Черные стрелы 2
Шрифт:
Вырвав из раны черный клинок, охотник вдруг прыгнул на спину согнувшемуся от удара измененному и, оттолкнувшись от него, взмыл в холодный воздух. Он приземлился на десяток шагов впереди, смяв ногами двух тварей. Одну он сразу же добил мечом, а череп другой с сухим звуком треснул под сапогом охотника.
Сразу же отскочив, Тенро обезглавил не ожидавшего от него подобной прыти мужчину с серым лицом. Он наотмашь ударил стоявшего рядом сгорбленного старика, из-под окровавленной бороды которого виднелись длинные, загнутые клыки. Кто-то навалился на Тенро сзади и он, ловко взяв один из мечей обратным хватом, вогнал лезвие
– Да!
– Смех Нортона взметнулся к затянутым туманом небесам.
– Такая резня мне по душе! Как в старые добрые времена! Вспоминаются былые деньки, когда мы вместе совершали рейды вглубь земель наэрцев, орошая их священные леса их же кровью! Скольких же мы убили тогда! Десятки? Сотни? Тысячи! Но сейчас ты сражаешь против людей, что ты чувствуешь?
Тенро снова не ответил. До боли стиснув зубы, он яростно прорубался сквозь наседавшую толпу, двигаясь на голос Нортона, звучавший совсем близко.
– Ничего не чувствуешь, да? А тогда, в той деревне на границе ты говорил другое. Я до сих пор помню, как ты чуть не убил командира, отказываясь выполнять приказ, но потом сделал свое дело, как и все мы. Лишенные воли, словно рабы мы убивали всех, кого нам прикажут, а что теперь? Я предлагаю тебе свободу, но ты сопротивляешься!
– Мне не нужна такая свобода!
– Вокруг Тенро образовалось открытое пространство, буквально устланное дымящимися изувеченными телами.
– Я не стану убивать для таких, как ты!
– Ты уже говорил нечто подобное, - устало поведал охотнику выступивший из тумана Нортон. Грустно улыбаясь, он аккуратно шел прямо по лежащим у его ног телам.
– Перед каждым нашим особым - он хитро подмигнул Тенро, - заданием, ты твердил то же самое. Но потом без разбору убивал всех, на кого покажет командир. И своих и чужих. Помнишь тот отряд пехотинцев? Наших братьев по оружию, которых заподозрили в измене? Не твои ли руки были по локоть в их крови?
– Я...
– Тенро ошарашено посмотрел на Нортона.
– Я не делал ничего...
– Ложь!
– Красиво лицо мужчины исказила гримаса лютой злобы.
– Ты лжешь и мне и самому себе! Ты - убийца, как и все “Черные стрелы”! Все мы!
– Я не убивал невинных, - упрямо повторил охотник и его голос дрогнул от осознания того, что он сам не уверен в собственной правоте. Ведь память Тенро восстановилась не вся, откуда он мог знать, каким он был прежде?
– Я... я не помню, - руки с мечами опустились.
– Разумеется, - подойдя ближе, Нортон положил ледяную ладонь на плечо охотника.
– Никто из нас ничего не помнил. Алхимики короля знали свое дело, их эликсир замечательно скрывал наши воспоминания и чувства, превращая в послушных кукол. Не веришь мне? По глазам вижу, что нет, а ведь они у тебя, такие же яркие, как и мои, брат. Не это ли доказательство того, что мы похожи?
– Нет, - дернув головой, Тенро сбросил с плеча обжигающую его плоть ладонь и отступил.
– Я не такой как ты!
– Вспомни, - Нортон шагнул следом, нисколько не опасаясь направленных ему в грудь клинков.
– Вспомни войну с наэрцами!
– Я не могу, - сам не зная почему, Тенро продолжал отступать, хотя сейчас мог без труда поразить противника в незащищенную грудь.
– Вспомни!
– Пронзительно крикнул Нортон, и его
Ладони с длинными когтями вцепились в голову охотника, принуждая его смотреть бывшему другу в глаза, в карем сиянии которых тот вдруг увидел все... Отражение кровопролитных битв, наэрские Леса, лица павших врагов и друзей и себя самого. Всего за один миг, почти все запертые двери в памяти охотника резко распахнулись, впуская в его сознание кошмарные воспоминания прошлого. Вскрикнув, Тенро рванулся изо всех сил, но Нортон держал крепко.
– Вспоминай, - прошипел он.
– Ты стал таким, как мы, а значит, ты пережил смерть. Вместе с твоей жизнью закончилось и действие эликсира! Ты должен был вспомнить все!
– Нет!
– В памяти Тенро ужасные воспоминания закружились непрерывной чередой. Многие из них были смазанными, а остальные демонстрировали когда-то пережатые им ужасы войны.
– Проклятый эликсир притуплял наше сознание! Он затуманивал наш разум, превращая в послушный скот. Мы не задавали вопросов, просто шли за Дарсом и выполняли его приказы, а потом забывали все! Ты же не будешь отрицать, что не можешь вспомнить всей войны? Тебя никогда не настораживало количество белых пятен в твоей памяти?
– Я... старался забыть войну и раньше радовался каждому утерянному воспоминанию, - потерянно прошептал Тенро, прекратив сопротивляться. Мечи охотника упали на землю, а его руки бессильно повисли вдоль тела.
– Я... я хотел забыть этот кошмар.
– Но ты и не догадывался, что настоящий кошмар это не те воспоминания, что тебе позволили сохранить, а то, что осталось в глубине твоей души. То, что до твоей смерти запечатывал эликсир! Ты должен был увидеть все это, когда умирал. Должен был понять, каким чудовищем был при жизни!
Взгляд Тенро потускнел, а на лице отразилось выражение ужаса. Он вспомнил! Вспомнил, как падал в пропасть вместе с телом наэрки. Вспомнил боль, смерть и рождение своей новой жизни. Вместе с этим, к нему пришла и правда. Тенро вдруг разом осознал, что он совсем не такой, каким хотел и привык себя считать. Прошедший две войны, он даже не подозревал, в кого превратился. Забытые под действием эликсира вылазки, убийства сотен невинных, карательные рейды, казни и безжалостные расправы - вот для чего создавались “Черные стрелы”. Разведывательный отряд - не более чем прикрытие для настоящих убийц. Их тренировали, подсыпая в воду и еду яды, отравляющие сознание и тело, и лишающие воли. Все, что помнил Тенро - всего лишь часть из настоящей войны, те воспоминания, которые ему позволили сохранить и где он выглядел честным солдатом, выполняющим свой долг перед королевством. Следы преступлений надежно запечатали в его памяти, чтобы навсегда скрыть их там.
– Нет...
– Тенро рухнул на колени, закрыв лицо руками. Он вспомнил, что узнал эту правду раньше. Перед самой смертью ему открылось все, и это знание свело человека с ума. Тогда разум охотника, отказываясь принять такую реальность, вновь скрыл ее. Он сам запечатал свои воспоминания, воспоминания убийцы, пусть и действующего не по своей воле. Не желая принимать минувшее, Тенро отрекся от собственного прошлого и, когда он воскрес, то ничего уже не помнил. Так было до этого момента.
– Нет...
– потерянно повторил Тенро, чувствуя, как слезы катятся по его щекам.
– Я не хотел...