Черта
Шрифт:
– Если бы мне вот так встречу с тобой,… кто перепоганил, я бы, наверно, убила бы! Разорвала на части…
– Ух, ти бозе з мой! – обнял, крепко сжал в объятиях. Ласковый поцелуй в макушку. – Какая у меня злюка тут завелась.
– А то, - радушно улыбнулась…
(жадно приросла взглядом к его глазам)
– Я люблю тебя, Юр. Очень люблю. Больше жизни люблю.
– Знаю, мой котик, а потому всегда буду рядом с тобой.
Хотя, что врать… я сам без тебя не смогу
Влюбился, как глупенький мальчишка, как школьник. Что даже минуты порознь… за ад идут.
– Ну, тогда не будем тратить время! – и вмиг прилипла к губам поцелуем.
Ответил, ответил (все еще радушно смеясь) – Эх, моя Амазонка ты. Я, по ходу, все равно никуда бы от тебя не делся, даже если б этого сильно захотел.
Злобный (шутливый) удар в грудь.
(мой удар)
– Я тебе захочу. ВЕЗДЕ ОТЫЩУ и НАКАЖУ!!! – игриво зарычала и вмиг повалила на кушетку. – Злобно накажу!
– Уже боюсь, уже сдаюсь, моя богиня!
– Вот так уже лучше! А то ишь, «если бы сильно захотел»!
(хохочет)
– Гаденыш!
– Да, я такой…
(прильнул поцелуем к губам; вдруг резкий рывок – и стащил с меня куртку)
– Мммм? А это что еще за нападение?
– Будем богиню ублажать! Замаливать грехи!
– О! Мне это нравится!
Давай-давай!
...
***
– Светлана! Светлана!
(резкий разворот)
– О, Данила?
– А где Лера?
– Привет. Ее оставили дома. Ногу повредила на тренировках, вот медики и не пустили ее на бои.
– О, Боже. Как она сейчас?
– Да ничего страшного. Хромает немного. За пару дней обещали, что попустит.
(молчит, потупил взгляд в землю)
– Или это из-за меня?
– Что? – (не могу сообразить). – Стоп.
(нервно рассмеялась)
Нет. Конечно же она хотела тебя увидеть. Даже истерика случилась.
Данила…
Может, и неправильно, что я это говорю. Но ты ей очень дорог. И тот факт, что Лера сейчас не здесь, не с тобой – очень ее ранил.
Она была в не себе, когда узнала, что придется пропустить… встречу.
Всю ночь рыдала…
– Правда? – (умоляюще уставился мне в глаза, упрашивая, что бы все эти слова были правдой;
мать моя женщина, как малое дитя, ей-богу!)
– Да. Конечно.
– Ясно… спасибо.
(неспешный разворот – и пошагал прочь)
– Эй!
–
(замер; живо обернулся) -
А воевать? А пристрелить друг друга?
– Хочешь – стреляй.
(и снова разворот – да шаги долой)
Черт. Тупая шутка…
Хотела, как лучше. Подбодрить. Ну, и Киряева!
Ладно, хрен
Глава Сорок Первая
***
(Света)
Если первых два боя этим парням мы проиграли, то сегодня удача была на нашей стороне.
Удача?
Слишком гадкая цена за эту удачу.
Противно так на душе, и больно.
Тяжело радоваться, когда знаешь, понимаешь, что сейчас твоему другу… очень плохо.
Быстрее бы всё уже закончилось, и мы поехали «домой». Быстрее бы Лерку увидеть.
– Светлана!
– Даня?
– Поздравляю с победой, - и вдруг протянул мне свою ладонь.
– С-спасибо, - смущенно скривилась. Спешно пожала ее в ответ.
Стоп. Что это?
Пытаюсь не подать вида. Не выдать.
Живо отдернула руку, сжала в кулак.
Проворное движение – и спрятала, заткнула «подарок» в рукав. Гордый вид победителя, отрешенным взглядом скольжу округ, улыбаюсь нашим девочкам – а мысли только об одном!
Непринужденная прогулка, шатание из места на место.
– Ну что едем?
– Да. Можете уже садиться…
Разворот – и пошагала прочь.
Торопливая пробежка к УАЗику, запрыгнуть на свое «почетное место Капитана» рядом с Юрчиком.
И наконец-то выдохнуть свободно.
Спешно вытащила трофей – записка. Так и думала.
Свернутая чуть ли не в десять раз бумага (видимо, у Командира из блокнота вырвал),
а сверху большими буквами – «ЛЕРЕ».
Ну, Лере – так Лере.
Передам! Куда денусь…
***
(Света)
Наконец-то приехали! Неужели! Думала, не доживу.
Теперь бы еще узнать, где это Клинко сейчас околачивается – и радости моей не будет предела.
Ну же! Ну же!
Черт! И здесь ее нет.
– Народ, никто Леру не видел??
– Нет.
– Не-а.
Вот, мать тв… Валерия! Да ГДЕ ЖЕ ТЕБЯ черти носят?!!
…
Так и есть…
В душевой на всю ревут краны, шипит вода. Закрыта дверца.
– Лера, ты тут?
(молчит)
– Валерия! Ау!
– Отвали…
(нервно рассмеялась)
Тут… и жива… это - хорошо, хорошо.
Проворно нырнула рукой через верх – открыть защелку.
– Лера!
(спешно прикрутила воду)
И тут же кинулась, бросилась к подруге. Жадно обняла, прижала к себе.
– Не плачь! Прошу…
Бедненькая моя…
спряталась здесь …
скрутилась, зажалась… в углу,
расселась на голом кафеле…
и тихо плачет…
– Лерочка!
– Ты его видела?
(молящий взгляд,