Черный смерч
Шрифт:
Райт поспешно вынул из кармана бумагу и протянул Стронгу.
– Но ведь я не за этим вас посылал!
– гневно закричал Аллен Стронг, не принимая протянутой бумаги.- Вы... вы...- Он задохнулся от негодования, не находя слов.
Вильям Гильбур взял договор из рук молодого человека и углубился в чтение.
– Почему такая большая неустойка в случае отказа консультировать производство?.. Сто тысяч, то есть все пятьдесят тысяч за патент и еще пятьдесят. Первый раз такое вижу.
– Я не согласился работать у Трумса и никогда не соглашусь! Продать
– Мистер Трумс не соглашался иначе,- пояснил Джек.- А чем плохо?
Они молча пошли к дому.
– Значит, я должен буду работать на Трумса?
– спросил Аллен останавливаясь.
– Он сказал, что создаст условия. Это покладистый малый.
– Вы с ума сошли, Джек! Я сейчас же расторгну договор, подписанный вами!
– А неустойка?
– спросил Вильям Гильбур.- Ведь сто тысяч долларов! Райт действовал по твоей доверенности и подписал договор.
– Все равно, ни за что! Работать на дельца - это значит покончить с наукой, работать только на фабрике.
– Твое счастье, что они не знают, что ты здесь,- пробормотал Вильям Гильбур, на ходу перечитывая договор.- Ну, пойдем завтракать.- И он сунул договор в карман.
– Я не понимаю, патрон...- начал было Джек.
– Замолчите! То, что вы сделали, ужасно, просто ужасно!
Вид взволнованных женщин на веранде привлек их внимание.
– Есть сведения о Бекки?
– спросил Аллен.
Дебора покачала головой и молча протянула ему газету. Один столбец ее был обведен красным карандашом.
Аллен надел очки. Это была грязная и подлая статейка, полная двусмысленностей и ругательств по его адресу. А самое неприятное заключалось в том, что его местопребывание было открыто и по этому случаю Гильбура осыпали ругательствами.
– У них длинные руки,- сказал Гильбур. Он с подозрением посмотрел на Райта, единственного из посторонних, кому было известно местопребывание Стронга.
– Что известно о Бекки?
– спросил Аллен.
– Ничего! Видишь, до чего ты довел девочку!
– сказала Дебора.Надеюсь, что мы завтра же уедем во Фриско, к Трумсу.
Аллен промолчал.
– Не хочешь ли ты сказать, что отказываешься от договора?
– спросила жена, и в ее голосе зазвучали металлические нотки, предвестники назревающего скандала.
– Дядя, где у вас ближайшая почтовая станция? Могу ли я взять машину?
– спросил Аллен Стронг, избегая смотреть на Дебору.
– Конечно. Но ты можешь воспользоваться телефоном.
– Аллен, не безумствуй, не смей отказываться от предложения Трумса! грозно и трагически воскликнула Дебора.
Они долго спорили. Это была бурная сцена с участием Райта и Гильбура.
– Аллен, ты сделал величайшую глупость,- сказал Гильбур.- В делах ты щенок. Ты обидел меня тем, что с самого начала не посоветовался со мной. Но ты сын моей сестры, и я помогу тебе расторгнуть договор. Я возмещу неустойку! Я построю фабрику, и мы будем производить твой инсектицид. А чтобы Трумс не придрался и не подал в суд, придется внести изменения
– Спасибо, дядя, наука этого не забудет.
– Обещай мне, Аллен, что в дальнейшем ты ничего не сделаешь, не посоветовавшись со мной.
– Обещаю. Сейчас же дам Трумсу телеграмму.
Не успел Аллен взять телефонную трубку, как его руку сжали сильные пальцы. Он увидел взбешенное лицо Джека Райта.
– Патрон, не делайте глупостей! Мы будем богатыми людьми.
– Джек, я не узнаю вас. Вы продали меня и наш инсектицид, но я не мстителен. Я поговорю с дядей о вас. Уверен, что вы сможете работать здесь, на его фабрике.
– Спасибо, патрон. А сколько он будет платить мне?
– Не знаю... Наверное, те же семьдесят долларов в неделю, что и в колледже.
– Нет, я не дурак. Кое-чему я уже научился и знаю об инсектициде достаточно. Я уезжаю от вас, мистер Стронг. Работать всю жизнь, как негр, я не собираюсь. У Трумса я займу место главного консультанта вместо вас. Не вздумайте конкурировать с нами! Засудим! Ну, что вы таращите глазенки? Никто не виноват, если вы не умеете выколачивать монету из науки. Мало вас учил Лифкен? Так вот вам еще урок!
Джек ушел насвистывая. Аллен, потрясенный всем услышанным, смотрел вслед тому, кого он так долго считал своим настоящим учеником. О, как он ошибался!
На следующий день Вильям Гильбур получил письмо.
"Мистер В.Б. Гильбур! Если в течение суток вы не выставите Аллена Стронга из своего дома и не перестанете его поддерживать, будут крупные неприятности. Босс".
– Кто это - босс?
– спросил Аллен.
– Глава гангстеров этого края,- ответил Гильбур, хмуря седые брови.Может быть, ты также не знаешь, кто такие гангстеры?
– Знаю. Бандиты!
– сказал Аллен Стронг.- Сейчас же заяви в полицию.
– До чего ты наивен, Аллен! Я знаю этого босса. Он занимается не только грабежом и вымогательством. Он - "политишен", то есть политикан, заправила демократической партии в нашем графстве. Он командует полицией. Жаловаться полиции - значит жаловаться ему на него же самого. Но я попробую купить твою свободу. В крайнем случае, я отправлю тебя к моему сыну и твоему двоюродному брату Ричи в Чикаго. Ричард - инженер, имеет свою дачу на берегу озера в горах и что-нибудь придумает, хотя, как ни странно, от ищеек лучше всего прятаться в большом городе.
– Я уеду,- сказал Аллен.
– Куда?
– насмешливо спросил Гильбур.
Аллен Стронг послал телеграммы с оплаченным ответом в пятьдесят колледжей с предложением своей работы. За три дня пришло семь не слишком вежливых отказов.
После получения письма от босса Вильям Гильбур имел весьма озабоченный вид. Прошло три дня, и ничего не случилось. Стронг понемногу успокоился. На четвертый день, ложась спать раньше обычного, Аллен прикрыл ставни, чтобы его не будили утром крики петухов. Тут он обнаружил, что за обеими ставнями на подоконнике стояло по ружью. То же самое оказалось и в других комнатах. Стронг снова взволновался и пошел к Гильбуру за объяснениями.