Честь и Доблесть
Шрифт:
Офицер взглянул на меня с интересом и задумался.
– Есть такой в наших землях, – выкрикнул один из солдат весело и бодро. Может быть, он и был когда-то Иохимом, только сейчас его зовут Гензель… Он недавно взорвал половину скалы, рядом с которой живёт; только чудо спасло его жилище, и его самого от погребения заживо…
Солдаты дружно рассмеялись.
– А где он живёт? Не в Майнце ли, случайно? – спросил я, чувствуя удачу…
– Нет, господин, из Майнца его прогнали горожане, опасаясь за
И снова послышался дружный смех.
– Я дам вам два золотых французских ливра, если проводите нас к жилищу этого человека; и господину офицеру столько же, если он позволит это сделать…
Офицер улыбнулся и спросил:
– Вы все здоровы, больных нет?
– Всё здоровы, чумных нет, – ответил я.
– Покажите монеты, давно не видел французского золота…
Солдаты продолжали улыбаться.
Я достал золотой ливр.
Офицер подбросил его на ладони, попробовал мягкость металла на зуб, и остался доволен.
– Хорошо, я дам вам провожатого. Эй, Густав, – обратился офицер к весельчаку, – отправишься с этими гвардейцами французского короля к тому самому чудаку; возьми любого коня, твой язык сегодня стал поистине золотым… Надо помочь нашим добрым соседям, хотя бы в память и честь нашей Изабеллы Баварской, так долго бывшей королевой Франции… – сказал немецкий офицер, восхищаясь красотой Беатрис…
Галантный офицер посоветовал нам сейчас заехать на постоялый двор, где можно было хорошенько отдохнуть, и даже поменять, а то и прикупить лошадей; а завтра, уже с утра, отправляться по своим делам…
Лексия заплатила за пересечение границы нашим отрядом весьма умеренную плату, а я отдал любезному офицеру два полновесных французских золотых ливра с изображением короля на коне…
Отлично выспавшись на постоялом дворе, с прекрасной обслугой за золотые монеты, мы несколько припоздали с выездом к господину Гензелю; то, что он настоящий алхимик, было уже ясно…
Хозяин постоялого двора очень увлёкся нашей Беатрис, и вытащил из своих закромов все свои деликатесы: восточные сладости, изюм, орехи, вяленую рыбу…
– Для такой очаровательной девушки есть очень смирная и красивая лошадка, – сказал он, а я перевёл его слова.
– О! Это здорово! – воскликнула Беатрис. – А я, как раз, захватила с собой костюм для верховой езды. Я так и знала, что он пригодится. Пусть покажет лошадь.
Полный и добродушный немец привёл небольшую лошадку совершенно белого цвета. Она была очень грациозна и красива. Беатрис тут же купила её, и, через пять минут, уже в костюме амазонки, умело управлялась со своей замечательной лошадкой.
Наши лошади хорошо отдохнули и вдоволь наелись овса и крупной немецкой репы.
Солдат Густав, получив свои золотые, был очень доволен, и не перестовал восхищаться бравыми французскими гвардейцами и очаровательными француженками…
Наконец, мы выехали с постоялого двора в полдень, неспеша, и в приподнятом настроении. Беатрис гарцевала на своей красивой белой лошадке, и великолепно смотрелась на ней в длинном платье из голубого шёлка…
Она попросила меня ехать рядом с ней, и, не умолкая, расспрашивала о великой науке алхимии…
Я, с важным видом знатока, рассказывал всё, что мне было известно о понятиях этой науки и её достижениях… Так как мне мало чего было известно толком на эту тему, то рассказ мой получался очень живописным и увлекательным…
Дорога плавно шла на подъём, и ехали мы не спеша, наслаждаясь чудесными видами местной природы. Стали попадаться, так называемые альпийские луга с великолепной травой и цветами. Наши кони тянулись к ним всей душой и телом… и мы им не препятствовали. Здесь же встречались и пастухи, предлагавшие купить у них козье молоко… Наши шевалье нарвали огромный букет очень душистых полевых цветов, и завалили ими карету Беатрис…
– Скажите, господин Альбер, вы можете выполнить любой мой каприз, или нет? – вдруг спросила меня прелестная блондинка очаровательно улыбаясь…
– Да, Беатрис, любой ваш каприз; но, с надеждой на то, ваша светлость, что он будет приличен… – ответил я, всецело ощущая охватившее меня и исходившее от неё электрическое поле…
Беатрис засмеялась.
– Мой каприз приличен, но он необычен; могли бы вы, Альбер де Монт, вскрыть могилу одного человека?..
Я крайне удивился подобному вопросу.
– Эта могила находится в Париже; и мы это сделаем, как только вернёмся домой, – сказала Беатрис.
– А для какой цели мы вскроем могилу, позвольте вас спросить, ваша светлость? – задал я вполне резонный вопрос.
Беатрис испытывающим взглядом уставилась на меня.
– Так да, или нет?! – воскликнула она.
– Для вас – да! – сказал я, ясно понимая, что не в силах противиться её воли…
– Отлично! Господин Альбер, не забудьте про данное слово Даме своего сердца… или я таковой для вас не являюсь?..
– Ну что вы, ваша светлость, вы уже проникли в моё сердце, и я не смог этому воспрепятствовать…
Услышав эти слова, Беатрис громко расхохоталась, и пустила свою грациозную лошадку галопом, впереди всех…