Черный призрак
Шрифт:
— К тем, кто копает норку, — не задумываясь ответила девушка. — Другого мне не надо.
— И именно поэтому ты здесь — в месте, где смыкаются гранями разные миры? Где даже находиться опасно?
— Да, поэтому, — очень серьезно ответила Настя и тут же рассмеялась, настолько абсурдным ей показался собственный ответ.
А я задумался. Действительно, поехать сюда или не поехать, решал сам. Догадывался ли, что будут неприятности? Несомненно. Знал, деньги просто так не зарабатываются, а все равно поехал…
Потому что мне
Да, здесь мне плохо, больно, иногда противно и одиноко, но здесь я чувствую, что живу. Так что если выбирать нору или дорогу, выбираю трудный путь, как бы это глупо ни звучало…
Правда, и в нору тоже хочется, особенно после того, как дорога наскучит и утомит, а то и просто отлежаться после очередной полученной раны.
— Я тоже предпочитаю норку, уютную и тихую, — пробормотал я. — Но там скучно, поэтому иногда хочется погулять по лугу. А гулять лучше всего, далеко не уходя от своего убежища, чтобы успеть прибежать обратно, когда какой-нибудь оголодавший хищник решил тобой пообедать.
— Вот видишь, и Григ предпочитает норку, — торжествующе воскликнула девушка, выбираясь из ямы. — А ты его толкаешь в лабиринт, который пройти никто не может!
— Он за этим сюда пришел, заключил договор, что добудет артефакт.
— А чьи черепа лежат у арки? — спросил я. — Этих мертвецов тоже вы привели?
— Какие черепа?
— Горка у входа — десять или пятнадцать, чистенькие, хорошо просушенные.
— Боюсь, не понимаю, о чем вы говорите, юноша. — Профессор выбрался из воды. — Кроме вас и меня сюда еще никто не дошел, конечно, если не считать того бедолаги, которого утащила с тобой кичи.
Я полез наверх. Чувствовал себя неплохо, сил добавилось, боль ушла, и очень хотелось есть. Сергей Сергеевич оделся и внимательно посмотрел на девушку.
— Эти мертвецы случайно не из твоего мира?
— Не знаю, — пожала плечами девушка, быстро надевая комбинезон, и в этот раз мне ничего не удалось рассмотреть, настолько стремительными были ее движения. — Когда ходила в последний раз в лабиринт с этой стороны, у входа ничего не было.
— Ты мне не говорила о новых попытках. Выходит, они все-таки были?
— Я не могла. — Девушка отвернулась. — После окончания учебы меня включили в группу, которая ищет новые способы проникновения в лабиринт. Так что теперь это моя работа, и она секретная.
— Ты записываешь все, что происходит здесь? — Профессор спросил спокойно, хотя видно, что это далось ему нелегко. Я немного недоуменно посмотрел на него. Что-то здесь происходило. Девушка, которая так мне нравится, определенно шпионка. Записывает все, что здесь происходит, и передает чужой разведке. Казачок-то засланный…
Обидно, что теперь после ее донесений и в чужом мире ко мне
Вздохнул и стал одеваться. Комбинезон густо посыпан каменной пылью. В лабиринте, похоже, не подметали, местный дворник только кости собирает да черепа от неудачных соискателей артефакта складывает в кучки…
— Пишу только то, что относится к лабиринту, — ответила девушка. — Проникновение Грига в него я уже описала, его возвращение тоже.
— Понятно. — Сергей Сергеевич чуть улыбнулся. — Нравится работа?
— Главное достоинство ее в том, что она дает мне возможность видеться с тобой, когда хочу.
— Кто-то придет сюда из вашего мира?
— Ты же знаешь, на кордон моя раса может попасть только одним путем — через лабиринт. — Девушка вздохнула. — Это я могу ходить иначе, и то потому, что твоя дочь. Кстати, с меня сняли копию генетического кода, попытаются в будущем вырастить кого-нибудь обладающего такими же возможностями.
— Скоро ждать гостей?
— Лет двадцать требуется для того, чтобы создать нового человека, убедиться, что все сделано правильно. И вы, и мы еще не очень хорошо понимаем, как устроено наше тело.
Конечно, нам известно больше вас, но и наши знания не идеальны, в них немало лакун.
К тому же даже после того, как этот человек появится, не факт, что ему удастся попасть на кордон. Сам говорил: лабиринт оценивает людей по непонятному нам принципу, а проход в пещере самостоятельная часть…
— Да, это так. — Профессор зашагал к дому. — Пошли в дом, есть хочется.
Мы с Настей посмотрели друг на друга, потом девушка неожиданно подошла ко мне и чмокнула в щеку.
— Это за то, что остался в живых, я переживала за тебя.
— А ты сама давно ходила в лабиринт?
— Хожу в него каждый год с тех пор, как мне исполнилось двенадцать. Если тебе интересно, то я, в отличие от тебя, ни разу не ходила направо, всегда поворачиваю налево.
— И как?
— Там нет воздуха…
— Как это?
— Не знаю. Я после лабиринта обычно мало что помню. Вдруг становится нечем дышать, потом впадаешь в панику, рвешься куда-то, бьешься о камни, потом ползешь обратно. И всегда страшно…
— И ты все равно идешь?!
— Да, хоть и очень боюсь. — Настя зябко повела плечами. — Но я не одна такая, с нашей стороны у входа в лабиринт навалено больше тысячи черепов, их тоже туда кто-то принес.
— Откуда же так много?
— В лабиринте одно время потерялось немало людей, и не только их… — Девушка посмотрела на меня и смущенно улыбнулась. — Мне трудно тебе объяснить. В общем, раньше лабиринт позволял многим существам передвигаться от одной планеты к другой. Так все было не один десяток тысяч лет, пока не случилась война. Тогда в результате чьих-то действий — возможно, Осириса — порталы оказались закрыты для всех, причем в это время многие из разумных существ находились там.