Черный лебедь
Шрифт:
Но могу ли я поступить так мелодраматически?
Вечером у меня состоится разговор с Роландом.
Я скажу ему, что приняла решение съездить к Ребекке.
Он поймет меня. Он всегда понимал меня.
Потом я вспомнила про письмо, которое написала Ребекке. Я открыла ящик стола. Вот оно. По крайней мере, можно отослать письмо. Я сегодня же поеду в Брейкен, в это маленькое почтовое отделение. Теперь, когда я решилась на какое-то действие, мне стало легче. Китти принесла горячую воду. Я умылась, и вскоре был подан омлет. К
Надев платье для верховой езды, я спустилась вниз.
Филлида находилась в своей комнате для трав. Она вышла оттуда, удивленно глядя на мой наряд.
— Ты себя достаточно хорошо чувствуешь? — озабоченно спросила она.
— Да. Я думаю, это мне даже полезно.
— Тогда не заезжай слишком далеко.
Я кивнула, сделав вид, что согласна с ней. С порога она помахала мне на прощание.
Откуда у меня эти видения? То, что другие стоят совсем рядом со мной и ничего не видят, тревожило меня.
Я тосковала по Джоэлю. Может быть, мне поехать к нему? Нет, этого нельзя делать. Он уговорит меня остаться, а я не могу ранить этим Роланда. Для начала необходимо повидаться с Ребеккой. Мне нужна моя сестра с ее здравым смыслом. Я ощупала письмо в кармане и задумалась, долго ли оно будет идти до нее.
Впрочем, не обязательно дожидаться ответа. Достаточно мне появиться в Хай-Торе, и меня примут там как родную. Если бы Ребекка была сейчас рядом со мной!
Все-таки, решившись предпринять какое-то действие, я чувствовала себя лучше. Вечером я поговорю с Роландом и скажу, что уезжаю завтра, потому что должна встретиться с Ребеккой.
Въехав в Брейкен, я направилась прямо к почтовому отделению, привязала лошадь и вошла туда.
Внутри это была обыкновенная деревенская лавка.
Тут продавалось все, что может понадобиться в хозяйстве. Лавка предназначалась для небольшой деревушки, но выбор здесь был широкий. Кексы, бисквиты, сахар, чай — весь ассортимент бакалеи; кроме того, одежда, сапоги, башмаки, фрукты, микстура от кашля и прочие лекарства. В уголке лавки приютилось почтовое отделение.
Худая женщина средних лет сидела за проволочной сеткой с окошечком внизу. Я купила марку для письма. В лавке было пусто, и женщине, очевидно, захотелось выяснить, кто я, и поболтать со мной. Она, конечно, знала всех живущих в округе, а меня видела впервые.
Она сообщила, что сегодня неплохой денек, и поинтересовалась, издалека ли я.
— Из Грейстоун-хауса, — ответила я. — Вы знаете это место?
— Уж конечно, — с готовностью откликнулась она.
Я не совсем поняла, что она имеет в виду, но вскоре выяснилось, что она знает не только дом, но и то, что там сейчас живут новые люди, которые собираются купить в округе собственный дом.
Я тут же подумала о миссис Хелман, которая, получив информацию, поспешила поделиться ею со всеми встречными. В такой глуши, где события были редкостью, новые люди должны
— Хорошо, Что вы зашли сегодня, — сказала почтовая дама. — Вы миссис Фицджеральд или мисс?
— Миссис Фицджеральд.
— Что ж, я как раз собиралась послать вам весточку. Мы ведь не занимаемся доставкой. Те, кто живут далеко, сами заходят сюда и забирают письма.
— Да, соседка говорила мне об этом. А разве есть что-нибудь для меня?
— Сегодня должна была заехать миссис Хелман с фермы Хелманов. Я собиралась передать с ней, но ее что-то не видать сегодня.
— Что там? — встревоженно спросила я.
— Минутку, — Она открыла ящик. — Вот оно. Пришло вчера. Письмо для вас.
— О, благодарю вас. — Я бросила взгляд на конверт и сразу узнала почерк Белинды. — Мне… я так рада.
— Заходите раз-другой в неделю. Мы будем хранить вашу почту. А вообще, вам нужно присвоить номер. Его называют «ящик». Ящик двадцать два будет ваш. Пусть пишут на адрес: ящик двадцать два, почтовое отделение Брейкен, около Бредфорда. Понятно?
И тогда приходите в любое время и забирайте.
— Я так рада, что зашла сегодня.
Она улыбнулась. Мне не терпелось прочитать письмо Белинды, но она продолжала болтать:
— Видите, здесь стоит адрес: миссис Фицджеральд, Грейстоун-хаус, Брейкен, Бредфорд. Ну, в общем-то, все нормально, потому что мы знаем, кто вы такая.
Я-то знаю, что вы приехали в Грейстоун. Но лучше, если будут писать на ящик двадцать два, хотя, в общем, это не очень важно.
— Благодарю вас за помощь.
— Ну, и как вам живется в Грейстоуне?
— Очень хорошо.
— Значит, это то, что надо. Там немножко одиноко.
— Но мы не собираемся жить там долго. Большое вам спасибо. Я рада, что зашла. Ей не хотелось отпускать меня, и она наверняка нашла бы еще какой-нибудь предлог продолжить разговор, если бы в этот момент в лавку не зашла новая посетительница.
— О, миссис Копланд! — воскликнула почтовая дама. — Вот и вы! Как поживает ваша невестка?
Я решила не выяснять условия жизни невестки миссис Копланд и выскользнула на улицу, сжимая в руке письмо Белинды.
Мне очень хотелось немедленно прочитать его, но не здесь. Я забралась на лошадь и выехала из Брейкена. Отыскав поле, окруженное деревьями, я спешилась, привязала лошадь к забору и уселась под деревом.
«Дорогая Люси!
Шлю тебе письмо в надежде, что оно доберется до тебя. По-моему, я не перепутала адрес. Ты как-то упоминала, что дом называется Грейстоун, помнишь? И я уверена, что ближайшее от него местечко называется Брейкен. В общем, решила написать.
Дела мои идут довольно хорошо. С разводом нет никаких затруднений. Поскольку Генри не выдвигает никаких возражений и поскольку мой, супружеский грел; совершенно очевиден, то, мы надеемся, что уже веко — . ре все завершится.