Чёрные руины
Шрифт:
Да, до города-то час.
И что с того, что пробежали уже приличный кусок пути? Бегут-то ночью, а значит больше времени.
Чтобы не думать ни о чём, Марина уставилась в спину светлого драко Киприана, бегущего прямо перед ней. На Хальдора она смотреть не могла. Боялась. Сразу начинала думать о том, что может произойти в умирающем городе. А вдруг, если понадобится, Хальдор пожертвует ею? Уже одно то, что он лично пустился в эту жуткую авантюру, вызывает подозрение в чистоте его помыслов. Как он сказал? Боится, что специалисты из столицы узнают о её силах и заберут её для изучения? Но Шторм же чётко объяснил ситуацию: она, Марина, будучи его женщиной, - уже является собственностью
"Ну хватит же об этом!
– рассердилась на себя Марина.
– Сколько можно думать об одном и том же!"
К счастью, они бежали уже по самой пустоши. Здесь безоблачное чёрно-синее небо отпрянуло от бегущих громадной чашей-куполом, украшенной россыпью мелких белых звёзд. "Ни одного знакомого созвездия", - грустно подумала девушка. И, несмотря на ползающие по защитной сфере соломенные окаменелости с черепами вместо голов, несмотря на остатки унылых дум, девушка чувствовала себя довольно бодрой.
А может, виноват свежий воздух. Ведь там, ближе к замку, в воздухе вилась мельчайшая строительная пыль, из-за чего и першило в горле. Это Марина поняла только сейчас, когда вдохнула свежей прохлады. Сейчас же единственное, что мешало полностью ощутить свободные просторы - это всё те же голоса. Она всё думала о них не только как о стонах умирающего города, теперь она слышала отдельные голоса умирающих домов; голоса улиц, которые рассыпались в труху...
"Нет, пожалуйста, не надо!"
Снова попытавшись переключиться, Марина подумала о новом, магическом зрении. Как оказалось, привычка к такому зрению сродни привычке к наркотику. Только успела немного посмотреть на мир другими глазами, как поняла, что ей без магического зрения видеть происходящее вокруг уже мало. "Мой Шторм!
– выдохнула Марина любимый пароль и, слабо улыбнувшись, решила: - Нет, я всё же обладаю всеми задатками журналиста! Мне нужно видеть всё своими глазами! Знать и понимать досконально все события, о которых я узнала... Ой, что это?"
Едва она взглянула под ноги, как обнаружила, что бежит, как и все остальные, по колено в прозрачных бледно-зелёных полосах. Они даже сумели пронизать защитную сферу Мелинды.
На дёрнувшуюся руку обернулась светлая драко. Мелинда сразу заметила, куда именно смотрит Марина.
– Это те самые силы города, который вытягивает тот, засевший в замке.
Марина благодарно кивнула ей за подсказку, слегка успокоившую расходившееся от страха сердце.
Снова уперев взгляд в спину Киприана, Марина заставляла себя думать, чтобы забыть об опасности, которая выпивала эмоциональные силы. "Получается так: те специалисты каким-то образом не заметили, пропустили, что часть магической грязи сбежала. Кстати, а если эта частичка грязи исподтишка набросилась на них и использовала их души, чтобы добраться до развалин замка? А в этих развалинах магическая грязь нашла, например, душу хозяина замка? Ну, одного из хозяев? И влезла в его мятущуюся душу, воссоздала его тело? И грязь себя почувствовала настоящим хозяином? А если этот хозяин был убит - и несправедливо? Или сам был из магов?.. Ужас, о чём я думаю..."
И врезалась носком ботинка в незамеченный камень, невольно взвыв от боли. Шторм тут же кинулся к ней, а Мелинда остановилась. Судя по светлой драко, она тоже была на грани, и Шемар немедленно подошёл к ней, чтобы взять под руку.
Вернулся к остановившимся Хальдор, дышал сипло и громко.
– Обычной утренней зарядки для такого пробега маловато, - проворчал он, косясь на ползающие по защитной сфере окаменевшие
Захария замерла на месте, а потом огляделась.
– Вот этот обломок хорош, чтобы посидеть на нём и отдохнуть, - кивнула она на камень, и в самом деле похожий на половинку развалившегося пополам громадного валуна, причём валуна округлой формы.
Первым на край обломка свалился Хальдор и застыл глазами на соломенном уродце, который, как нарочно, оказался напротив него - и тоже замер, сияя жёлтыми пустыми глазницами звериного черепа.
– Хм, интересно, - медленно сказал Рассветный Шторм, усадивший Марину на краешек, после чего приблизившийся к одному из уродцев.
После его странной реплики все уставились на него.
А Шторм постоял-постоял перед уродцем, а потом просто-напросто ткнул указательным пальцем в его дыру на черепушке - там, где должен быть нос.
Все затаили дыхание.
Сначала погасли глазницы существа.
Потом уродец весь как-то расслабился - и съехал по сфере, уже тряпичной игрушкой шлёпнувшись с неё на землю. Все затаили дыхание, ожидая, что уродец вот-вот зашевелится и снова полезет по сфере. Но тот валялся снопиком, выглядя так безнадёжно, что больше никто не сомневался: больше он не встанет.
– И что это доказывает?
– задумчиво спросил Хальдор.
– Я так понимаю, ты выполнил простейший некромантский приём вытягивания искусственной жизни?
– Да, - тоже довольно задумчиво ответил Шторм, и, оживившись, к нему подошёл Буклих, тоже стал кровожадно (с его-то, оскаленной при этом пастью!) разглядывать уродцев на сфере.
– Это доказывает, что существа наполнены жизнью очень слабо. И то, что, если бы не вереница этих уродов за нами, мы давно могли бы от них избавиться.
Марина оглянулась впервые. Холодок по спине: Шторм сказал - вереница.
Каменно-соломенные уродцы в темноте глубокой ночи так желтели глазами, словно специально обозначили тоненькую ниточку тропинки за путниками.
Двадцать первая глава
Марина сама не заметила, как пропала боль в пальцах ноги, которой нечаянно врезала по камню. Потом, вспоминая вынужденную передышку на обломке валуна, она сообразила, что сидевший рядом Хальдор, склонившись в её сторону, как-то рассеянно махнул рукой, чуть не задев её ботинок. Именно он снял боль.
Сидеть пришлось недолго. С каждой секундой каменно-соломенные уродцы из той вереницы, которой девушка не заметила бы, не укажи на них Шторм, приближались к вынужденному месту отдыха, постепенно окружая их. Марина понимала, что пробить защитную сферу они не смогут - Мелинда подтвердила. Но чем больше их вокруг, тем меньше в будущем будет маневренности, если придётся драться с кем-то посерьёзней.
Шторм из того же праздного любопытства, как объявил его действия Хальдор, свалил со сферы ещё парочку уродцев. Буклих, заинтересованный - сумеет ли он повторить сделанное другом, тоже сбил одного. Но на место "сдохших" лезли другие. И девушка грустно подумала: если бы убивать троих за одного - это ещё было бы неплохо. Но именно что на место одного сбитого лезли трое из вереницы. Лучше б ведуну оставить силы на то, что произойдёт впереди. Тем более никто не представлял себе, чем страшны эти уродцы. Даже привычно спокойный светлый драко Киприан, будучи сильным видящим, посматривал на них с опаской. Что уж говорить о Шемаре, который теперь не выпускал оружия из рук. Хотя Марина разок отметила, как руки тёмного драко вздрогнули: кажется, Шемар тоже не отказался бы попробовать сбить парочку уродцев знаменитым драконианским огнём.