Честь вора

Кулик Елена Николаевна

– Ну, ты же съел ее колбасу? Вот и будешь отрабатывать, - гаденько так захихикал гном, а эльф задохнулся от негодования. Пока он приходил в себя и подбирал слова, гном вручил мне кинжал, который я поспешила спрятать в сумку, пока он не передумал. А когда я заталкивала на самое дно сумки свое сокровище, наткнулась на коробочку с шариками.

– А это что?
– открыв крышку, я протянула коробку эльфу.

– Ну а это у тебя откуда?
– простонал эльф, и я поняла, что держу в руках очередную головную

боль. Знать бы только чью?
– Спрячь до ... лучших времен, - хмуро произнес Кристл, легко вскакивая в седло.
– Если придется туго - воспользуемся любезно предоставленной помощью ... твоего друга.

– А что это?
– спросила я, разглядывая неприметные темные шарики.

– Эти штучки, - произнес гном, - классная вещь, только они запрещены законом и если их у тебя найдут...

– Убьют?
– застонала я.

– Ага, - радостно закивал гном.

Прибью, сволочь!

– Это сильнейший наркотик, но в малых дозах хороший энергетический стимулятор. Одного шарика хватает на целый день, - пояснил эльф, пока гном мерзко хихикал, глядя на мое обескураженное лицо.
– Интересно, где Мик их достал, да еще в таком количестве? В землях людей за употребление этого наркотика казнят без суда и следствия прямо на площади.

– Ага, чтобы другим неповадно было, - снова влез гном.
– На людей этот наркотик очень странно действует - непредсказуемо.

Теперь я смотрела на безобидную, невзрачную коробочку с шариками, как на ядовитую кобру, которая вот-вот кинется. Осторожно закрыв крышку, я спрятала коробку так глубоко в сумку, как только можно было. Если честно, я бы с большим удовольствием оставила эти шарики прямо здесь в лесу, где никто их не найдет. Но не хотелось снова нарываться на ухмылку и язвительные насмешки гнома. Да, удружил мне Мик!

Затянув на сумке ремни, я двинула к своей лошади, но стоило подойти к ней на расстояние вытянутой руки, как моя смирная лошадка, всхрапнула и шарахнулась от меня в сторону.

– Что такое, девочка?

Я осторожно протянула руку, намереваясь погладить лошадь, как она замотала головой, пятясь от меня еще дальше.

– Что случилось?
– удивилась я.
– Что с ней такое?

– Она чувствует, что в тебе появилось что-то новое. Звериное. Она просто тебя боится.

– Опа, здрасьте, приехали. Даже животные уже принимают меня за чудовище, - горько хмыкнула я.
– Дожилась, япона мать.

– Нет, ты не чудовище, - успокоил меня гном.
– Пока, не чудовище. Но твой запах изменился, и лошадь это чувствует.

– Мне помыться, блин?
– со злостью бросила я.

– Дура, - хмыкнул гном.
– Возьми себя в руки. Это только начало, а ты уже нюни распустила. Выжила ведь!

– Знаешь, у нас говорят, что иногда смерть самый лучший из возможных выходов.

–

У вас? Это в операционной?
– ухватился за мою оговорку гном.

– Угу, - недовольно буркнула я.
– И что мне теперь делать? Пешком к драконам топать?
– желание найти и прикончить Кедэса росло в геометрической прогрессии.

– Не расстраивайся, - сказал эльф.
– Она привыкнет к тебе, только прояви немного терпения и ласки. Вот, держи, - Кристл кинул мне горбушку хлеба. На удивление я ее поймала очень легко, словно она сама прилетела мне в руку.
– Угости лошадь и поговори с ней - тихо и ласково.

Я нахмурилась и, вцепившись в поводья, притянула лошадиную морду поближе. Кобыла выпучила на меня огромные лиловые глазища.

– Значит так, слушай сюда. Я, какой была, такой и осталась, и плевать, как и чем от меня пахнет, - процедила я, а лошадь только фыркнула, нервно переступив ногами.
– И нечего мне тут строить из себя черт знает что. Я тебя не съем в самом-то деле. Хотя если будешь выкобениваться - шашлык сделаю. Поняла?

Лошадь мотнула головой, а я, ослабив хватку, протянула ей на открытой ладони кусок хлеба. Кобыла несколько мгновений смотрела на меня, потом аккуратно взяла с ладони хлеб и стала его медленно жевать. Я гладила ее, тихонько нашептывая ласковые слова.

– Ешь, моя красавица, - шептала я. Мне эта скотина все больше и больше нравилась.
– Нам с тобой предстоит долгий путь и, похоже, что пахнуть я буду все хуже и хуже, но нам никуда от этого не деться. Я знаю, что тебе страшно, но мне в сто раз страшнее. И кроме тебя, у меня больше никого здесь нет, кто бы поддержал меня и... понял.

Лошадь фыркнула и мотнула головой. Она уже успокоилась и перестала вздрагивать от моих прикосновений.

– Моя умничка, - похлопала я лошадь по упитанному боку и легко запрыгнула в седло. Поерзав немного, пытаясь найти удобное положение, в котором моя задница не вспоминала бы прошлую бешеную скачку, я натянула поводья и посмотрела на моих спутников.

– Едем?
– спросила я.

Гном откровенно скалился, а эльф глядел на меня с укоризной. Ну и что я опять не так сделала? Молча покачав головой, Кристл шагом направил коня по тропинке, и мы тут же последовали за ним.

Еще долгих три дня мы ехали по этому нескончаемому лесу. Гном с эльфом охотились во время небольших остановок, чтобы вечером приготовить полноценный ужин. А днем перебивались, чем придется, всухомятку, доедая сухари и какие-то вяленые фрукты, которые запасливо прихватили с собой мои попутчики. Радовало то, что за все это время на нас никто не нападал, но каждую ночь эльф все равно устанавливал охранный щит.

Вечерами, пока гном готовил нехитрый ужин, эльф учил меня обращаться с кинжалом.