Четвертое крыло
Шрифт:
– Вайолет?
Я повернулась налево и увидела профессора Маркема, ведущего за собой отряд писцов-первокурсников.
«Здравствуйте, профессор».
Держать лицо, не выражая никаких эмоций, рядом с ним было легче, потому что я знала, что он этого ожидал от меня.
«Не знал, что ты дежуришь в библиотеке, – он посмотрел между рядами полок, туда, где только что исчезла Есиния. – Тебе уже помогли?»
«Есиния… – Я поморщилась. – Я имела в виду, кадет Нейлварт, она делает все возможное, чтобы помочь».
«Знаете, –
Девушка справа от него задохнулась от удивления, а потом забормотала извинения, прикрыв рот ладонью.
«Ничего, я отреагировала примерно так же», – успокоила я ее.
«Возможно, ты сможешь кое-что объяснить кадету Насе, который только что жаловался, что здесь не хватает свежего воздуха. – Профессор Маркем показал на мальчика слева от себя. – Эта группа только начинает ротацию в библиотеке».
Лицо Наси под кремовым капюшоном мгновенно приобрело свекольно-красный оттенок.
«Это часть системы защиты от огня, – сказала я ему. – Меньше воздуха – меньше риск, что вся наша история сгорит дотла».
«А душные капюшоны?» – приподнял бровь Нася.
«Так тебя труднее разглядеть на фоне книжных полок, – объяснила я. – Символ того, что здесь нет ничего и никого важнее, чем книги и документы».
Я обвела взглядом комнату, и на меня снова накатила тоска по дому.
«Именно, – профессор Маркем внимательно посмотрел на Насю. – А теперь, если вы нас извините, кадет Сорренгейл, нам нужно работать. Увидимся завтра на инструктаже».
«Да, сэр». – Я отошла назад, давая отряду пройти.
«Ты грустишь?» – спросила Андарна мягким голоском.
«Просто пришла в библиотеку. Не стоит беспокоиться», – ответила я ей.
«Трудно любить второй дом так же сильно, как первый».
Я сглотнула.
«Это легко, когда второй дом – правильный».
Именно таким домом стал для меня квадрант всадников. Пусть я тосковала по покою и одиночеству, которые могла найти только здесь… Но они не могли сравниться с адреналиновым всплеском во время полета.
Тут вернулась Есиния с тележкой, нагруженной требуемыми книгами и почтой для профессоров нашего квадранта. Она смущенно показала мне:
«Ужасно жаль, но я не смогла найти эту книгу. Я даже искала в каталоге слово “виверна” – кажется, именно так ты назвала ее, – но там ничего нет».
Я на секунду замерла. В нашей библиотеке были либо копии, либо оригиналы почти каждой книги в Наварре. Исключение составляли только ультрараритетные или запрещенные книги. Когда это детский фольклор стал раритетом?
«Все в порядке. Спасибо, что поискала», – ответила я.
«Ты выглядишь по-другому, – махнула она рукой, затем отдала мне тележку. Я широко распахнула глаза от удивления. – Не плохо, а просто… по-другому. Твое лицо теперь более худощавое, и даже твоя осанка…» – Она качнула головой.
«Это все тренировки. – Я замолчала на мгновение, обдумывая правильный ответ и уронив руки вниз. – Это тяжело, но и здорово тоже. Я становлюсь быстрее на матах».
«На матах?» – Она нахмурила брови.
«Для вызовов».
«Точно. Я забываю, что вы, ребята, еще и деретесь друг с другом». – Сочувствие наполнило ее глаза.
«Я и вправду в порядке, – заверила я ее. Ну, не считая моментов, когда Орен в моем присутствии хватался за кинжал или Джек вскидывался каждый раз, стоило нам пересечься в коридоре. – А как насчет тебя? Ты хотела именно этого?»
«Я получила все, и даже больше. Намного больше. Ответственность, которую мы несем не только за запись истории, но и за передачу информации с передовой. Это больше, чем я когда-либо могла себе представить, и это так приятно». – Она забылась на мгновение, и ее губы дрогнули… но потом она их снова поджала.
«Хорошо. Я так рада за тебя». – И это я серьезно.
«Но я беспокоюсь за тебя. – Она вздохнула. – Участились нападения вдоль границы…»
Беспокойство тут же прочертило морщины у нее на лбу.
«Знаю. Мы слышим о них во время инструктажей».
Всегда одно и то же: удары по местам, где ослабли чары, разграбленные деревни высоко в горах и все больше мертвых всадников. Мое сердце разрывалось каждый раз, когда мы получали отчеты, и какая-то часть меня отмирала с каждым нападением, которое мне приходилось анализировать.
«А Даин? – спросила она, когда мы направились к двери. – Ты видишься с ним?»
Моя улыбка потускнела.
«Это уже история для следующей встречи».
Она вздохнула:
«Я постараюсь быть здесь завтра примерно в это же время, чтобы увидеть тебя».
«Звучит замечательно».
Я с трудом воздержалась от того, чтобы обнять ее, и вышла через открытую Есинией дверь.
К тому времени, как я вернула тележку в библиотеку квадранта и прибежала на обед, отстояв в очереди на раздаче, время на еду уже почти истекло. А значит, пришлось запихивать мясо в рот очень, очень быстро, не принимая участия в общей болтовне. Новички, два первокурсника и два второкурсника, которых мы взяли, когда третий отряд был распущен, сидели через столик от нас. Потому что отказались находиться рядом с кем-либо, у кого есть метка восстания.