Четвертая Беты

Маркосян-Каспер Гоар

— Так, ерунда.

— По твоему виду этого не скажешь.

— А!.. Из-за каждого пустяка дергают начальника спецотдела. На месте разобраться не могут.

— На каком месте? — осторожно спросил Дан.

— В Вагре.

— Ты едешь в Вагру?

— Да. Точнее, в деревни под Вагрой.

— Возьми меня с собой, — попросил Дан.

— Что ты там потерял?

— Просто интересно съездить в деревню. Но если это секретное дело…

— У меня нет секретов, — сказал Маран. — Я все делаю открыто. Давай собирайся, только быстро, через четверть часа выезжаем.

Собирать

Дану было ничего, он сходил за курткой и влез в машину Марана на заднее сидение. Там же примостились двое его учеников, Мит и Навер, сам Маран сел рядом с третьим, Вентой, занявшим место за рулем, и машина сразу тронулась. Дана слегка огорчило присутствие посторонних, в обществе подчиненных Маран не отличался разговорчивостью, к тому же поездка эта наверняка не была предметом его мечтаний, о чем свидетельствовали его мрачный вид и задумчивость. Дан прильнул к окну. Въехав в город, мобиль свернул вправо и резко сбавил ход, почти пополз. Район этот был незнаком Дану… впрочем, он ничем не отличался от других, те же кривые узкие улочки, слившиеся в монолитную массу неказистые дома, убогие лавчонки с полупустыми витринами величиной в окошко, то же безлюдье. Неожиданно машину обволок дым. Пожар? Не похоже. Проехали еще несколько сот метров, и Дан догадался. Ему случалось видеть такое в кино. Заводы. Множество заводов. Потянулись бесконечные глухие стены, над которыми одна за другой возникали одинаковые грязно-бурые коробки. И трубы, целый лес труб, вернее, трубы в этом лесу были стволами, а кронами — дым. Черные, колеблющиеся на ветру, аморфные сгустки расползались, сливались, скоро за ними не стало видно неба. Маран плотно закрыл стекло, остальные последовали его примеру.

— Могучая промышленность, — пробормотал Дан с оттенком осуждения.

Его соседи не уловили или сделали вид, что не уловили этот оттенок, но Маран живо обернулся.

— Тебя что-то не устраивает?

— Испоганили воздух. Неужели у вас нет очистных сооружений?

— Здесь?

— Здесь и вообще. В принципе.

— В принципе есть. Но нет денег. Нам еле хватает на суть. Не до украшений.

— Очистка не украшение, — возмутился Дан. — Это здоровье. Здоровье земли, здоровье воздуха, здоровье людей…

Маран насмешливо сощурился.

— Не забудь сказать про отдых у моря, сытную еду… что там еще?

— А что?

— Объясни ему, Мит, — сказал Маран вместо ответа и отвернулся.

Мит обратил к Дану честное молодое лицо.

— Мы отдали борьбе наше счастье, наше здоровье, саму нашу жизнь, — раздельно проговорил он. — Мы отреклись от настоящего во имя будущего, от себя — во имя других.

Дан промолчал. Мир, где он родился и вырос, не знал слепой веры, язык лозунгов, на котором говорили здесь, был знаком Дану только по сатирическим и историческим книгам, но эти убежденные молодые люди с суровыми лицами не смогли б понять его скепсиса, и он промолчал, только окинул взглядом сидевших в машине. И неожиданно увидел в зеркальце лицо Марана. По губам того скользнула ироническая усмешка. Скользнула и пропала. Дан снова отвернулся к окну.

Заводы

кончились, кончился город, мобиль выехал на трассу, залитую чем-то вроде бетона или цемента и понесся, как ветер, Дан даже удивился, он не мог и предполагать, что у здешних машин столь мощные двигатели. Не снижая скорости, проехали несколько небольших поселков, таких же безлюдных, как Бакна, и столь же малопривлекательных, сколь ее предместья. Словно чума прокатилась по этой стране… Дан уже знал, что Государство насчитывает больше сорока миллионов жителей, но ощущение было именно такое — чума… или техногенное заражение местности…

Вдали показалась слитная масса строений, над которой, прилепившись к грузному телу длинного холма, нависала черная зубчатая громада, уменьшенная копия Крепости Бакна.

— И тут есть Крепость? — спросил Дан.

— Крепости есть во всех древних городах Бакнии. В темные века на Бакнию часто нападали северные и западные варвары. В Крепостях пряталось порой население целого города, а то и окрестных деревень. Они строились очень прочно, и все уцелели, хотя им по нескольку сот лет.

Крепостей они не взрывали, подумал Дан язвительно.

Машина, даже не притормозив у открытых ворот, въехала во двор Крепости и подкатила прямо к Центральному зданию.

— Давайте, — сказал Маран, не повернув головы, — тащите сюда эту компанию. Мит, ты иди за Главой Лиги, а ты, Навер, за Начальником Охраны. Стоп!.. Вента, иди с Митом, — добавил он, обращаясь к водителю.

Хотя Дан твердо решил не задавать вопросов, все же, оставшись наедине с Мараном, не удержался.

— Из-за чего сыр-бор?

— Утайка зерна, — коротко ответил Маран.

— Как? — не понял Дан.

— Сиди и смотри.

По выражению лица Марана Дан вдруг понял, что их слушают. Кто? Он оглядел салон. Подслушивающее устройство? Где? И почему Маран раньше его не обрывал? Может, эта штука на ходу не работает, мешает шум двигателя? Или?.. Ну не прослушивается же весь двор!.. Чертовщина!

Маран усмехнулся его растерянности, выражение надменной холодности сползло с его лица.

— Там, за тобой, лежит фляга с карной, — сказал он почти весело. — Давай выпьем по глоточку.

Глава Вагринского отделения Лиги выглядел озабоченным, но не напуганным, в отличие от Начальника Охраны, который, видимо, боялся Марана до судорог. Пока они влезали в машину, пока Мит и Навер устраивались на откидных сидениях, Маран молчал, и только когда мобиль тронулся, небрежно бросил:

— Говори!

— Кто, я? — дрожащим голосом вопросил Начальник Охраны.

— Кто сообщил в Бакну, ты?

— Ну я, — выдавил из себя тот.

Что-то, очень похожее на ненависть, мелькнуло на одутловатом, с мешками под глазами, лице Главы Лиги.

— Что молчишь? — возвысил голос Маран. — Дело делать не умеешь, сразу кинулся стучать в Бакну. Говорить хоть умеешь?

— Старейшина Четвертого земельного объединения Ила Лес… — начал тот.

— Как? С ведома Илы Леса? — несколько деланно удивился Маран.