Чёрный сектор

Шолох Юлия

Тепло и спокойно. Вот как это было.

Она некоторое время смотрела на него. Как можно поблагодарить человека, который спас тебе жизнь? Скорее всего, дважды, ведь эта летающая тварь вполне вероятно могла поступить с ними так же, как с личинкой. Не зря же она висела над ними, будто к чему-то прислушивалась? Не зря рыскала, будто что-то выискивала?

Так какими словами можно отблагодарить за то, что тебя спасли? Разве такие слова вообще есть на белом свете?

Никита

повернул голову и слабо улыбнулся. И Кира вдруг вскочила и бросилась к нему, обняла и зашептала всё вперемешку. И что он её спаситель, и что она его, кажется, любит, и что давно уже простила его за всё. И что она ни разу не видела человека лучше. И пусть он тоже её простит. Верно, она его тоже обидела, и была неправа. И пусть он никогда её не покидает. Пожалуйста, пожалуйста!

А Никита только обнимал её всё крепче и не мешал говорить, хотя Кира почти сразу поняла — ничего-то из её исступленного бормотания от не разобрал. Вернее, слова, которыми она захлёбывалась, не разобрал, но понял саму суть послания.

Выговорившись, Кира отлипла от него на секунду, но только чтобы поцеловать. В щёку, и в уголок глаз, и в нос. В губы. Но сразу разрыдалась. Никите пришлось ещё долго держать её на коленях, обнимать и раскачиваться вместе с ней из стороны в сторону. Ладони так жгло, что она расцепила руки, чтобы не завывать от боли.

— Я тебя простила, давно уже простила. — Сказала, наконец, Кира. — А ты знаешь что? А ты пообещай мне, что если со мной что-то случится, ты найдёшь базу и поможешь остальным.

— И не подумаю, — без запинки ответил Никита. Даже не обдумал просьбу! Ни секунды не думал!

— Почему?!

— Нет. Если ты от меня уйдёшь, я ничего для них делать не буду. Слышишь меня? Не вздумай никогда больше сдаваться. Никогда!

— Но почему ты не хочешь сделать что-нибудь для них? — Рыдала Кира и размазывала слёзы тыльной стороной ладоней по лицу. Сама понимала, как это глупо выглядит, но не могла остановиться. Будто весь запас слёз, который подспудно копился в ней, теперь вылился наружу.

— Даже не проси, Кира. Или ты со мной — и я самый хороший на свете человек. Или я никто.

— Неправда, ты хороший!

— А я не хочу быть хорошим. Что это даёт? Посмотри, куда я нас всех завёл, когда пытался быть хорошим. Посмотри, во что превратил.

— Ты не виноват.

— А кто виноват?

— Просто так сложилось… Пообещай мне.

— Ни за что!

Не добившись другого ответа, Кира со временем успокоилась. Здесь, в его объятиях, это было довольно просто сделать. Да и смысл настаивать? Она ведь и сама не хотела умирать. Мир прекрасен, даже этот, незнакомый. Даже в такой момент,

когда кажется, вокруг только отчаяние и смерть.

Нет, никаких больше смертей! Они дойдут, обязательно дойдут до этой сказочной базы, и всё будет хорошо.

Жалко только вещей не осталось. И ещё Кира не сразу заметила, что разорвала футболку и частично штаны, когда чуть не свалилась с обрыва. Но это ладно, это можно как-нибудь зашить.

А что делать с ладонями? Кира промывала их как могла, но ссадины оказались слишком сильными и грязь забилась слишком глубоко. Ей придётся очень потрудиться, чтобы вычистить раны, чтобы они не загноились. Это будет больно. Но, наверное, она сможет справиться, если Никита рядом.

— Всё страшное закончилось. — Словно в ответ на невысказанный вопрос сказал Никита. — Скоро мы будем на месте, слышишь? Скоро всё изменится.

Потом он вдруг посерьёзнел.

— Только не бросай меня больше. Никогда. Слышишь?

— Никогда! — Всхлипнула Кира, мотая головой. — Никогда-никогда! Даже если передумаешь, всё равно больше ни за что не брошу.

— Ловлю на слове.

Крапинки в его голубых глазах смеялись.

— Тогда всё будет хорошо.

И Кира поверила. Как обычно.

Эпилог

Вот наконец-то настал вечер. Отдых был необходим обоим, но они не могли позволить его себе днём, когда можно и нужно идти.

А теперь пора отдыхать. Только стоянку обустроить…

Они сидели у огня и старались не смотреть вперёд, ведь там всё слишком чужое. Чужое небо и чужие горы. Кривые острые скалы, словно клыки огромного животного. Словно гротескные иноземные грибы. Там дорога. Ну как дорога, просто нехоженый путь, по которому придётся пройти.

И если раньше путь был довольно прямым, то теперь впереди просто какие-то непроходимые завалы камней.

Кира спрятала лицо у него на плече.

— Ты уверен, что тут вообще можно пройти? — спросила она. Голос звучал гулко, словно в фильме с некачественной звуковой дорожкой.

— Я видел карту. Тут точно есть проход, правда, найти его будет непросто.

— И что нам делать? Не представляю, как пробираться среди этих жутких скал?

Никита вздохнул.

— Дорога простая. Вперёд — и до конца. Пока не дойдём.

И его слова звучали бы мрачно и обречённо, если бы не улыбка, которую Кира увидела, когда Никита чуть-чуть повернул голову. Улыбка, которая говорила “не сдавайся!”.

И правда! На следующий день в окружении скал-клыков на горизонте показалась невысокая кривая арка.

КОНЕЦ