Червь
Шрифт:
О: Я бы не назвал это разъяснениями, сэр. Я высказался в том смысле, что подобное пренебрежение само по себе безрассудно, он же дал понять, что племянник не в меру предавался удовольствиям, не зная при этом счёту деньгам. Мне помнится, именно так он и выразился.
В: Что племянник без счёту сорил деньгами?
О: Совершенно верно, сэр.
В: Он отзывался о племяннике с осуждением?
О: Как бы это поточнее… Я увидел в своём собеседнике дядю и опекуна, каковой, сам ведя степенную, непраздную, праведную жизнь, принуждён наблюдать, как в душу близкого его родственника западают
22
В описываемую эпоху лондонские кофейни представляли собой своеобразное сочетание дискуссионного клуба, кафе, библиотеки и игорного дома; каждая из них была местом, где сходились люди определённых политических и литературных взглядов
В: Не рассказывал ли он о себе?
О: Он назвался лондонским торговцем. И торговец он, смею думать, не из последних, ибо как-то раз в его рассказе промелькнуло упоминание об одном из собственных кораблей. А в другой раз он помянул своего приятеля, состоявшего старейшиной городского совета.
В: Но ни названия корабля, ни имени приятеля он не привёл?
О: Я такого не помню.
В: Не сказывал ли он, что и сам числится в городских старейшинах?
О: Нет, сэр.
В: Не смутило ли вас, мистер Бекфорд, то обстоятельство, что лондонский торговец — а люди они изрядно скрытные, уж я-то их знаю, — посвящает в семейное дело столь щекотливого свойства едва знакомого человека?
О: Он изобразил лишь самую суть дела, без подробностей. Мне представляется, он доверился мне как особе духовного звания. А также потому, что, будучи джентльменом, почёл за должное хотя бы в кратких словах объяснить, что привело их в наши края.
В: Он был джентльменом больше по своему достатку, чем по воспитанию?
О: Совершенно справедливо, сэр. Мне тоже так показалось. Слов нет, человек он достойный, но подлинного вежества я в нём не нашёл. Он осведомился о положении дел у меня в приходе, что, бесспорно, говорит о его учтивости. Но когда, имея в мыслях смиренно намекнуть, что в такой глуши мои достоинства не находят себе применения, я привёл подходящие к случаю строки поэта Овидия, он, как я заметил, пришёл в замешательство.
В: Он лучше разбирался в счётных книгах, чем в древних языках?
О: Именно так я и рассудил.
В: Что же вы думаете о нём теперь, мистер Бекфорд? Вы верно слышали, что недавние поиски леди из Бидефорда, его сестры, ни к чему не привели?
О: Слышал, сэр, и теряюсь в догадках. Для какой цели человек по виду состоятельный и честный вздумал меня дурачить и разыграл эту комедию, — право, я много об этом размышлял. Как видно, истинные его намерения были такого рода, что он почёл за нужное скрывать их от посторонних. И меня снедают опасения, что намерения эти были недобрые.
В: Некоторые усмотрели, что по временам якобы покаянный племянник брал на себя бразды правления и распоряжался за старшего, а дядя лишь стоял в стороне. Что вы на это скажете?
О: Я слышал
В: За кого же вы их приняли?
О: Как бы это лучше выразить? Никак не подберу точное слово. Я бы сказал, что молодой человек впрямь напоминал джентльмена, а пожилой больше походил на члена вашего достопочтенного сословия, заехавшего сюда по казённой надобности. Или на ментора, опекающего своего младшего спутника. Так или этак, у меня и мысли не возникало, чтобы они состояли в кровном родстве. Я прознал об этом, лишь когда зашёл их навестить, и был немало удивлён.
В: Каким слогом изъяснялся мистер Браун?
О: Речь его была ладной, безыскусной, без украшений и вычур. Он говорил вполне гладко.
В: Не закралось ли у вас подозрение, что он затевает нечто противозаконное или двоедушничает?
О: Сказать по правде, сэр, не закралось. Я принял его слова за чистую монету. Все обстоятельства были таковы, что не произвели во мне ни малейшего сомнения. Происшествие вполне обыкновенное.
В: Чьи дела чаще становились предметом разговора: ваши или его?
О: Вопрос в самую жилку, сэр. Я и сам потом об этом раздумывал. Мне сдаётся, он всё время поворачивал разговор на ту стать, чтобы я изливал душу более открыто, чем допускают мои природные наклонности и самая учтивость.
В: Позвольте высказать вопрос более прямо: не исхитрился ли он поддеть вас на удочку?
О: Он расспрашивал о моих чаяниях и невзгодах, затем пожелал узнать о состоянии религии в этом нечестивом крае. Я, мистер Аскью, имею несчастье быть младшим сыном в семье [23] . В рассуждении же религии, разгул ересей в наших местах простирается до таких размеров, что впору ужаснуться, и мысли об этом не оставляют меня ни на миг. Должен признаться, что, когда подвернётся благодарный слушатель, я, изливая праведное негодование, подчас не в меру увлекаюсь. Боюсь, так случилось и в тот вечер.
23
По английским законам того времени, после смерти отца его состояние целиком наследовал старший сын, а после его смерти оно переходило к его детям; младший сын мог претендовать на наследство лишь в том случае, если его старшие братья умирали бездетными
В: Он сочувствовал вашим взглядам, просил изложить их обстоятельнее?
О: Просил, сэр, и даже высказал лестное для меня пожелание, чтобы у них появилось как можно больше столь же стойких приверженцев. Он также посетовал, что не имеет возможности задержаться тут до воскресенья, когда я буду говорить проповедь, в каковой — замечу без лишней скромности — я в прах разбиваю пагубные доводы тех, кто хочет лишить нас права на десятину [24] . Не угодно ли вам самому ознакомиться с проповедью? У меня случайно сохранился один список.
24
Церковная десятина — налог с разных видов дохода, уплачиваемый на содержание храма; в Англии в том или ином виде сохранялся до 1936 г.