Черные волшебники

Найлз Дуглас

– Стражники! – завопил принц, подбежав к окну. – Во дворе чужой! Взять его живым!

Темная фигура уже исчезла в ночи, но по всему замку пронесся боевой клич: «Тревога!». И тут Тристан увидел, что Дарус сидит на полу, а на коленях у него покоится голова короля. Рядом стоял огромный мурхаунд, тихонько уткнувшись носом в неподвижное тело. Единственной раной на теле короля был крошечный, с булавочную головку, кровоточащий след на плече, оставленный тоненькой стрелкой одного из нападавших Но в глазах Даруса принц увидел глубокую печаль и боль.

– Король Корвелла

умер.

Подобно всем богам, Баал диктовал свою волю тем, кто его почитал через священников. А те, в свою очередь, черпали силу у своих богов, и многие из них были способны творить чудеса и состязаться в могуществе с самыми великими колдунами.

Баал обладал огромной властью, и ему поклонялось множество священников. Случилось так, что один из самых сильных и верных приверженцев бога Баала жил на островах Муншаез. Пришла пора и ему послужить своему богу. Не сразу, но все-таки Баал решился привести свой план в исполнение. Он получит от этого колоссальное удовольствие, а кроме того, вполне возможно, что его положение среди богов Забытых Королевств станет еще более прочным. План был сложным, но у Баала было много сторонников, горящих желанием ему помочь.

Для начала он навеет священнику с островов Муншаез сон, который тот расценит как предсказание или приказ – в любом случае это будет воля Баала. И священник покорится его воле – в этом Баал был уверен.

СОВЕТ В КОРВЕЛЛЕ

Удлинившиеся тени превратили башни Кер Каллидирра в огромные стройные шпили, которые угрожающе возвышались над городом и водами залива. Вечер подвел итог шумной суете торговых сделок, заключенных здесь, в самом большом городе ффолков. Пришла ночь, а с ней и иные, ночные, виды торговли: например, на улицах появились торговцы травой гиньяк, которую без всяких помех привозили из Калимшана, а в темных аллеях можно было купить молодого раба из Асина или Тетира.

Колдун легко скользил по этим аллеям – он знал каждый поворот и каждое дерево. Наконец, когда совсем стемнело, он спустился в подвал, не обращая внимания на спящего на ступеньках старика, от которого несло дешевым вином. Он оттолкнул занавес, закрывавший одну из стен, и вошел в большую круглую комнату. Комнату освещали, придавая ей какой-то потусторонний вид, огромные плошки с горячими углями; здесь было очень жаркой неуютно.

На алтаре посреди комнаты скалился череп. Вырезанный из белого мрамора, он был в несколько раз больше человеческого. Красные страшные слезы, которые были не чем иным, как кровью, текли из глазниц по скулам черепа.

Перед черепом, спиной к колдуну, стоял мужчина. Одеяние из плотной ткани и глубокий капюшон не могли скрыть того, что священник был очень крупным человеком. Очень медленно мужчина обернулся.

– Хвала Баалу, – пропел он.

– Хвала богу смерти, – ответил колдун мягким приятным голосом, который как-то не соответствовал его облику.

– Ты уже начал действовать согласно моим предсказаниям? – спросил огромный мужчина и, почтительно поклонившись черепу, отошел от алтаря.

– Конечно,

Хобарт, – ответил колдун, – я уверен, что Разфалло и его люди скоро их уничтожат.

– Но это не все, надо сделать еще кое-что. Женщины нет в Кер Корвелле.

– Это не имеет значения – если понадобится, я пошлю Разфалло в самые отдаленные районы королевства.

– Нет! – твердо зазвучал голос Хобарта, и священник угрожающе двинулся к колдуну. – Я сам должен найти ее. Баал хочет, чтоб ее кровь напитала его алтарь.

– Где она?

– Баал показал мне, только мне, где можно ее найти. Я скоро отправлюсь за ней.

– Интересно, зачем богу Баалу нужно, чтобы кровь этой женщины потекла из его глазниц?

– Возможно, Баал хочет, чтобы ему принесли в жертву друиду. Ближе, чем в Гвиннете их не осталось – благодаря усилиям вашего совета.

Синдр мрачно хохотнул.

– Насколько я помню, ты и твой бог немало постарались, чтобы уничтожить всех друидов Аларона. Теперь и ффолки в Каллидирре лишились своих верховных духовных наставников и созрели для того, чтоб принять твою веру.

– Именно так, – согласился Хобарт, еще раз поклонившись алтарю.

– Желаю успеха. Сила земли, питающая этих друидов, может быть очень неприятной, впрочем, она вряд ли может сравниться с твоим могуществом.

– Это сила бога Баала, – ответил священник.

– Конечно, конечно… я сказал не подумав, – колдун отвернулся, пытаясь скрыть ухмылку. Ох, уж эти священники и их дурацкая вера в своих богов!

– Я отправляюсь завтра… Этой друиде не суждено дожить до следующего полнолуния.

– Похоже, они стали невидимками, – доложил Рэндольф, командир отряда стражников, охранявших замок. Бородатый молодой воин – ему еще не исполнилось и тридцати – с трудом скрывал охватившее его раздражение. – Они исчезли почти у нас на глазах!

– Пятерых мы убили, – ответил Тристан. – Скольким удалось скрыться?

– Мне кажется, было еще, по крайней мере, двое, – проговорил стражник, сердито сжимая рукоять своего меча. – Я нашел трупы троих моих людей во дворе и на стене. У одного было перерезано горло, других убили ударом ножа в спину.

– Очень умелые убийцы, – горько пробормотал Тристан. – И все же, чего они хотели? Почему? Мой отец никогда… – у него прервался голос, и он не мог продолжать.

Стражник молчал. Они с принцем стояли посреди разоренного кабинета короля Корвелла. Затем они оба выглянули во двор через разбитое окно: медленно приближался рассвет.

Между тем, брат Нолан осторожно положил тело короля Кендрика на кровать в соседней комнате. Король будет похоронен, как подобает королю ффолков, и обретет покой в королевской усыпальнице.

Тристан вдруг осознал, что отец умер, и его охватило глубокое горе. Боль утраты, казалось, покидала его на время, а затем вдруг, в самый неподходящий момент, становилась невыносимой, и с каждым прожитым днем она будет все сильней и сильней жалить его сердце.

– Где Дарус? – наконец спросил принц, изо всех сил стараясь взять себя в руки.