Черный маркиз
Шрифт:
— Как ты думаешь, де Кориак может быть сейчас там, около домика? — спросила Диана.
— Хорошо бы. Мои люди возьмут де Кориака живым, если это будет возможно.
Диане стало холодно и захотелось поскорее оказаться дома. Правда, она не знала теперь, что считать своим домом.
— Ты так и не сказал, как доставишь меня назад в Куинс-Хаус, чтобы никто не заметил.
Он взглянул на нее:
— По мановению волшебной палочки… Мы едем в Маллорен-Хаус.
— Почему?
— Потому что возвращение
— Но… Впрочем, Клара не станет поднимать тревогу.
Он вздохнул.
— Как бы там ни было, я не могу пока оставить тебя без присмотра, Диана.
Холод внутри ее сменился жаром. Бей был в каком-то необычном состоянии, и, возможно, это первый шаг к победе. В ней затеплилась надежда.
— А что мы скажем королю? — спросила она.
— Конечно, правду, но чуть позже.
Они въехали на широкую улицу с высокими домами. Должно быть, Мальборо-сквер уже близко.
— Кто же все-таки задумал похищение? — поинтересовалась Диана. — Неужели шевалье Дейон связан с этим подлым делом?
Бей повернулся к ней:
— Именно это я и собираюсь узнать.
От страха у Дианы перехватило дыхание.
— Не надо драться с ним.
— Постарайся впредь ради моего спокойствия не делать ни шагу без моего ведома.
— Черт бы тебя побрал!
Бей снова посмотрел вперед.
— Ад и я уже давно хорошо знакомы друг с другом.
Это прозвучало совсем не как сдача своих позиций.
— Удобно ли мне находиться в Маллорен-Хаусе, ведь мы не женаты? — спросила она, не сумев скрыть свою горечь.
— Там Порция. Они с Брайтом недавно вернулись, подгоняемые предчувствием Элф.
— Предчувствием, касающимся сегодняшней ночи? Это невозможно.
— Нет, предчувствием относительно тебя и меня. — Он посмотрел на Диану:
— Она предупреждала меня еще в Аррадейле.
— Черт побери!
— Ты хочешь отправить в ад всю семью Маллоренов?
— Иногда да.
— Элф была права. Мне не следовало сближаться с тобой, поскольку я знал, что не смогу сделать тебя счастливой. — Затем холодным, как луна, голосом он спросил:
— Правда это или нет, что теперь ты не хочешь связать свою жизнь ни с кем другим?
— Когда мы впервые встретились, я вообще никого не хотела иметь. Теперь же, когда речь идет только об одном мужчине, это уже что-то. А как ты? У тебя дело сдвинулось с мертвой точки?
— Я приблизился еще на три шага к аду, — сказал Бей и свернул на маленькую улочку позади Мальборо-сквер. Диану охватило отчаяние. Как можно бороться с ним, если эта борьба приближает его к аду?
Вскоре они подъехали к конюшням, и навстречу им выбежали грумы.
— Все в порядке, милорд? — спросил один из них, беря под уздцы лошадь Бея. Он не выразил никакого удивления, увидев
— Да, Биб, спасибо. — Маркиз спешился и помог Диане сойти на землю. Она ожидала, что он тотчас отойдет от нее, но Бей как ни в чем не бывало обнял ее за плечи.
Диана с благодарностью прижалась к нему. Она вздохнула и обвила рукой его талию, ощутив крепкое, мускулистое тело. Долг, честь и ответственность нельзя было сбросить, как неудобную одежду.
Вероятно, Бей услышал этот вздох, так как прижал ее к себе еще крепче и, взяв фонарь, повел по дорожке к задней части дома. Здесь вопреки ожиданиям слуг не было; маркиз сам открыл ключом маленькую боковую дверь. Внутри горела лишь одна свеча и царила полная тишина.
Если Порция была определена в качестве сопровождающей ее дамы, то она плохо исполняла свои обязанности. Тускло мерцающая свеча создавала недвусмысленную обстановку, даже когда они прошли через дверь на хозяйскую половину дома.
Сердце Дианы бешено заколотилось. Ей хотелось забыть в объятиях Бея обо всем, что с ней случилось. Но не будет ли это еще одним шагом к аду?
Диана оказалась наверху в большой спальне, где маркиз зажег свечи. Она увидела на полу пушистый ковер, а на окнах розовые шторы. Бей хотел уйти, но она, к своему стыду, ухватилась за него. Это выглядело крайне неприлично, но ей не хотелось оставаться одной.
— Хорошо, — сказал маркиз, усаживая ее на постель. — Подожди здесь, я скоро вернусь.
Диана задрожала, борясь со слабостью, и решила снять наконец камзол Бея, но что-то укололо ее. Это была его булавка, соединявшая разрезанный корсаж платья.
Она поспешила к умывальнику, вытаскивая булавку.
В кувшине оказалась вода, причем достаточно теплая. Впрочем, это не имело значения. Она налила воду в тазик, намылила салфетку и начала тереть ею свои груди. Она терла и терла их, стараясь уничтожить даже память о прикосновении рук негодяя Рэндольфа…
Внезапно почувствовав чей-то взгляд, она замерла и обнаружила, что Бей наблюдает за ней.
Он подошел к Диане, держа в руке что-то белое, накинул ей через голову, так что мягкая, пахнущая свежестью ткань прикрыла руки и все остальное.
Диана немного успокоилась.
— Прошу прощения, — сказала она. — Я не знаю…
— Не говори ничего. — Он повернул ее и под новой одеждой начал расстегивать платье сзади. Затем отошел, и Диана сама сняла его.
— Не хочешь ли искупаться? — услышала она.
Конечно, ей хотелось, но без слуг. Ее здесь никто не должен видеть.
— Нет, — сказала Диана. Она развязала тесемки нижней юбки, и та упала на пол. Затем сняла сорочку и продела руки в рукава чистой одежды, закатав манжеты.