Чёрный феникс

Знаете, иногда мне хочется быть другой.

Девушкой, которая каждый день ходит по магазинам, записывается к косметологу и восхищается новыми ноготочками. Она умеет входить в образ «дурочки» с пушистыми ресницами, пользуется мужским вниманием да и мужчинами в целом. Живёт в просторной элитной студии со светлыми стенами, где очень удобно делать фотографии для социальных сетей, и самой важной проблемой в её жизни является

выбор цвета для тех самых ноготочков, которые будут собирать сотни, а то и тысячи лайков.

В другой раз хочется быть независимой женщиной с красной машиной. Она каждый день подписывает важные договоры, в её штате сотня подчинённых, а дома ждёт маленькая пугливая собачка — самый главный объект для выплёскивания заботы и внимания.

Мужчины в её жизни занимают второстепенную роль. Для здоровья, как принято говорить. Иногда она грустит в собственном большом доме от одиночества, но такие порывы заканчиваются утром. Она вновь выбирает дизайнерские лодочки в гардеробной и отправляется покорять этот мир.

Порой я хочу примерить на себя образ возвышенной особы, которая ходит по выставкам, а вечерами принимают ванную со строками из книги какого-нибудь древнего философа.

Такая девушка знает адреса всех галерей в городе, может рассказать краткую биографию абсолютно любого известного художника и по выходным подбирает себе очередное маленькое чёрное платье для выхода в театр. Она спокойно выносит оперу на несколько часов, потому что ей безумно нравится атмосфера вокруг.

Сейчас я была бы не прочь побыть девочкой, чьи свадебные фотографии будут показывать на больших семейных застольях, а все будут умиляться, приговаривая какая она молодец.

Закончила школу с золотой медалью, получила непременно красные корочки об окончании высшего образования, во время которого нашла себе хорошего парня, который вообще-то будет таким только первое время. Через месяц, максимум, она осчастливит всех новостью о своей беременности, а ещё через пару лет родит второго.

Она будет сидеть дома с детьми, варить борщи и наглаживать рубашки мужа, пока он зарабатывает деньги для содержания семьи. Некоторые подруги от неё отвернутся, потому что в голове такой девочки постоянно будут крутиться только рецепты и фирмы подгузников, но она совершенно не огорчится — найдёт себе таких же «мамочек», у которых любимый мужчина впоследствии превращается в ещё одного ребёнка, и начнёт уговаривать мужа решиться на третьего карапуза.

Вот примерно как Маруся. На ней образцовое пышное белое платье, абсолютно банальные свадебный макияж и причёска с искусственными цветочками, вокруг розовые шарики и каждому гостю подарят тарелки с изображением молодоженов.

Меня бы подташнивало от такого «как у людей», но Маруська улыбается и вроде искренне смеётся, когда очередной гость пытается ввернуть в свой тост шутку. Не очень удачные попытки, если честно.

Я сижу за дальним столом, хоть мы и очень неплохо общаемся с Машей. Просто её мама не захотела, чтобы я своим видом портила фотографии, которые потом разойдутся на десяток альбомов.

Она вообще меня никогда

особенно не любила, а рядом со своей дочерью терпела только потому, что я не делала ничего такого, за что можно было бы поставить ультиматум и заставить выбрать себя, а не эту «будущую проститутку и наркоманку».

Забавно, как стереотипно некоторые люди судят других за внешний вид. На самом деле я не хотела приходить и, кажется, именно в эту секунду передумала примерять на свою жизнь подобную «правильную» модель, потому что начался очередной совершенно глупый конкурс, где пара должна хлопнуть шарик без помощи рук, но подруга в последний момент уговорила меня разделить с ней этот приторно радостный день.

Она очень волновалась, а у меня всегда находились доводы для её успокоения.

За мной весь вечер ухаживал какой-то парень со стороны жениха. Очень настойчиво подливал мне шампанское, притаскивал со шведского стола полные тарелки сладостей. Их опустошала мадам по соседству — четвероюродная, или как-то так, тётка, которую пригласили только из вежливости, а мой кавалер думал, что это в меня может столько влезть.

Удивлялся, но приносил ещё.

Ему даже удалось развести меня на танец. Скорее парню просто повезло, потому что у меня затекло сидеть одно место, но ему мы об этом говорить не будем.

— Давай-давай, попроси у него ещё вон тех кексов с клубничным кремом, я с собой специально контейнеры взяла, домой заберу несколько, — просьбу тучной женщины я пропустила мимо ушей. Если ей так нужно — пусть сама встаёт и тырит эти несчастные кексы.

Моя тонкая душевная организация больше не смогла выносить вакханалии на сцене: подоспел следующий конкурс, где нужно было попасть привязанным к талии карандашом в пустую бутылку, коих, кстати, уже было предостаточно — какой-то алкогольный магазин здорово наварился, потому что масштабы выпитого действительно впечатляли. А сколько ещё осталось…

Мне захотелось проветриться. Погуляю сейчас немного, выкурю пару сигарет, а потом извинюсь перед Марусей за то, что не смогла досидеть до конца. Скажу, что голова разболелась, а я не хочу портить её праздник кислой физиономией.

На улице лёгкий ветерок бабьего лета приятно охладил покрасневшие от духоты щёки. Я вышла на задний дворик, потому что эта дверь была ближе, а мне не очень было в радость привлекать к себе внимание. Вдруг ещё ведущий подумает, что я для тоста поднялась и иду в его сторону. Было бы неловко.

— Заскучала, киса? — чёрт, только не это.

Парень, чьё имя я уже успела забыть — тот самый, с повышенным вниманием к моей персоне — вышел следом и теперь сверлил меня неприятным, затуманенным от алкоголя взглядом.

А от этой «кисы» меня в очередной раз передёргивает. Какими же непонятливыми бывают люди.

— Я, кажется, уже говорила, чтобы ты меня так не называл. Мне неприятно, — поморщилась, скрестив руки на груди. Хотелось закрыться.

— Да ладно тебе ломаться. Весь вечер на тебя потратил, имею право обращаться так, как мне нравится, — теперь к его образу добавилась наглая ухмылка.