Чёрные сны
Шрифт:
…и я исчезла.
Я открыла глаза.
Над моей головой тянулось синее небо цвета индиго.
Я уставилась на него.
Я уставилась на облака, плывущие над головой, гигантские грозовые облака, сворачивавшиеся серыми, чёрными и белыми клубами. Я смотрела на контраст между небом и этими облаками. Я ощущала жизнь всюду вокруг себя. Я чувствовала присутствие всюду вокруг себя.
Задержка адаптации в этот раз была короче.
Её вообще почти не существовало.
Я знала,
Я знала, кто я такая.
Я знала, кто такой Блэк.
Я ещё не вернулась к нему, но это ничего.
Я ощутила другую часть Дракона почти ещё до того, как сосредоточила взгляд. Он здесь. Мне почти не пришлось искать его, почти не пришлось соединять с ним свой свет, когда я ощутила ту вспышку искрящего пламени, тот резонанс, полыхнувший в моём свете aleimi.
Посмотрев на небо, я не сумела сдержаться.
Я рассмеялась.
Глава 21
Возвращение домой
— Пожалуйста! — умолял голосок. — Пойдём со мной на улицу… пожалуйста!
Блэк поднял взгляд от стеклянного жезла urele, который держал в руках, и нахмурился.
Он всё ещё не разобрался, что работать с этой чёртовой штуковиной.
Совет хотел, чтобы он научился ею пользоваться, чтобы они смогли лучше изучить структуры его света… особенно структуры «Дракона»… но он пока что не добился результата.
Он подозревал, что часть проблемы крылась в самом жезле.
Насколько мог сказать Блэк, жезл не рассчитан на подсвечивание структур в нижней части светового хребта. В любом случае, это был очень старомодный инструмент, то есть, ему было несколько тысяч лет даже на Старой Земле. Он никогда в жизни не пользовался urele, хотя слышал о них — смутно — как о тренировочных инструментах для молодых видящих во времена до Первого Контакта.
Видящие в рабских лагерях говорили о них, когда он всё ещё жил на Старой Земле.
Однако они совершенно точно не тренировали рабов с этими штуками, блядь.
— Дядя Кирев! — повторил голосок громче. — Пойдём со мной на улицу!
Подняв взгляд, он посмотрел в прозрачные глаза с зелёным ободком. Увидев нетерпеливое, настойчивое выражение на юном личике, он нарочито нахмурился.
— Зачем? — ворчливо спросил он.
Она моргнула, тупо уставившись на него.
Судя по её выражению, ей правда не приходило в голову задуматься о причинах.
Однако она быстро оправилась.
— Потому что я так хочу, — сказала она.
Он фыркнул, покосившись на диван, где растянулись Ревик и его жена. Элли пристроила Нэрика в слинге на груди. Она покормила его где-то час назад, и теперь он спал, а Элли устроилась на подушках, положив на колени
Её бледно-зелёные глаза сосредоточились, её свет не обращал внимания на Блэка и её дочь.
Блэк гадал, над чем она работает. Он подозревал, что это наброски новой фрески, которую её попросили нарисовать для городской площади. Фреска обещала быть большой, и Элли неделями занималась одними лишь набросками.
Ревик читал что-то на небольшом планшете, отрешённо массируя ладонью ногу своей жены.
Острый пальчик ткнул Блэка в грудь.
— Давай чем-нибудь займёмся, — настойчиво повторила она. — Мне скучно.
Выдохнув с наигранным раздражением, он повернулся к ней лицом, сжимая urele в одной ладони.
— И что мы будем делать? — спросил он. — «Пойдём со мной на улицу» — это слишком неопределённо. Как я могу принять решение, если я понятия не имею, что это значит?
Она нахмурилась.
— Это значит пойдём со мной на улицу. Всё понятно.
— Не особенно. Откуда мне знать, что это будет не скучнее того, чем я занимаюсь сейчас?
Ревик на диване фыркнул, мельком покосившись на них.
Лили, его дочка, которая выглядела лет на девять по человеческим годам, но на деле, наверное, приближалась к пятнадцати, почти не смотрела на отца. Блэку говорили, что темп её физического роста искусственно ускорили, когда она была совсем малышкой.
Теперь её замедлили до нормального темпа, благодаря энергетической работе Совета, но она всё равно была одновременно слишком юной и слишком взрослой для своего физического возраста.
Эли сказала, что на самом деле она прожила всего примерно шесть лет.
Теперь Лили уставилась на Блэка, сосредоточив на нем взгляд своих бледных, почти бесцветных радужек.
— Что если мы пойдём покататься? — предложила она.
— На чём? — фыркнул он.
Она шлёпнула его по плечу, рассмеявшись.
— Ты знаешь, на чем! На isthelay.
— Эти штуки странно пахнут.
— Ты странно пахнешь.
— А вот и нет.
— А вот и да.
Положив urele с замысловатой резьбой на поверхности, которая походила на стекло, но стеклом не являлась, он раздражённо посмотрел на неё.
— Откуда мне знать, что она опять не полезет на дерево прямо со мной на спине?
Она пожала плечами.
— Просто в следующий раз держись крепче.
Ревик издал очередной сдавленный смешок.
В этот раз Элли тоже захихикала, подняв взгляд от рисунка.
Блэк повернул голову, наградив своего кузена и его жену сердитым взглядом, затем посмотрел обратно на их дочь.
— Звучит скучно, — объявил он.
— Скучнее, чем сидеть здесь? Таращиться на эту тупую штуковину, с которой ты не можешь разобраться?