Чёрные сердца

Андрижески Дж. С.

— Снимите с меня этот бл*дский ошейник, — сказала она, и тон её голоса вторил её глазам. — Снимите его с меня, и я вытащу всех нас отсюда. Обещаю.

Ник кивнул, вскинув бровь и взглянул на Джема.

Джем посмотрел на него в ответ, мрачно поджав свои красиво очерченные губы.

— Ладно, — просто ответил Ник.

Глава 31

Самая странная операция на свете

Стиснув челюсти, я наблюдала, как Джем и Ник вырубают остальные камеры.

Ну, этим занимался в основном Джем, а Ник тем временем готовился. Как только

Джем справился с последней камерой, Ник объявил о своём намерении отправиться на разведку в остальную часть дома. Он хотел попробовать найти Солоника, сумку Солоника и, что более важно, Алексея.

Джему это не понравилось.

Ему это ни капельки не понравилось.

Ник отказался это обсуждать.

И в любом случае, отметил он, перестрелка стихла, и Ник уже один раз выбирался туда, пока Джем осматривал ошейник на моей шее.

Я просто сидела на диване, теперь уже одетая в пуленепробиваемый бронежилет, который Ник стащил с одного из убитых русских в коридоре, а также в чьи-то камуфляжные штаны. Последние были мне на три размера велики, но это всё равно во сто раз лучше, чем шёлковый сарафан.

Я также надела набедренную кобуру с русским пистолетом Токарев. Ник даже принёс несколько запасных магазинов, которые я засунула в бронежилет.

Пантер сидел рядом со мной, наблюдая за Ником и Джемом так же пристально, как и я.

— Я быстрее, — прорычал Ник, пока они вдвоём стояли лицом к лицу.

Ник легонько пихнул Джема в грудь и скользнул в сторону, двигаясь в той странной, плавной, вампирской манере, которая по-прежнему заставляла меня пялиться.

Но это был Ник.

Это, несомненно, был Ник.

Это выбивало меня из колеи намного сильнее, чем вампирские повадки.

Ник так сильно походил на самого себя, что я почти не могла соотнести мужчину, которого видела перед собой, с вампиром, которого я помнила по инциденту на крыше здания Блэка. Это вызывало странное ощущение. А также приносило колоссальное облегчение.

Я поймала себя на сожалении, что со мной здесь нет Энджел.

Она была единственной, кто мог понять, насколько это, бл*дь, странно… и как странно я чувствовала себя сейчас, сидя здесь и наблюдая за этими двоими, и не только потому, что между ними явно что-то происходило, как бы упорно ни отрицал это Ник.

Уже то, как Ник смотрел на Джема, вынуждало меня пялиться на них.

То, как Джем смотрел на него, заставляло пялиться меня ещё сильнее.

— Я тише тебя, — сказал Ник, бросив на меня хмурый взгляд. — …Тише вас обоих. Я лучше слышу. Я не буду виден для любых видящих, которые могут работать на них. Мне не нужно оружие, мать вашу. И я — расходный материал.

Тут я фыркнула, и Ник наградил меня очередным беглым взглядом.

Я готова была поклясться, что увидела смущение на его лице, и это вновь выбило меня из колеи.

— Иди ты нах*й… брат, — рявкнул Джем в ответ на его слова.

Ник это проигнорировал, снова посмотрел в глаза Джему, и его голос зазвучал твёрдо.

— Вы меня замедлите, — прямо сказал он. — Оставайтесь здесь. Вы оба попробуйте найти другой выход на случай, если я не сумею притащить Алексея…

— Нет, —

прорычал Джем. — Нет, мать твою!

Я наблюдала за ними и внезапно опять ощутила желание заплакать.

Эти двое.

Помоги мне, Боже… они очаровательны.

Джем протянул руку, когда Ник уже хотел уйти. Высокий видящий крепко стиснул запястье Ника одной рукой и удержал на месте. Ник отстранился прежде, чем видящий смог притянуть его ближе, и хмуро посмотрел в светло-зелёные глаза Джема.

— Мы не станем это обсуждать, Джем, — рявкнул он. — Я пойду и попробую найти Солоника. Если он мёртв, и его сумка по-прежнему там, я принесу её вам перед тем, как отправиться вниз. Ты можешь опробовать режущие инструменты на ошейнике Мири, пока я ищу Алексея. Я также принесу любое оружие, какое найду, на случай, если вам двоим оно понадобится…

— Нет, — челюсти Джема напряглись. Его слова сочились сарказмом. — На самом деле, брат, я нахожу это всё изумительным. Особенно изумительным мне кажется то, что ты внезапно решил, будто ты можешь командовать мной. И командовать Мири.

В голосе Джема зазвучало открытое раздражение, но его тон по-прежнему оставался ровным и бесцветным.

— Почему бы не спросить Мири, хочет ли она оставаться в комнате, где они неделями держали её в плену? — спросил видящий, сделав резкий жест рукой. — Чёрт… почему бы нам всем не пойти туда прямо сейчас? Мы все можем поискать Солоника и Алексея. Мы можем на ходу опробовать режущие инструменты, если найдём Солоника первым. Мы, может, и не сумеем поспеть за тобой, но мы хотя бы можем тебя прикрыть. Мы можем охватить больше территории в поисках Алексея, проверить другие этажи, а затем позвать тебя, если нам понадобится помощь…

Ник стиснул челюсти.

— Нет.

Я закатила глаза.

Такими темпами это могло продолжаться часами.

— Я согласна с Джемом, — заговорила я таким же спокойным тоном. — Я не понимаю, почему ты решил, что ты здесь за главного, Ник.

Он повернулся, сердито уставившись на меня.

Эти прозрачные глаза по-прежнему выбивали меня из колеи, признаюсь.

Но теперь я видела в них Ника.

Глядя в эти бледные радужки, я не видела вампирскую ярость или бесстрастного, лишённого эмоций социопата, которого я помнила по Сан-Франциско. Вместо этого я видела там обычное раздражение Ника Танаки. Меня по-прежнему поражало, что это раздражение смотрело на меня бесцветными вампирскими глазами, а не его обычными тепло-карими, но от этого он не становился менее Ником.

— Я за главного, потому что я прав, — возмущённо произнёс Ник… что, опять-таки, очень походило на типичного раздражённого Ника Танаку. — Вы оба знаете, что я прав. И мы тратим время впустую…

— Они не станут стрелять в меня, — ответила я таким же непоколебимым тоном, как и Джем. — И не ты прав, Ник. Прав твой бойфренд.

Я испытала странное извращённое удовольствие, увидев, как Ник вздрогнул от слова «бойфренд».

Мне пришлось усилием воли сдерживать улыбку, когда я продолжила: