Черный Валет
Шрифт:
Бет отвернулась. Лучше бы ей гнать от себя подобные фантазии. Наверное, ей стоило бы прикинуться спящей, но она подумала о Дугале. Должно быть, ему так же одиноко сейчас, как ей. Дугал в плену, но и его сестра, Элизабет Макдонелл, точнее, Элизабет Форбс, тоже попала в плен, и ей сейчас ничуть не лучше, чем младшему братишке.
Бет лежала не двигаясь. Она старалась не шуметь, чтобы не привлекать внимания Рори. Одному богу известно, что придет в голову этому распутнику после нескольких бокалов вина.
Внезапно свет в комнате погас, должно быть, маркиз потушил свечи. Затем послышался звук
Упав на подушку, девушка наконец-то дала волю слезам.
Раскладывая пасьянс, Рори ненадолго отвлекся от праздничной суеты, поэтому он сначала даже не понял, что услышал, как тяжело вздохнула его жена. Похоже, она даже всплакнула, но потом быстро затихла. Маркиз не обратил на это никакого внимания, но минуту спустя он невольно обернулся и увидел комочек, сжавшийся под толстой периной и едва различимый на огромной кровати.
О своей жене он знал только то, что Камберленд удерживает в плену ее младшего брата и что два старших брата Элизабет погибли в битве при Каллодене. Рори хотелось узнать побольше о семье Макдонелл, но вряд ли кто-нибудь из них остался в живых. Камберленд убил или захватил в плен всех шотландцев-торцев, спасшихся после той страшной битвы, всех, кого герцог смог отыскать.
Рори понимал, что не в силах утешить бедную девушку. Он мучился вопросами, на которые у него не было ответов. Отчего его тянуло к Бет, почему хотелось заботиться о ней и оберегать от всех напастей? Может, ему стоит открыться ей, сознаться, что он тоже не хотел этого брака и что он обязательно придумает, как спасти ее брата из темницы Камберленда? Но сможет ли она хранить тайну? Кто знает, может, ради своего брата она готова на все, даже на предательство.
Единственное, что Рори мог сейчас сделать для нее, это исчезнуть и оставить Элизабет одну.
Посмотрев на разложенные на столе карты, Форбс обнаружил, что пасьянс сошелся. Это было неудивительно, ведь ему всегда чертовски везло в картах. И никогда не везло в любви.
Рори было не больше шести, когда ему пришлось понять, что победителем в этой жизни будет кто-то другой, а его, похоже, никто не любит и, наверное, не полюбит никогда. Отец не скрывал своего презрения к младшему сыну, да и мать не любила его. Если кто и интересовал эту женщину, так это ее многочисленные любовники. После того как муж заключил ее в темницу, вино стало единственным утешением маркизы Бремор. Рори так хотел, чтобы его мать знала, как она нужна ему. Однажды он пришел к ней и попытался ее обнять. Она с такой силой оттолкнула его, что он упал и сильно ударился.
— Негодный мальчишка! Если бы не ты… — услышал он злобный, пьяный шепот матери.
Последнее предложение всегда оставалось незаконченным, но Рори прекрасно знал, что во всех своих бедах она винила именно его.
Одиночество стало уделом Рори на долгие годы. Постепенно юноша привык и смирился с этим. Что ж, может, лучше не любить никого, чем терять тех, кого любишь? И, может быть, лучше совсем не знать любви, чем найти ее, а потом потерять? Он не знал этого. Он только знал, что не стоит открывать свою душу кому бы то ни было.
Но маленькие радости в жизни маркиза все-таки случались. И сейчас, сняв ненавистный парик, Рори с удовольствием взъерошил волосы и облегченно вздохнул. Однако сколько же времени миновало с тех пор, как они покинули гостей? Достаточно ли долго он пробыл в спальне жены? Что ж, следовало привести себя в надлежащий вид, например, развязать галстук, расстегнуть рубашку и застегнуть штаны не на ту пуговицу. Таким красавцем хозяин замка подошел к дверям зала, где продолжалось веселье. Мысленно выругавшись про себя, Рори вышел к гостям, самодовольно ухмыляясь.
5
Яркий утренний свет струился сквозь окно, заполняя комнату зыбким мерцанием. Солнечный луч упал на подушку и перебрался на лицо Элизабет. Девушка проснулась и, потягиваясь, открыла глаза. Новый день начинался с сильной головной боли и еще какого-то нехорошего предчувствия.
И вдруг Бет увидела маркиза. Он стоял в дальнем углу комнаты. Все та же рубашка, жилет, брюки, даже галстук, только сильно помятые после недавнего веселья. Все тот же парик, скрывающий заострившееся от бессонной ночи лицо, на котором блестели усталые глаза. Но в этих глазах надолго застыло одно лишь безразличие. Даже вчерашняя настороженность куда-то улетучилась.
— Я уж думал, вы никогда не проснетесь, — равнодушно сказал Рори, встретившись взглядом с Элизабет, и положил что-то на стол.
Бет с удивлением отметила, что это оказалась книга. Вот уж не думала, что ее муж тратит время на чтение.
— Не могли бы вы прислать ко мне Трилби? — спросила Элизабет.
— Конечно. Но сначала нам нужно кое-что сделать.
Холод вновь пробежал по спине девушки. Да, маркиз сдержал свое слово, вчера он не прикоснулся к ней. Но теперь… Кто знает, что у него на уме?
Внезапно в руке мужа блеснул кинжал.
— Не волнуйтесь, миледи, — произнес он, заметив испуг в глазах Бет. — Если уж я не забрался к вам в постель прошлой ночью, то тем более не стану делать этого сейчас. Но я знаю Камберленда. Скорее всего герцог спросит вашу служанку, видела ли она кровь, когда меняла простыни.
— Но почему… он станет спрашивать об этом?
— Возможно, и не спросит. Но вы разве не заметили, что его светлость проявляет необычайно сильный интерес к нашей свадьбе? Вчера, когда я спустился за следующей бутылкой бренди, он тут же поинтересовался, насколько моя жена оказалась… покладистой.
— И что вы ему ответили? — воскликнула девушка.
— Что вы ведете себя, как любая другая девственница. Сначала сопротивляетесь, а потом… — Рори резко взмахнул рукой и добавил, насмешливо кривя губы: — Он пообещал, что земли перейдут ко мне. Я не хочу, чтобы он передумал!
— Да вы просто проиграете в карты земли, которые испокон веков принадлежали другим кланам. Этими землями должны владеть…
— Якобиты? Вполне возможно. Но эти люди понимали, чем рискуют. А как я распоряжусь тем, что теперь принадлежит мне, вас не касается. — Голос маркиза не дрогнул.