Черный лед
Шрифт:
– Что ты намерен делать, Босх? Поедешь на это ранчо, перебросишь Папу через плечо и дернешь обратно в Штаты? Так, что ли?
– Что-то в этом роде.
– Глупо.
– Признаться, я сам еще не знаю, что мне предпринять. В общем-то я рассчитывал действовать по обстоятельствам – как сложится. Может, я даже не увижу Папу, а может – увижу. Хочешь рискнуть?
Корво взгромоздился на табурет и, махнув рукой бармену, заказал то же, что и Босх. Глядя на него в зеркало, Гарри заметил под бородой длинный широкий шрам. Если агент отрастил бороду, чтобы скрыть этот розово-красный след, он ничуть не преуспел. Возможно, однако, Корво и не старался ничего скрывать;
Когда бармен поставил перед ним заказ, Корво привычно опрокинул стакан с виски и запил пивом.
– Так зачем ты собрался туда на самом деле? – спросил он. – И почему я должен тебе верить?
– Потому что я могу помочь вам с Зорилло.
– Чушь. – Босх промолчал, решив дать Корво вволю порезвиться, чтобы перейти к делу, как только агенту надоест рисоваться и позировать. Постепенно Босх приходил к выводу, что телепостановки о жизни полицейских не преувеличивали только одно: недоверие и соперничество, существующее между местными и федеральными копами. Какая-то из сторон всегда считала себя лучше, умнее, опытнее, чем другая. Те, кто так думал, как правило, ошибались. – О'кей, – сказал наконец Корво. – Допустим. Что у тебя есть на него?
– Прежде чем рассказывать, мне хотелось бы задать один вопрос. Кто ты такой, Корво? Я имею в виду здесь, в Лос-Анджелесе? Почему Мур ссылается на тебя в одной из своих подборок? Как ты стал экспертом по Зорилло?
– Это не один вопрос, а целых десять. Впрочем, в общих чертах я готов ответить на них. Я уполномоченный агент-дознаватель, возглавляю расследование, которое проводится в Мехикали совместными усилиями наших отделений в Мехико-Сити и Лос-Анджелесе. Поскольку Мехикали равноудален от обоих городов, мы поделили расследование пополам. Больше я ничего не скажу, пока ты не убедишь меня, что с тобой стоит разговаривать. Давай выкладывай.
Босх сообщил ему про Джимми Каппса, про «Хуана» – Гутьереса, про причастность к их гибели Мура и Дэнса и про нити, протянувшиеся от этих дел к Зорилло. Закончил он тем, что, по его сведениям, Дэнс поехал в Мексику – вероятнее всего, в Мехикали – сразу после того, как был убит Мур.
Корво допил свое пиво.
– В твоем сценарии одна большущая дыра. Скажи мне вот что: с чего ты взял, будто этот ваш «Хуан» был убит именно в Мехикали? И еще – как и зачем его тело перевезли в Лос-Анджелес? Я не вижу в этом никакого смысла.
– Медэкспертиза показала, что Гутьерес-Лоса был убит минимум за шесть часов до того, как Мур нашел его труп… Или заявил, что нашел. Кое-какие детали, обнаруженные при вскрытии, позволяют предположить, что наш «Хуан» был убит именно в Мехикали, точнее – в определенном районе в окрестностях Мехикали. Полагаю, что преступники пожелали избавиться от тела, чтобы не привлекать к этому району излишнего внимания. Вот его и отправили в Лос-Анджелес, благо у них уже был наготове грузовик, идущий в этом направлении. В высшей степени удобно.
– Не надо загадок, Босх. О каком районе мы говорим?
– Не мы. Говорю в основном я – вот в чем беда. Впрочем, мы еще можем поторговаться. Я читал вашу справку – судя по всему, вам так ни разу и не удалось перехватить ни одного каравана Зорилло. Я могу отдать вам
Корво рассмеялся и показал бармену два растопыренных пальца. Тот принес ему еще два пива.
– Знаешь что, Босх, хочешь верь – хочешь не верь, но ты мне нравишься. Я действительно проверил твое досье, и мне пришлось по душе то, что я узнал. Но мне почему-то кажется, что у тебя нет ничего стоящего.
– Вам не приходило в голову проверить одно местечко под Мехикали, которое называется «Энвиро брид»?
Корво заглянул в стоящий перед ним бокал, словно собираясь с мыслями. Босх поторопил его.
– Да или нет?
– Так называется один тамошний завод, где плодятся стерильные фруктовые мушки, которых потом выпускают здесь. Завод – подрядчик правительства. Этих насекомых разводят в Мексике, потому что…
– Я все это знаю. Но откуда это известно тебе?
– Я занимался планированием наших операций. Нуждаясь в наземном наблюдательном пункте, чтобы следить за ранчо, мы стали присматриваться к ближайшим промышленным и сельскохозяйственным объектам. «Энвиро брид» сразу нам приглянулся. Во-первых, он находится под американским управлением, во-вторых, это правительственный подрядчик, в-третьих… В общем, мы начали прощупывать предприятие, чтобы определить лучшее место для НП – на крыше или в кабинетах. Территория ранчо расположена через дорогу от лабораторного корпуса.
– Но они вам отказали.
– Нет, почему же. Они-то были не против. Это мы сказали «нет».
– Почему?
– Во-первых, радиация. Во-вторых, эти чертовы мухи летают повсюду и лезут в приборы. Но самое главное заключается не в этом. Поднявшись на крышу, мы увидели только стойла и амбары. Все эти хозяйственные помещения, где разводят быков, оказались между «Энвиро брид» и жилыми зданиями ранчо. Они заслоняли их, поэтому нам пришлось отказаться от мысли оборудовать там наблюдательный пункт. Пришлось сказать руководителю спасибо и откланяться.
– Под какой крышей вы работали? Или, может, вы пришли и заявили: «Мы из АКН, позвольте нам тут пошпионить за вашим соседом?»
– Нет, конечно. Наши ребята состряпали какую-то подходящую легенду: что-то насчет того, будто мы из Национальной службы погоды, изучаем розу ветров в гористо-пустынной местности. В общем, какая-то чушь вроде этого. Но босс «Энвиро брид» поверил нам.
– Еще бы!
Корво вытер губы тыльной стороной руки.
– А каким концом вписывается в твою версию «Энвиро брид»?
– Через моего «Хуана». Фруктовые мушки, о которых ты говоришь, нашли у него внутри. Думаю, там его, возможно, и убили.
Корво повернулся вместе с табуретом так, что теперь смотрел прямо на Босха. Гарри же продолжал наблюдать за ним в зеркале.
– О'кей, Босх. Ты заинтриговал меня. Валяй дальше.
Гарри рассказал ему о своих предположениях. «Энвиро брид», оказавшийся так близко от ранчо Зорилло, о чем Босх не подозревал, пока не узнал об этом от Корво, наверняка был основным звеном в цепи, по которой «черный лед» уходил через границу. Его версия состояла в том, что поденный работник Гутьерес-Лоса либо завербовался в «мулы», но не справился с заданием, либо вполне легально, работая на «Энвиро брид», увидел или сделал что-то такое, чего ему не следовало видеть или делать ни при каких обстоятельствах. Так или иначе, его забили до смерти, а труп упаковали в один из картонных контейнеров и вместе с грузом насекомых отправили в Лос-Анджелес. Потом тело бросили у ресторана, а Мур, скорее всего распоряжавшийся приемкой товара в Штатах, «нашел» его.