Четыре нарушения

Ловелл Л. П.

– Ты взяла ружье... – произносит Тобиас.

– Вставила пулю, - шепчет Престон, вновь меня целуя.

– Нажала на курок, - шипит Тобиас.

– И просто ждала, когда он упадет замертво.

– Я...
– я пытаюсь отойти подальше от тела, но сильные руки Тобиаса не отпускают меня, не позволяют сдвинуться с места.

– Тебе следовало дать ему наркотики, сладкая Элла, - Престон убирает локон моих волос за ухо.
– Это и был правильный выбор.

– Некоторым людям нельзя помочь, - усмехается Тобиас.
– Правильно и неправильно – что на самом деле это означает? В чем смысл, если в том, и в другом есть недостатки.

–

Не совершай поступки, просто чтобы быть хорошим человеком, Элла, это лишь выйдет тебе боком.

Тобиас указывает на мертвое тело мужчины.

– Он был адвокатом. Весьма преуспевающим, он был хорош в своем деле. Настолько хорош в выборе аргументов и своей способности отыскать нужные лазейки, что помог убийце-насильнику избежать наказания. Убийце-насильнику, который, в конце концов, убил жену этого человека.

Престон вздыхает.

– Какая жалость. Только представь, насколько, наверное, тяжело пытаться жить со знанием, что твое глупое решение и жадность до денег способствовали убийству твоей единственной истинной любви.

Тобиас усмехается.

– В некотором смысле, он собственноручно убил жену. Ох уж эта ирония жизни, ягненок.

Я смотрю на мужчину – человека, которого они называли ничтожным, бельмом на человеческом роде, и мой желудок сжимается, а по горлу поднимается желчь.

– Депрессия. Вина. Они поглотили его, - продолжает Престон.

– Кусочек за...
– Тобиас щипает меня, - кусочком. Пока он не захотел найти что-нибудь, способное заставить исчезнуть все это.

– Так похоже на тебя, стоявшую на мосту вчерашним вечером, - произносит Престон.
– Разве ты не хотела, чтобы все проблемы просто перестали существовать?

– Если бы у тебя не было нас, ты бы не хотела, чтобы тебе помогли избавиться от твоих мучений?
– рука Тобиаса тянется к моей талии, а затем он разворачивает меня, притягивая к себе.
– Ты осуждала его, ягненок? Считала, что он был низшим существом?

В голове полная неразбериха, потому что меня терзают раздумья, каков же правильный ответ? Разве вообще есть правильный ответ, когда дело касается этих двоих. Мое сердцебиение учащается, а голова начинает кружиться, потому что я в замешательстве. Я вмешалась, нажала на курок, хотя и не хотела быть вовлеченной во все это. Я играю в эту игру, потому что... потому что у меня больше ничего нет. Тобиас и Престон, деньги - это моя слабость. Мой наркотик, моя зависимость, мой кайф, ради которого я сделаю все. Хватка Тобиаса на моей талии усиливается, и он склоняет свое лицо ближе ко мне.

– А еще лучше, ты веришь, что...
– я поднимаю на него взгляд, его глаза наполнены смесью волнения и возбуждения, - ты веришь, что ты высшее создание? Можешь ли ты быть выше моральной концепции правильного и неправильного?

– Элла, - я слышу шепот Престон, но я так заворожена тем, как искрятся глаза Тобиаса, что не могу отвести взгляда.
– Элла, - вновь шепчет Престон, - ты можешь сделать это? Можешь быть такой, как мы?

Мой взгляд перемещается на дверь, затем на тело и на Тобиаса, по моим венам проносится адреналин. Хотелось бы иметь возможность уйти, но... я выдыхаю. Я не могу. Это. Они. Все в них заставляет меня чувствовать себя более живой, чем когда-либо. Это неправильно и извращенно, но в какой-то мере это является для меня подобно духовному пробуждению, и я не хочу оставлять это позади, просто не могу.

– Будь высшим созданием, ягненок, - выдыхает Тобиас напротив моего рта, прежде чем его язык пробегается

по моим губам. Его пальцы впиваются в мою талию, когда он притягивает меня ближе к себе, прижимаясь ко мне своей твердой выпуклостью.

– Скажи нам, что ты именно такая, - Престон покусывает мою шею, его рука поглаживает очертания моих ягодиц.

– Скажи нам, что ты лучше, чем все остальные, - шепчет Тобиас, прежде чем прикусить мою губу.

– Я хочу...
– я замолкаю, поддаваясь навстречу прикосновениям Престона и Тобиаса. Опьяненная ими от напряжения, контроля и страха, который пожирает меня. Они словно окружены дымкой, и с каждым шагом, с каждым следующим вздохом я становлюсь все более одурманенной и нуждающейся. С каждой секундой в их присутствии я чувствую, как они отхватывают все больше от моей души. И я хочу этого. Хочу, чтобы они обладали мною, желаю этого самой глубокой и темной частью себя. Я мечтаю быть по-настоящему безумной рядом с ними.

– Скажи это, ягненок, - воркует Тобиас, проводя мягкими кончиками пальцев по моей щеке.
– Прими это. И мы примем тебя.

– Я - высшее создание, - шепчу я, и по мне пробегает дрожь возбуждения.

Тобиас целует меня, за ним следует Престон. И как только теплые губы Престона отстраняются от меня, Тобиас хватает меня за шею, заставляя запрокинуть голову назад.

– Ты лучше всех, за исключением нас.

Мое дыхание замирает, и он отпускает меня, наблюдая за мной с легкой ухмылкой. Тобиас переводит взгляд на Престона, и я наблюдаю за их безмолвным диалогом. Престон поворачивается ко мне лицом, улыбаясь.

– Я буду по тебе скучать, сладкая Элла, - произносит он, отворачиваясь от меня и направляясь к двери.

– Да, мы будем скучать, - добавляет Тобиас, вздыхая, скользя взглядом по моему телу.
– Ты будешь хорошим ягненком, не так ли?
– он достает черную ткань из кармана и складывает ее несколько раз. – Повернись.

Я медлю всего секунду, прежде чем его руки опускаются на мои плечи, разворачивая меня. Он прикрывает мои глаза тканью, не позволяя мне видеть, завязывая ее узлом сзади.
– Игра под номером четыре еще не окончена, докажи, что ты лучшая, Элла.

Мое сердце подпрыгивает, неистово ударяясь о ребра, когда я начинаю качать головой. Я слышу, как он пересекает комнату. Затем раздается щелчок замка, скрип двери.

– Не... не оставляй меня, - мой голос наполнен паникой.

– Номер Три хорошо о тебе позаботится, - говорит Престон. И прежде чем я успеваю сказать хоть что-то в ответ, дверь закрывается, оглушая меня громким хлопком.

Тишина. Каждый вздох, который мне удается сделать, кажется слишком шумным и тяжелым. Сердцебиение отдается в ушах, все тело застыло от напряжения, и не по той причине, что где-то в углу лежит труп человека, а потому что Третий вызывает у меня тревогу. Пугает меня. Беспокоит меня. Конечно же, Тобиас и Престон не оставили бы меня с ним просто так, он не мог быть третьим игроком, если бы не был...

– Маленькая Элла, - его твердый голос посылает мурашки по всему моему телу.
– Повернись, моя прекрасная игрушка.

Сглатывая, я беру себя в руки и поворачиваюсь на звук его голоса.

– Красивая, красивая, такая красивая, - отчетливый британский акцент придает каждому его слову унизительный и снисходительный оттенок.
– Ты волнуешься?

Мою кожу покалывает от страха, а грудь все сильнее сжимается с каждым вздохом.

– Да, - выдыхаю я, потому что знаю, что ложь ни к чему не приведет.