Чёрные сердца
Шрифт:
— Наоко, — мягко выдохнул Брик. — Будь осторожен.
— Мне пора, — пробормотал Ник. — Я снова выйду на связь, когда представится возможность. Дай мне знать, когда нам будет безопасно вернуться в Северную Америку. Или нет.
Его взгляд не отрывался от Джема, пока видящий выпутывался из двух пуховиков, и его мускулистый пресс на мгновение сделался видимым, когда его рубашка задралась, обнажая голую кожу.
— Наоко… — начал Брик тихим рычанием.
— До скорого, — сказал Ник. — Спасибо за новости.
Не дожидаясь ответа, он повесил трубку, нажав красную кнопку на спутниковом
Он совершенно не хотел слышать, что собирался сказать его прародитель.
В любом случае, он мог догадаться, что именно он хотел сказать.
Глава 24
На пределе
Я смотрела в окно, хмурясь.
Я чувствовала на себе взгляды.
На самом деле, я чувствовала, что на меня смотрят из каждого угла комнаты, но одна пара глаз сверлила меня особенно интенсивно.
Это начинало испытывать моё бл*дское терпение.
Потрогав ошейник и вздрогнув, потому что я по привычке потянула за него и дёрнула соединительные элементы, которые обхватывали кости моего позвоночника там, где ошейник впивался в шею, я прикусила язык, стараясь не сказать того, что мне хотелось сказать на самом деле.
Я уже знала, что от этого не будет прока.
Чёрт, да этот мудак, похоже, воспринимал мою ярость как прелюдию.
Это даже слишком напоминало мне Солоника.
Подумав о Солонике сейчас, я нахмурилась, глядя в окно на ночной город и всполохи света над Москвой-рекой, усеянной лодками, от которых по отражениям небоскрёбов шла рябь. Мой взгляд устремился влево, к мосту, который пересекал реку и вёл к скоплению зданий на другой стороне.
Под зданием, в котором находилась я, вплоть до реки струилась темнота — массив деревьев и леса, который занимал, наверное, несколько акров.
Я понятия не имела, где находился Солоник.
Если уж на то пошло, он мог быть настоящей причиной, по которой я очутилась здесь.
Наши люди пытались найти его после первой ночи беспорядков в Сан-Франциско, когда он возглавлял разведчиков моего дяди в охоте на вампиров, но он больше ни разу не объявился. Он исчез так же бесследно, как Ник… и Даледжем.
Подумав об этом, я нахмурилась.
Позади меня раздалось деликатное покашливание.
Я не повернулась.
Но так сильно заскрежетала зубами, что даже сама это услышала.
— Миссис Блэк? — осведомился голос с сильным акцентом. — Вы присесть на минутку? Визит со мной? Я принёс для вас вечерний перекус, поскольку мне сказали, что вы не спите… и торты.
Я продолжала смотреть, как машины снуют туда-сюда по мосту, направляясь к асимметричному скоплению зданий, и их разноцветные огоньки мерцают в отражениях на воде.
— Нет, спасибо, — произнесла я после небольшой паузы.
— Я настаиваю.
В этот раз в голосе прозвучал мрачный тон.
Я узнавала этот тон. Я знала, что он означал.
Я также знала, что угроза не была пустой, и с этого засранца станется использовать ручные настройки ошейника, чтобы ударить меня током и заставить подчиниться.
Он делал такое прежде. Он делал это четыре раза за эту неделю.
Нет.
Пять раз, когда я была просто не в настроении для его дерьма.
Мысленно взвесив, стоит ли ему противиться, если он неизбежно в итоге добьётся своего, я усилием воли заставила себя отвернуться от окна и окинула взглядом пастельную комнату, которую они отвели под мои «апартаменты».
Комната была просторной, до абсурдного огромной, как переделанный бальный зал.
Размер не делал её менее похожей на тюрьму… как и роскошная еда, которой они меня пичкали, или дорогие платья, халаты и туфли, которые занимали два огромных антикварных гардероба; или ванна с ножками-когтями в мраморной уборной; или высокие потолки с золочёной отделкой; или рояль в углу у противоположного окна.
Я чувствовала себя как Рапунцель в башне.
Вот только у меня не было красивых золотистых волос.
С другой стороны, даже если бы у меня были такие волосы, я сомневалась, что Блэк вскарабкался бы по ним — при условии, что он вообще планировал явиться сюда. Он скорее сказал бы мне спрятаться в той толстой фарфоровой антикварной ванне с ножками в форме лап, пока он атаковал это здание несколькими дюжинами боеголовок «Джавелина» [12] или таким же количеством «Томагавков» [13] в зависимости от того, какой подход он выберет.
12
«Джавелин» — американский переносной противотанковый ракетный комплекс. Предназначен для поражения бронетехники и низколетящих малоскоростных целей.
13
«Томагавк» — семейство американских многоцелевых высокоточных дозвуковых крылатых ракет большой дальности стратегического и тактического назначения подводного, надводного, сухопутного и воздушного базирования. Совершает полёт на предельно малых высотах с огибанием рельефа местности.
Хотя, подумала я, опять-таки, ему это может уже и не понадобиться.
Я не хотела думать о том, где он находился сейчас.
Я не хотела думать о том, кто или что на него охотилось.
Я вообще едва могла вынести хоть какие-то мысли о нём, учитывая своё совершенно беспомощное состояние, бл*дь.
А ещё боль.
Боль ухудшалась как будто с каждым днём.
Каждую ночь я просыпалась от того, что провоцировала ошейник, потому что мой свет неизбежно устремлялся на поиски моего мужа, пока я спала.
— Идите сюда, — сказал Алексей.
В этот раз его тон сделался уговаривающим, словно я была напуганной собакой.
Они дали мне пса.
Ну, Алексей дал мне пса.
Угольно-чёрный щенок ирландского волкодава. Алексей окрестил его «Пётр» и вручил его мне в коробке высотой почти в мой рост. Он обернул эту коробку обёрточной бумагой цвета «золотистый металлик», украсил пурпурно-синим бантом и ввёз на тележке, запряжённой маленьким пони. Два мужчины стояли у двери и трубили в трубы, а упряжь лошадки украшалась колокольчиками.