвальба, слава, постелила ему погребальное покрывало, паполому. Обычно оно было чёрным, а здесь зелёное — трава.

Слово постла (положила) относится и к следующему предложению:

За обиду Ольгову — храбра и млада князя. 7 3 – 2 2, II

Долгое время храбрым и молодым считали Олега, хотя он тогда был вовсе не молод и к тому же струсил. Борис пожертвовал жизнью за чужие интересы. А обида Олега состоит в том, что ему пришлось завоёвывать город, где раньше княжил его отец.

Съ тоя же Каялы Святопьлкь полеля отца своего 6 6 4 1 -, III? междю угорьскими иноходьцы ко святй Софiи къ Кiеву. 1 5 3 5 3, ?

В том же сражении, что и Борис, был с другой стороны убит Изяслав. Его сын Святополк увёз его тело на венгерских иноходцах — конях, выносивших при беге одновременно то обе правые, то обе левые ноги. Носилки, подвешенные между такими конями, на ходу не трясло, а лишь качало, лелеяло.

Изяслав — первый великий князь, погибший из-за междоусобных распрей. И это был первый случай, когда половцы

пришли на Русь под видом союзников (их привёл Олег). А Игорь — первый князь, захваченный ими в плен. Поразительно, как всё увязано, не случайно у автора «Слова»!

Тогда, при Ольз Гориславличи, сяшеться и растяшеть усобицами 7 4 4 7 1, III? погибашеть жизнь Даждьбожа внука, 4 2 1 2 1, С? въ княжихъ крамолахъ вци челоекомъ скратишась. 5 3 3 3 -, IV?

«Тогда засевалось и порастало усобицами (или по-другому — „разбрасывалось и раздиралось“), в усобицах погибало достояние потомков Даждьбога, век простых людей стал короток из-за княжьих войн». Поистине, Олег — не Святославич, а Гориславич.

Тогда по Руской земли ртко ратаев кикахуть, (4 4 4 2 2, IV) нь часто ворони грояхуть, трупiя себ дляче, (4 4 4 1 2, IV?) а галици свою рчь говоряхуть, хотять полетти на уедiе. (5 5 5 3 3, Д) 13 13 13 6 7, IV

«Тогда редко пахари покрикивали, но часто вороны каркали, а галки по-своему говорили, собираясь на добычу».

То было въ ты рати и въ ты пьлкы — а сицей рати не слышано! 4 3 2 9 -, II

«…а такой битвы не слыхано!».

Съ заранiя до вечера, съ вечера до свта летять стрлы каленыя, гремлять сабли о шеломы, трещать копiя харалужныя въ пол незнаем среди земли Половецкыи. 17 8 18 9 1, III? Чьрна земля подъ копыты костьми была посяна, а кровiю польяна, тугою взыдоша по Руской земли! 9 10 6 3 4,?

Туга — однокоренное с «тужить», горевать.

Что ми шумить, что ми звенить– 2 1 4 1, II далече рано предъ зорями? 3 2 3 1 -, III

«Слово» — поэма не только по названию, оно действительно наполнено поэзией. О ней не приходится особенно говорить, потому что поэзия всё равно необъяснима. Но вряд ли какой-нибудь читатель сам не чувствует лирическую силу многих и многих строк «Слова» — например, этих.