Четвертый кодекс
Шрифт:
Обычно она лишь снисходительно улыбалась на рассказы Галины о паломничествах к святым местам, дальних монастырях, чудотворных иконах и прозорливых батюшках. Но тут не выдержала. Она ведь сейчас в отчаянном положении, опасность совершенно реальна. А сестрица лезет со своими религиозными глупостями. Верунья, надо же...
– А ты во что веришь? – спокойно спросила Галина.
Внешне она была очень похожа на сестру – серые ясные глаза, острые скулы, упрямый носик, красивая аккуратная фигура. Может быть, не настолько яркая, как Илона, точно менее порывистая, более молчаливая и углубленная в себя. Да и выглядела она
Сестры всегда знали, что друг для друга они – последняя линия обороны в этой жизни. Но общались мало. А когда встречались или говорили по телефону, тема религии возникала редко. Илона даже удивилась, что Галя так упорно поднимает ее с тех пор, как она без предупреждения ввалилась к ней с вокзала и рассказала свою дикую и тревожную историю.
– Я верю в то, что меня прижали, - зло бросила Илона, паря вейпом.
Галина дело это не одобряла, однако снисходила.
– И кто же? – спросила она.
Илона неопределенно махнула рукой.
– Спецслужбы... И эти... колдуны какие-то. Откуда я знаю! – вызверилась она.
– То есть, в колдунов ты веришь? – уточнила Галя.
– Откуда я знаю, - повторила Илона, но тоном ниже.
Она действительно не знала и не понимала, пребывала в смятении. Конечно, в своей жизни Илона частенько сталкивалась с чем-то необычайным, не поддающимся тривиальным объяснениям. Да взять того же Кромлеха с его пророческими способностями и целительством. Доводилось ей наблюдать в деле и индейских дьяблеро. И вообще для антропологов магия, как говаривал ЕВК, тема особо склочная. Всегда есть опасность, что изучаемое явление захватит и увлечет самого исследователя – примеров тому была масса. Илона признавала существование паранормальных явлений. Многое из того, что древние постигли эмпирически и интуитивно, полагала она, не включается в систему наших знаний как не имеющее научного объяснения. Но как незнание законов гравитации и анатомии не спасет человека от травм при падении с высоты, так и при движении на ощупь в пространстве древних цивилизаций всегда будут встречаться опасные ловушки. При этом она была уверена, что рано или поздно всем этим фактам найдется вполне рациональное объяснение.
Однако то, что с ней случилось за последние месяцы в эту успокоительную схему никак не укладывалось. Похоже, ловушка, в которую она угодила, была очень уж страшной.
– Если бежишь от колдунов, значит, веришь в них, - заключила Галина. – И тогда почему не хочешь встречаться с батюшкой, который в этих делах понимает гораздо больше, чем ты?
– Чем он мне поможет? – вновь вспыхнула Илона. – Помолится и все мои проблемы исчезнут?..
– Помолится, конечно, - кивнула сестра. – И расскажет что-нибудь полезное.
Она отхлебнула чаю. Илона молчала.
– Тебе нужна помощь специалиста, - продолжала Галина, ставя чашку. – А кто специалист в этих вещах? Я имею в виду
– Откуда я знаю, кто специалист, - раздраженно махнула рукой Илона. – Маг какой-нибудь, наверное... Чушь какая-то!
– Ну, думаю, для тебя что священник, что маг – все едино, - заметила Галя. – Илонка, - ее голос дрогнул и стало понятно, что на самом деле она очень переживает, – ты же знаешь, я тебя люблю и худа не посоветую.
Илона лишь молча махнула рукой, погасила вейп и пошла спать. Но сон ее был ужасен – как все последние месяцы. Снова навалились жуткие, сюрреалистические видения, в которых все время являлся Кромлех – то в виде огромной рептилии, то каменного, но живого изваяния, половина лица которого была ухмыляющимся черепом. И вновь на нее накатывали гигантские потусторонние волны немыслимых цветов, и вновь космические вихри увлекали ее в бесконечность небытия. В которой, тем не менее, существовало нечто...
Когда она осознала себя в реальном мире, было очень раннее утро – за окнами спальни простиралась тьма. Илона понятия не имела, сколько ей удалось поспать, но больше лежать в постели не позволяла отвратительная зудящая тревога. Она встала, осторожно оделась и тихо вышла на улицу.
Общественный транспорт, слава Богу, уже ходил. Илона заскочила в маршрутку – метро в этом городе, похоже, не построят никогда – и долго ехала, скорчившись на сидении у густо покрытого инеем окна, уткнувшись носом в воротник куртки.
Выскочила на первой попавшейся остановке, понятия не имея, где находится. Сибирский январь шершавыми лапами обхватил ее лицо, и она поспешно ворвалась в двери кафе, на ее счастье случившегося рядом. Спросила большую чашку горячего шоколада и несколько минут просто согревала об нее руки. Потом посмотрела в окно. На противоположной стороне улицы в морозном мареве за красными кирпичными стенами возвышался массивный палевый храм под зелеными куполами. Илона с удивлением поняла, что это именно тот монастырь с прозорливым батюшкой, куда посылала ее Галина.
Мысленно она пожала плечами, удивляясь психологической причуде – ну, или просто случайности – которая привела ее сюда, и хотела отхлебнуть какао. Но застыла с чашкой в руке.
Когда она заходила в кафе посетителей там не было – в такую-то рань. Даже буфетчица ушла куда-то, обслужив Илону. Только что она готова была поклясться, что сидит тут одна. Но это было не так – за столиком напротив сидела женщина. И Илона ее знала.
На нее с хищной улыбкой на скуластом лице глядела Кэрол Таш – колдунья, видящая, носительница страшной древней магической сущности!
Вход в кафе был напротив Илоны и незаметно для нее не вошел бы никто. Но Кэрол со всей очевидностью была здесь, причем не в виде призрака, а, похоже, вполне телесно. На ней была белая куртка с отороченным песцом капюшоном, который она не откинула, ее руки спокойно лежали на столике. И она продолжала молчать, просто сидела и улыбалась все более язвительно.
На Илону напала жгучая паника, но каким-то чудом она взяла себя в руки. Ей показалось, что в помещении резко потемнело, что это уже даже и не кафе, а... сарай. Знакомый сарай с устланным соломой полом. Из обстановки кафе остались лишь два столика с двумя женщинами. И они смотрели друг на друга – одна с ужасом, а вторая – с холодным вожделением.