Черные руки

Бородин Стас

Вожди корнвахов, однако, оказались более проворными! В их руках появились кинжалы и «ахваты». Преодолев секундное замешательство, они разразились боевыми кличами и бросились в атаку.

Поверх их голов полетели отравленные стрелы. Одна стрела ударила короля в грудь, а вторая чуть не выбила из его рук магический шлем, который он как раз надевал на голову.

— Собаки! — зарычал король, опуская забрало. — Предатели! Как вы посмели напасть на своего короля!

Огромный двуручный меч поднялся навстречу

атакующим, и вонзился в живот вождя Ворона. Корнвах метнул свой топорик, но король от него легко уклонился.

В следующее мгновенье могучий вождь Конь плечом врезался в грудь Торха Второго, опрокидывая его навзничь. Вожди как дикие кошки прыгали на короля сверху, разя его своими кинжалами и «ахватами».

Я стоял над переплетенными в жестокой схватке телами и не решался нанести удар. Ивинен визжал как тысяча демонов. Он рвался у меня из рук, и если бы я, хоть на секунду, дал ему волю, он разорвал бы моих неожиданных союзников на части!

Я пытался удержать Ивинена, но копье вращалось у меня в ладонях все быстрее и быстрее, оглушая своим визгом и боевыми кличами.

Тем временем из клубка человеческих тел появилась рука в магических латах. Кинжал, зажатый в бронированном кулаке, методично вонзался в голые спины корнвахов, окрашивая их кровью.

Вождь Сокол рухнул мне под ноги с разорванным горлом. Вождь Змей отполз в сторонку, прижимая к животу вываливающиеся внутренности.

Кочевники бились отчаянно. Они не обращали внимания на потери и собственные раны.

Вождь Конь ухватил короля за руку, и своими огромными пальцами вырвал их нее кинжал.

Окровавленные корнвахи расступились. Вождь Конь крепко держал короля в своих стальных объятиях, приподняв пленника над землей. Магические латы хрустели и трещали, впиваясь в бессмертное тело, а ослепленные жаждой убийства вожди, вонзали свои клинки в беззащитную спину врага.

Торх Второй Ужасный засмеялся.

— Давайте, собаки! — закричал он. — Покажите, как вы любите своего короля!

Магические латы были разворочены в десятках мест. Кровь стекала из-под шлема и капала прямо в глаза вождю Коню, который крепко держал противника на весу.

— Ну что же вы! — закричал Торх Второй. — Это все, на что вы способны?

Откинув голову назад, он со всей мочи ударил вождя Коня шлемом в лицо. Великан покачнулся, но не выпустил его из смертельных объятий. Руки корнваха напряглись еще сильнее, сжимая пленника так, что доспехи затрещали и заскрипели, кровь из-под них хлынула ручьем.

Король продолжал бить кочевника шлемом в лицо. Вождь Конь втянул голову в плечи и плотно прижался к пленнику, однако стальное забрало, как клюв хищной птицы, раз за разом вонзалось в беззащитный череп.

Раздался треск, корнвах попятился и зашатался. Руки великана безвольно разжались, и он, как подкошенный, рухнул

на землю. Из пробитой головы толчками вытекала кровь.

Корнвахи отступили. Они тяжело дышали, и выглядели как израненные бойцовские собаки, глядящие на своего жестокого хозяина.

Король, как ни в чем ни бывало, подошел к лежащему на земле вождю Ворону и выдернул из мертвого тела свой двуручный меч.

— Теперь, — крикнул он, плюясь кровью сквозь забрало шлема. — Я вам покажу, как я люблю вас!

Меч сверкнул в воздухе и один из вождей упал на землю с перерубленными ногами. В падении он метнул свой «ахват», который был с легкостью отбит крестовиной меча.

— Прими мою любовь! — закричал Торх Второй и пригвоздил кочевника к земле, пронзив ему грудь мечом.

Две стрелы, пущенные из-за моей спины, пробили короля насквозь и опрокинули на землю.

— Давай, Марк! — закричал Аш, потрясая луком. — Добей эту тварь!

Не мешкая ни секунды, я прыгнул вперед. Ивинен обрушился на поверженного врага, как удар молнии!

Копье отскочило от магических доспехов, даже не оставив на них царапины. Король засмеялся и рубанул меня по ногам. Я успел отпрыгнуть и ударил вновь.

Посыпались искры. Ивинен завизжал от бессильной ярости, жаля поверженного противника как огромный скорпион.

Каждый удар был сильнее предыдущего, но король смеялся, а его все глубже и глубже вгоняло в кровавую грязь.

— Брось эту затею мастер-колдун! — кричал он. — Не выставляй себя на посмешище!

Пот заливал мои глаза, ремень под подбородком стал скользким, я задыхался. Сделав шаг назад, я открыл забрало, пытаясь отдышаться.

Воспользовавшись передышкой, король перевернулся на живот и пополз прочь, неуклюжий и нелепый, как страшный ископаемый ящер.

Оставшиеся в живых вожди пришли в себя и тут же бросились в атаку. Многие из них были безоружными, свои кинжалы и «ахваты» они давно потеряли, однако они были готовы сражаться даже голыми руками.

Двуручный меч описал полукруг, и кочевники остановились, в нерешительности поглядывая друг на друга. Преимущество теперь было вновь на стороне врага.

— Падите на колени, — закричал король. — И я буду милостив!

Стрела Аша пронзила шлем Торха Второго насквозь. Он сделал два шага вперед и обернулся.

Железный наконечник торчал у него из щеки, а забрало болталось, наполовину оторванное.

— Вами я займусь потом, — пообещал король, и поднял свой страшный меч, надвигаясь на соплеменников.

Я зацепил струну из маны за древко Ивинена, размахнулся и метнул его, целя королю в спину. Удар был такой силы, что Торх Второй кувыркнулся через голову, сбивая с ног опешивших кочевников. Его шлем слетел с головы, и как мяч на игре в траки, дребезжа покатился по ледяному полю.