Черт-те где

Кощиенко Андрей Геннадьевич

– Хорошо, проводишь его потом в малый зал, – сказала я, – там уже накрыли?

– Да, все готово.

– Хорошо, я буду ждать там. Иди! – приказала я, открывая шкатулку с драгоценностями.

Где он там пропал?

Десятью минутами позже я стояла у накрытого стола и ждала Эри.

Как есть хочется! Мои любимые острые крылышки! Ммм! Какой запах! Да где же он там?

Я не садилась за стол по совершенно прозаической причине. Если я сяду, то Эри не увидит целиком надетого на мне платья. А Эри все никак не

мог выбраться из ванны, и я испытывала просто страшные мучения, раздираясь между желанием перекусить и покрасоваться.

– Пожую пока, – сказала я себе и быстро сунула в рот кусочек куриного крылышка.

Ммм! Как же все дома вкусно! Эта Римка со своей готовкой уже натуральную изжогу вызывала! Нужно было назначить ее не вечной кашеваркой, а вечной чистильщицей котелка! Вот это было бы правильно! Пожалуй, тут я погорячилась…

Внезапно моего слуха коснулся звук шлепающих по полу босых ног. Это было так странно, что я прекратила жевать и наклонила голову, прислушиваясь.

Кто же это у меня такой по коридору ходит?

Я едва успела подумать, как дверь широко распахнулась, и на пороге появился босой Эри, завернутый в белую простыню.

– Аве, Дина, – сказал он, принимая величественную позу и поднимая вверх правую руку с открытой ладонью, – аве!

Эри явно кого-то копировал. Сзади, за его спиной, я заметила служанку с ошарашенным видом.

– И что это значит? – торопливо проглотив недожеванный кусок, спросила я.

– Приветствие такое, – неторопливо ответил он, входя в комнату.

– А почему я его раньше не видела?

– Это по особым случаям… приветствие, – сказал Эри, остановившись у стола и внимательно рассматривая, что на нем стоит, – праздничным…

– А какой сегодня праздник?

– Не знаю, – ответил он, пожав плечами, – но я вижу празднично накрытый стол и вас, красивую, и поэтому решаю, что нынче праздник. Этого достаточно?

– А почему в простыне? – поняв все про праздник, спросила я.

– А в чем я, по-вашему, должен был прийти, – в голосе Эри послышалось раздражение, – в грязных вонючих тряпках, в которых я неделю с лишним потел и пачкался по всяким привалам под открытыми небом? Вы же, похищая меня, не удосужились прихватить в комплекте со мной мой багаж!

А ведь и правда у него ничего нет! Только то, что на нем. Нужно будет его приодеть… Завтра нужно это обязательно сделать!

– Может, у слуг что-то найдется? – как-то без задней мысли сказала я. – Я сейчас спрошу! Ярина!

– Слуг? – с недоумением в голосе переспросил Эри, приподнимая брови.

– Да, а что?

Эри несколько секунд внимательно изучал мое лицо и наконец неспешно произнес:

– Сдается мне, леди Дина, что вы хотите меня обидеть! Считайте, что вам это удалось! Я удаляюсь! Прошу вас, распорядитесь, чтобы еду принесли в мою комнату!

С этими словами Эри величественно закинул висящий край простыни себе на правое плечо и неспешно повернулся ко мне спиной.

Ой!

Я невольно схватилась ладонями за щеки и почувствовала, что у меня от удивления

открывается рот.

Сзади у Эри ничего не было! Простыня была наверчена на нем таким хитрым образом, что спереди она создавала иллюзию какой-то монашеской тоги, а вот сзади… Там, из-под завязанного на поясе узла торчала голая поджарая попа. И все!

Понятно, почему у служанки в коридоре глаза такие были.

Увидев, что он направился к двери, крикнула:

– Стой, ты куда? И что у тебя за вид?

– Простыни у вас короткие, – с довольной интонацией в голосе сказал Эри. – А иду я к себе, переваривать нанесенное мне оскорбление… – спустя пару мгновений ответил он и на мой второй вопрос.

– Какое оскорбление? – не поняла я.

– Предложить княжичу тряпье слуги… это ли не оскорбление? – печально посмотрел он на меня через плечо своими большими глазами.

Он же княжич! Какая же я…

– Всего доброго! – сказал Эри, и его голый зад исчез за дверью.

А как же ужин, хотела спросить я, но уже было не у кого. Я в растерянности плюхнулась на стул.

Как все получилось… как все так… не так! Я думала, что мы… а он… Показал мне голый зад и ушел! И про мое платье ничего не сказал…

– Прикажете отнести ему еду? – спросила меня девушка, прислуживающая за столом.

Дарг! Весь вечер испорчен! Зачем я тогда одевалась? И вроде как сама виновата… А может, он это специально? Чтобы позлить меня? Больно голос у него был довольный… С него станется… Хотя, конечно, зря я про одежду ему сказала.

– Госпожа… – напомнила о себе служанка.

– Обойдется! – приняла решение я. – Пусть поголодает! Хуже ему не будет. А то у него на зад уже простыни не налезают!

– Госпожа…

– Все, дай мне спокойно поесть! – рявкнула я, придвигая к себе салатницу.

Внезапно моего слуха коснулась приглушенная стенами печальная гитарная мелодия.

Я замерла, не успев донести кусок до рта, слушая одинокую гитару, которая словно жаловалась миру на свою судьбу. Неожиданно мелодия оборвалась, и стало тихо. Я некоторое время прислушивалась, ожидая продолжения, но напрасно. Гитара молчала.

– Ладно, отнеси ему… – вздохнула я, – возьми на кухне. И… положи побольше! Он, наверное, есть хочет…

Эри

На следующий день я встал довольно-таки поздно, часов около десяти. Меня никто не тормошил, никуда не погонял, и я вдоволь повалялся в чистой постели.

Красота, думал я, блаженно потягиваясь под одеялом: лошадей нет, комаров нет, камней под ребрами нет! Горелой каши тоже нет! Вот оно, локальное счастье-то!

М-да, я вспомнил вчерашний день. Честно говоря, думал, что Динка сорвется. Ничего подобного! Мою выходку снесла стоически. Даже ужин прислала. Я на это и не рассчитывал, даже сыграл небольшую композицию своего сочинения на гитаре под названием «Одинокий голодный демон». Но потом вдруг случилось чудо – о, слава богам! – дверь открылась и появилась служанка с подносом!