Черный пиар Адольфа Гитлера
Шрифт:
Демократию как систему и народы Запада Гитлер и его товарищи довольно жестко критиковали, а в 1939-1945 годах просто поливали грязью. Но при этом нацисты нередко признавали экономические успехи США, а также, скажем, способности англичан к завоеванию других народов и культуртрегерской миссии. Когда же дело касалось Советской России и коммунистов, нацистская пропаганда не допускала никаких двусмысленностей. Для них СССР был антимиром, или, используя манихейскую терминологию, царством Аримана, где правили бешеные негодяи и преступники, отбросы человеческого общества, преданные идее разрушения всего доброго и прекрасного.
Также нацисты довольно умело использовали антикоммунистические настроения, царившие тогда в широких слоях населения Европы вообще и Германии в частности. Коммунизм был пугалом, и пугалом довольно удачным. С компартией Германии гитлеровцы после прихода к
Таким образом, нацисты становились как бы борцами за всеобщие интересы, в пособники коммунистов зачислялись не только социал-демократы, но и консерваторы, либералы, католики и националисты. Например, в 1932 году под антикоммунистическими лозунгами шла борьба против правительства антикоммуниста Папена. Центральный орган НСДАП «Фелькишербеобахтер» («Народный обозреватель») после выборов 1932 года выпускал статьи под заголовками: «„Заслуга“ Папена: увеличивается число парламентариев-коммунистов», «Пестование Папеном коммунистов вселяет тревогу всему миру».
Это была пропаганда «на внутреннем фронте». После прихода нацистов к власти для всего западного мира Гитлер представлял себя и свой режим оплотом борьбы против коммунизма, а также единственной надеждой «всего цивилизованного человечества» избежать большевистской заразы.
На очень многих людей эти доводы произвели большое впечатление.
3. Соблазн антикоммунизма и политтехнологии Третьего Рейха
Мы должны неустанно видеть перед собой облик гитлеровца: это та мишень, в которую нужно стрелять без промаху, это – олицетворение ненавистного нам. Наш долг – разжигать ненависть к злу и укреплять жажду прекрасного, доброго, справедливого. (Писатель Илья Эренбург [15] )
15
Фатеев А.В. Образ врага в советской пропаганде. 1945-1954 гг. – М.:ИРИРАН, 1999, с. 16.
Среди попавшихся на удочку нацистского антикоммунизма можно назвать многих представителей русской эмиграции. Например, архимандрит Иоанн (Шаховской), впоследствии епископ Сан-Францискский, 29 июня 1941 года в газете «Новое Слово» (№ 227/356) приветствовал нападение Германии на СССР: «Кровь, начавшаяся проливаться на Русских полях с 22 Июня 1941 года, есть кровь, льющаяся вместо крови многих и многих тысяч Русских людей, которые будут скоро выпущены из всех тюрем, застенков и концлагерей Советской России. Одно это уже исполняет сердце радостью. Лучшие Русские люди будут скоро отданы России. Лучшие пастыри будут отданы Церкви, лучшие ученые – Русской науке, лучшие писатели – народу, отцы – детям своим и дети – родителям; к женам вернутся с далекого севера любимые мужья; сколько друзей разосланных вновь соединятся… Невозможно себе представить сколько будет радости людям… Промысел избавляет Русских людей от новой гражданской войны, призывая иноземную силу исполнить свое предначертание.
Кровавая операция свержения Третьего Интернационала поручается искусному, опытному в науке своей Германскому хирургу. Лечь под его хирургический нож тому, кто болен, не зазорно. У каждого народа есть свои качества и дары. Операция началась, неизбежны страдания, ею вызываемые. Но невозможно было Провидению далее выжидать свержения безбожного интернационала рукою сосланных и связанных на всех своих местах Русских людей. Невозможно было долее ждать, что за эту задачу возьмутся те, так называемые „христианские“ правительства, которые в недавней испанской борьбе были и материально и идеологически не на стороне защитников Христианской веры и культуры. Обессиленные и закрепощенные по лагерям, заводам и колхозам Русские люди были бессильны подняться против международной атеистической силы, засевшей в Кремле. Понадобилась профессионально-военная, испытанная в самых ответственных боях, железно-точная рука Германской армии. Ей ныне поручено сбить красные звезды со стен Русского Кремля. И она их собьет, если Русские люди не собьют их сами. Эта армия, прошедшая своими победами по всей Европе, сейчас сильна не только мощью своего вооружения и принципов, но и том послушанием высшему зову, Провидением на нее наложенному сверх всяких политических и экономических расчетов. Сверх всего человеческого действует меч Господень.
Новая страница Русской истории открылась 22 Июня, в день памяти Всех святых, в земле Русской просиявших.
Иван Великий заговорит своим голосом над Москвой, и ему ответят бесчисленные Русские колокола. Это будет „Пасха среди лета“, о которой 100 лет тому назад, в прозрений радостного духа пророчествовал великий святой Русской земли, преподобный Серафим.
Лето пришло. Близка Русская Пасха…». [16]
Как дико сейчас читать эти слова, которые, наверное, кто-то в 1941 году читал со слезами на глазах.
Впрочем, отрезвление у большей части эмиграции наступило достаточно быстро: как только стали приходить известия из России об оккупационной политике немцев, а из лагерей просочились сведения о массовой гибели военнопленных. Всего за 1941 – 1945 гг. в нацистской неволе погибло около 3,5 миллионов бывших советских солдат и офицеров. Поэтому даже те русские, да и представители других народов СССР, которые шли в коллаборационистские формирования, в большинстве своем не испытывали восторга от идеологии национал-социализма или поведения гитлеровцев по отношению к населению Восточной Европы.
16
История Русской Православной Церкви. Оть восстановленiя Патрiаршества до нашихъ дней. Томъ 1: годы 1917-1970 / Данилушкин М.Б. и др. – СПб.: Издательство «Воскресенье», 1997, с. 606-607.
Зато на немцев, особенно в первый год войны, все это оказывало едва ли не магическое воздействие.
К тому же, обработка народа шла достаточно интенсивно и высокопрофессионально.
Начнем с того, что превосходным пропагандистом был сам вождь НСДАП Адольф Гитлер. Уже в начале 1920-х годов он понял значение пропаганды и описал его в книге «Моя борьба», особое внимание уделяя пропаганде военной.
Позже, на основании его «трудов», выступлений, анализа «наследия» Геббельса и других практиков идеологического воздействия на массы, теоретик журналистики и публицистики Дофифат сформулировал принципы нацистской пропаганды: «Принципов приводилось два – оба со ссылкой на „Майн кампф“ Гитлера. Они гласили: 1) гуманность и красота „не могут находить применения в качестве масштаба пропаганды“ (слова в кавычках – цитата из „Майн кампф“); 2) пропаганда „вечно должна адресоваться только массе“ (цитата из „Майн кампф“), из чего следует, что „она не научное поучение“.
„Из этого вытекают, – констатировал позже диссертант доктора Дофифата, – основные законы публицистики:
I основной закон – закон умственного упрощения…
II основной закон – закон ограничения материала…
III основной закон – закон вдалбливающего повторения…
IV основной закон – закон субъективности…
V основной закон – закон эмоционального нагнетания…“
При этом объективное выяснение истины квалифицировалось – опять-таки со ссылкой на Гитлера – как „доктринерское простодушие“». [17]
17
Орлов Ю.Я. Указ, соч., с 38-39.
Иными словами, вопрос об истинности пропаганды сознательно оставлялся за скобками.
Закон умственного упрощения означал, что любая сложная мысль, объясняющая то или иное явление, сводилась до простой схемы, понятной любому человеку. То же самое касалось и лексики пропагандистов – слова должны были быть понятны каждому, за исключением разве что умственно неполноценных людей (для которых гитлеровцы разработали программу «эвтаназии»).
Закон ограничения материала был тесно связан с первым законом. Если о каком-либо предмете рассказывать подробно, давать о нем много информации, то, во-первых, объект воздействия просто «утонет», запутается в ней, потеряет интерес к пропагандистским материалам. Это снизит общий эффект влияния на массы. Во-вторых, если человек обладает большим объемом информации о том или ином явлении, то индивида становится сложно убедить, что только одна точка зрения на это явление – верная.