Черта прикрытия

Бэнкс Иэн М.

Хюэн покачала головой.

— Нет, не принадлежит, — спокойно возразила она.

Вепперс зачем-то подул на свой напиток.

— Правда, уважаемая госпожа посол? Я боюсь, что нам придется решить этот вопрос в суде.

— Нет, не придется, — сказал Демейзен и оскорбительно ухмыльнулся Вепперсу.

Вепперс посмотрел на его спутницу. Прежде чем он собрался с мыслями для ответа, Ледедже сказала:

— Твои последние слова, обращенные ко мне. Ты помнишь их? Мне этим вечером на люди выходить,

сказал ты.

Улыбка Вепперса сделалась лишь чуть менее любезной.

— А сейчас? — Он испытующе оглянулся на Джаскена, и начальник СБ тут же опустил взгляд. — И сейчас тоже! Поразительно.

Он полез в кармашек костюма и извлек оттуда старомодные часы.

— О небеса, неужели уже так поздно?

— Корабли почти над нами, — сказала Хюэн.

— Я уже понял, — уронил Вепперс. — Разве мог бы я найти лучшее укрытие? В посольстве Культуры, под защитой военного корабля Культуры?

Он сделал широкий жест в сторону Хюэн и Демейзена. Тот кивнул.

— Несколько сотен уже здесь, — сообщил аватар. — Силы обороны Внутренней Системы и Внешних Планет стянуты на защиту Сичульта и оказывают ожесточенное, но в конечном счете бессмысленное сопротивление. Среди посвященных — паника, ожидание Конца Света. Широкие народные массы в основном безразличны к происходящему. Когда они осознают всю степень нависшей над ними угрозы, непосредственная опасность уже минует.

Демейзен коротко кивнул, как бы подкрепляя свои слова.

— Ну, почти минует, — уточнил он немного погодя. — Есть же еще вторая волна, вы не забыли? Она нахлынет позже и произведет определенную сумятицу.

— Не пора ли вам указать им на желанные цели? — спросила Хюэн.

— Там две волны, — ответил Вепперс, сделав вид, что обдумывает ее замечание.

— Я чувствую в городе какие-то... вспышки, — пробормотал Демейзен, — как будто бы преждевременные.

Он указал на высившиеся за парком здания. На стеноэкране менялись каналы, в большинстве своем забитые статическим шумом или вовсе отключенные. На некоторых говорящие головы продолжали оживленно обсуждать графики.

С верхних этажей одного из самых высоких небоскребов центрального делового района города Убруатера исходили быстрые прерывистые сполохи, похожие на фейерверки, только запущенные при свете дня, и били прямо в небеса тонкие острые копья света.

Хюэн скептически воззрилась на Демейзена.

— Вспышки?— уточнила посланница.

Аватар пожал плечами.

Вепперс поглядел на свои старинные часы, потом на Джаскена. Начальник СБ едва заметно склонил голову.

— Ну что же, дела сделаны, мне пора лететь, — возвестил магнат. — Был рад с вами увидеться, госпожа посол, — сказал он, кивнув посланнице. — Встреча с вами оставила у меня потрясающие впечатления, — это Демейзену. — А вам, молодая госпожа, я бы пожелал... покоя. — Это было адресовано Ледедже. — Любой ценой, — добавил он, широко усмехнувшись. — Это так приятно...

Джаскен трижды кивнул, в свою очередь прощаясь с остальными, и направился следом за хозяином к выходу. Дрон Ольфес-Хреш болтался в воздухе поблизости, но никто не заметил,

когда он вернулся.

— Пока, штукенция, — сказал ему Вепперс, проходя мимо.

Двери затворились за ними.

Спустя мгновение закатное небо далеко за городом рассекли внезапные вспышки света. Стеноэкран ослепительно сверкнул, замерцал, померк и перешел в режим ожидания.

— Хм, — прокомментировал Демейзен. — А ведь это его собственное поместье.

Он посмотрел на Хюэн.

— Вы удивлены?

— Не передать, как, — ответила посланница.

Демейзен покосился на Ледедже и осторожно тронул ее пальцем за колено.

— Да ладно, деточка, абстрагируйся. Это же не твой личный маленький квест возмездия. Подумай только: мы разнесли к ебеням Преисподние! Причем за просто так, даже не стремясь к этому! Я серьезно. Ты вообще что себе думаешь? Что, по-твоему, значит больше: ты или триллион мучеников Ада? Да положи ты на все это с прибором и перестань печалиться! Я бы не сказал, что позволить твоему драгоценному Вепперсу ускользнуть через черный ход с натянутой улыбкой на, по общему мнению, в высшей степени бледном личике — высокая цена за все эти достославные подвиги.

Рев двигателей флайера оповестил об отбытии магната. Демейзен снова посмотрел на Ледедже.

— Ты вообще знаешь кто? Лживый развратный ветреный рыцарь-хуесос, — сообщила она.

Аватар только качнул головой и огорченно обменялся взглядами с посланницей Культуры.

— Девчонки, они такие, а?

ДВАДЦАТЬ ВОСЕМЬ

Она спала на своем насесте, как больная косточка внутри большого темного плода, когда что-то изменилось, что-то произошло.

Она встрепенулась, расправила одно крыло, за ним второе (связки и сухожилия противно заныли, да что там — сами перья ее крыльев словно бы взмолились о пощаде), повертела шеей, насколько это было в ее силах. У нее возникло ощущение, будто внутри и между ее позвонков перекатываются мелкие гравийные камушки. Она с трудом выпрямила одну ногу, потом вторую и повисла, держась за балку заостренным когтем.

Внезапно, совершенно без предупреждения, воздух сотрясло нечто вроде взрывной волны.

Насест и огромный стручкоплод вокруг него затряслись и вдруг застыли, будто замороженные. У нее осталось впечатление, что взрывная волна, какой бы ни была породившая ее причина, не просто прокатилась по ее импровизированной спальне, раскачав железную балку и стенки стручкоплода, но скорее вычеркнула их из местной Реальности, отменила их существование. Она тут же сообразила: происходит нечто из ряда вон выходящее, не имевшее прецедентов в прошлом. Этоявилось снаружи, из-за пределов виртуального окружения, и принесло ему радикальные перемены. Может быть, они коснулись даже основ миропорядка всей Преисподней. Она вспомнила про сверкающую колонну, похожую на собранный в одну сторону зеркально-серебристый занавес. Когда он отдернулся, то оказалось, что фрагмент местности просто исчез. Непонятная заплатка удалила его и заменила собой.