Черта
Шрифт:
– Юленька, я давно уже простил. Давно…
… мне достаточно того, что ты снова со мной. И больше ничего не нужно. Гори синим пламенем прошлое. Как там Ким говорил? С чистого листа?
… вот и мы начнем так. Уедем далеко-подальше, и начнем новую жизнь… без обид, без зла, и без боли…
– Спасибо тебе…
– Тебе… спасибо. Тебе…
***
(Шаен)
…
– Ариночка, доченька, познакомься…
… это - твой…
папа.
– Пливет.
–
Черт. И снова эти предательские слезы на моих глазах…
… сотни раз представляла этот момент, мечтала…
Но… почему-то сейчас вместе с радостью в сердце моем слишком много боли и обиды…
Знаю, пройдет. И не Тим виноват во всем том, что произошло…
… но… проще же кого-то винить, чем себя? Правильно?
Спешно присела рядом.
Обняла, крепко обняла родных моих, самых дорогих два человечка, на всём белом свете…
…
… едва сдерживаю стон боли… (облегчения) в горле;
едва давлю истерику в груди…
эй, Шаен, и когда ты успела стать такой ранимой, слабовольной
… плаксой??
***
(Лера)
Ким ничего мне не сказал. Не предлагал, не спрашивал…
Как и прежде… холоден и бесстрастен, даже дружеский запал пропал. Будто не он меня доселе так жадно целовал, отрыв из развалин. Будто не он…
Черт, да что тут перечислять?! Знаю, глупо надеяться, что все те вмешательства Жуков в жизнь «Ириса» были сделаны исключительно ради меня, Кимом, но…
… я уже ничего не понимаю. Почему он молчит? Почему… ОТПУСКАЕТ???
Документы и на меня готовятся, а значит – я уеду.
Новая история, новая жизнь…
Черт, но не хочу! Ничего этого не хочу! Мне не надо!!!
… я устала быть одинокой, устала убегать от действительности, от сегодняшнего дня, от нынешнего, реального счастья,
гнаться за какой-то непонятной, безрассудной мечтой,… за призрачным, неясным, до конца неосознанным мною… будущим.
Я хочу остаться с Кимом,
КИМОМ!
Но, а ему… я … нужна?
Не знаю.
Семнадцатилетняя дуреха, которая боится едва ли не собственной тени… Отличная партия для главнокомандующего Жуков.
Да?
Черт. А его молчание, его равнодушие жалит.
Ничего не понимаю. Сначала предлагает остаться с ним, здесь, …
Затем, мир переворачивает с ног на голову, спасая меня…
… а потом, потом - просто вот так… отпускает?
Одно слово, один намек – и я сама брошусь ему на шею (в ноги?), не в силах… уже сомневаться и сопротивляться.
Но молчит. Упорно молчит.
А навязываться…?
… уж проще сразу умереть.
…
Иду,
… и мне пора взрослеть. Строить свою…
Да и хочу! Хочу!!!
Но… не в одиночестве же? В нем – увы, только глупеешь, черствеешь… и высыхаешь. Дохнешь! … а не живешь.
Черт, сколько бы не кружляла по этому зданию – всё снова и снова, невольно, оказываюсь у его двери.
… Однажды я здесь уже была, в его комнате, в его постели…
Ааааааа, леший! И снова… эти глупые намеки, зацепки, заблуждения. Не каждому же он будет уступать свою кровать, пусть даже как бы человека изрядно не потрепали?
Да?
… или это была лишь жалость?
И снова за. И снова факт за его… чувства ко мне.
… и тут же отличное «против», рубящее все эти тоненькие «ниточки» на корню.
Не знаю уже…
Ни-че-го не понимаю!
Рыкнула дверь.
(невольно передернуло от неожиданности;
сердце бешено заколотилось в груди)
Испуганно уставилась ему в лицо.
– Ким…
– Лера?
Ты ко мне?
…
Что-то хотела?
(тяжело сглотнула;
а страх и волнение жидкой ртутью по венам гоняет безумие;
едва дышу)
– Я… я? Нет… то так,
гуляю…
(радушно хмыкнул, улыбнулся)
– Ясно.
Вдруг дернулся, вернулся на мгновение к себе в комнату, – и тут же уже застыл рядом со мной с огромной, черной сумкой в руках.
(секунды на изучение этой странной картины -
и вмиг испуганно уставилась ему в глаза)
– Ты… ты уезжаешь?
– Да.
… ненадолго. Кое-какое дело есть.
(защемило, заболело в душе;
молчу, растерянная)
– Но, я… надеюсь, что успею, прежде чем вы улетите, - (быстро добавил)
Короткий взгляд на меня, робкая улыбка и тут же, нехотя, шаг вперед. Еще движение.
– Ну,… я пошел? А то… меня вертолет ждет.
(едва осознано закачала я головой)
– Д-да, конечно.
(проглотить ком боли… и сдержать болезненный стон в груди)
Удачи.
– Спасибо, - милая, прощальная улыбка. Короткий взгляд в глаза – и пошагал прочь…
Глава Девяносто Первая
***
Ждала. Ждала всю ночь…
… расселась на диванчике у его комнаты - … и так и уснула.
Утро, … утро ничего доброго не принесло.
Время убегало, а нашего… откровенного разговора так и не состоялось.
Я, как больная, молилась на настенные часы в холе... да толку?
Все равно это - ничего не изменит.