Честь виконта
Шрифт:
– А если это не Поджигатель? – сказал виконт. – Если всего лишь чья-то небрежность?
– Тогда я успокоюсь и смогу успокоить Мари и детей.
– Странно, – пробормотал виконт, – а мне сначала показалось, будто у вас нет сердца – сплошной разум.
И, не дожидаясь, пока графиня что-либо ответит на сие возмутительное заявление, хозяин дома поднялся, прошел по гостиной и распахнул дверь в соседнюю комнату.
– Вы можете возвратиться, друг мой. Идите, я вас представлю.
Ивейн вытянула шею, пытаясь понять, кого виконт зовет.
Вошел человек
– Графиня, позвольте вам представить моего соратника, господина Трюшона, журналиста из «Ла Пресс». Трюшон, это графиня де Бриан, моя гостья. Она – кузина Мари де Буавер.
Журналист поклонился.
– Сударыня. Рад встрече.
Все расселись, и Трюшон потянулся за бокалом. Так вот кто гостил у виконта, когда Ивейн приехала!
– Господин Трюшон – тот самый автор, что пишет в «Ла Пресс» статьи про Парижского Поджигателя. – Виконт помолчал и закончил: – Полагаю, наше общее знакомство будет интересным, так как сегодня в Сюртэ получили очередное письмо.
Глава 9
Почерк Поджигателя
– О нет! – вскричала графиня, сразу сообразившая, что это означает.
– О да, – подтвердил Трюшон. – Оно пришло как раз к моменту явления высших чинов на Кэ д’Орфевр и произвело, скажем так, большое впечатление. Теперь Сюртэ намеревается вплотную заняться поисками этого человека, кто бы он ни был. Если тут, разумеется, действует один человек, а не целая шайка. Я уже написал статью в дневной номер «Ла Пресс», а потом сразу же пришел сюда.
– Значит, вы уже занимаетесь этим делом, виконт? – спросила графиня. Сезар молчал, в задумчивости на нее глядя.
Когда ему доложили о ее приезде, он, признаться, удивился, однако впустил ее – все-таки негоже давать даме от ворот поворот. Когда же графиня де Бриан вошла, виконта, несмотря на все его скептическое настроение, поразила произошедшая в ней перемена. Все-таки от одежды сильно зависит облик людей. И это нечто зелененькое и воздушное (в описании женских нарядов Сезар был не силен, а потому оценил лишь общее впечатление) делало Ивейн похожей на лесную фею.
Ивейн. Он впервые подумал, как приятно звучит ее имя.
Конечно, она беспокоится за своих родственников-погорельцев, да еще и за себя. Теперь никто в Париже не будет чувствовать себя в безопасности. К тому же у виконта появился план, как можно использовать графиню в этом деле – коль скоро она рвется помогать. Ее визит был необычен, но объясним, а раз уж эта женщина решила встать на тропу войны, Поджигателю действительно стоит бояться.
Развеселившись, виконт ответил:
– Сударыня, я заинтересовался им позавчера, как раз после салонного разговора. Я не люблю, когда кто-либо в Париже пакостит по-крупному. Мне нравится этот город.
– Мне все равно, что станет с городом, но я не позволяю никому обижать близких мне людей! – отрезала графиня де Бриан. – Люсиль говорила, что вы раскрываете сложные дела и что в
Сезар скривился.
– Ну, Видока-то незачем сюда приплетать, – сказал он с досадой, – давно следует оставить старика в покое.
– Как! – воскликнул Трюшон, которого сия перспектива явно не обрадовала. – Не нынешней ли зимою он вместе с вами по уши увяз в одном дельце с похищением ожерелья?..
Виконт вздохнул:
– Некоторых людей исправит только могила. Вы правы. Но сейчас я предпочел бы не вмешивать Видока. Все-таки он уже немолод, а здесь нам придется много поработать ногами. К тому же у него розы.
– Розы? – непонимающе нахмурилась Ивейн.
– Знаменитый сыщик прошлого, – объяснил ей Трюшон, – на досуге выращивает розы. Над ним пробовали было потешаться, но это бесполезно. Если этот человек что-то делает, то делает это столь увлеченно, с такой страстью, что смех просто растворяется в окружающем его пространстве. Да и встречают Видока теперь немногие. Он стал домоседом.
– Понятно. – Графиня поджала губы.
Сезара забавляло ее недовольство. Видно было, что ей смертельно хочется расспросить подробнее, однако она делала вид, что мужские дела неинтересны. И все-таки сидела здесь, сложив руки на коленях, словно благовоспитанная девица. Любопытно, имеются ли у графини де Бриан скелеты в шкафу? Возможно, тайные связи? Не повредит узнать о ней побольше, коль уж она так жаждет быть причастной к огненным тайнам. Сезар подумал было, что не стоит вмешивать в это женщину, и тут же отринул эту мысль. Графиня могла проделать кое-какую работу, которая виконту далась бы с трудом. А потому, окончательно отбросив сомнения, Сезар приступил к делу:
– Итак, оставим Видоковы розы и поговорим о Поджигателе. Графиня, вы уверены, что хотите иметь с этим разбирательством нечто общее?
– А что? – Она вскинула голову. – Это опасно? Я не боюсь опасностей.
– Я понятия не имею, опасно это или нет, – сказал виконт, – однако это может оказаться попросту скучно. Никаких приключений, бесконечные вопросы, а в конце – банальный ответ.
Ивейн глубоко вздохнула – Сезар с интересом посмотрел, как приподнялась ее грудь под пышными кружевами, – и заговорила в той же манере, что и вчера на прогулке, пока виконт ее не остановил:
– Сударь! Если вы полагаете, что я сижу здесь и смиряю свою гордость только потому, что мне захотелось приключений, – вы ошибаетесь, и ошибаетесь жестоко! Нет ничего печальнее того, что вы называете приключениями, ибо цена их – человеческие жизни или по меньшей мере достоинство! Как вы могли такое себе вообразить? Неужели я похожа на авантюристку? Единственная моя цель – это чтобы преступник, столь жестоко обошедшийся с моей семьей, был наказан! Я сама готова его уничтожить. Он не стоит ни единой женской слезы. А моя кузина и ее дочь пролили сегодня ночью очень много слез. И если вы считаете, что я слабая женщина и не могу сравняться с вами, мужчинами, в ловкости и уме, так и скажите. Это привычно, многие считают так. Но ваше мнение меня не остановит!