Чёрные руины

Джиллиан

Светлый драко покачал головой. Кажется, что он настолько молчалив, что привык обходиться жестами или другими так называемыми невербальными знаками общения.

– Рассветный Шторм, прошу тебя снова встать, - предложил Серый Ветер и обратился к гостям.
– Я попробую увеличить то, что однажды заметил. Следите за моей рукой. Мне кажется, глаз должен привыкнуть к прячущимся признакам стихий. Потом буде легче. Итак, приступим. Леди Марина, подойдите. Вы ведь тоже хотите видеть?

Девушку поставили чуть сбоку. За её спиной встал Киприан и ладонями слегка сжал виски.

Когда она напряглась от этого слишком интимного жеста, Шторм сразу заметил её замешательство и предупредил:

– Просто смотри на меня - и всё.

Девушка успокоилась, а потом её глаза так застыли, округлившись, что она какое-то время вообще не могла моргнуть: вокруг Шторма постепенно появлялось нечто такое разноцветное и настолько стремительно мелькающее, что хотелось смотреть. Но - засада! Едва она улавливала что-то, на чём хотелось задержать взгляд, это нечто тут же вырастало в огромный кусок события, а оно постепенно делилось на части, которые глаза суматошно пытались отделить одно от другого - и не успевали! Такое она видела в фильмах, когда компьютерный "взгляд" из космоса постепенно находил на Земле определённое, интересующее исследователей место или человека.

Пришлось отвести взгляд от Шторма чтобы собраться с мыслями и понять: она видит с помощью Киприана - и видит тот самый информационный слой человека и любого живого существа, который рассказывает прорицателям всю подноготную об изучаемом объекте! Или какую-то его часть.

И тут же вернулась к видению. Когда она ещё сумеет видеть так, как помогает ей Киприан?.. А Серый Ветер уже, видимо, выполнил обещанное, увеличив едва видные воспоминания Шторма, взятые с Марины. Захария так и впилась глазами в пространство напротив сердца молодого ведуна.

– Боги, какая красота!
– нервно пропела она, медленно протягивая руки к видимому для неё пространству перед молодым ведуном.

"Эй, ты!
– хмуро прикрикнула Марина про себя.
– Руки прочь от моего мужчины!"

Но потом девушка разглядела то, что поразило стихийницу, и сама не заметила, как открыла рот. Киприан тоже увидел - это Марина сообразила быстро, чуть только видение начало пропадать. Поэтому она, не глядя, быстро прихлопнула ослабевшие от сосредоточенности на другом ладони видящего-проводника к своей голове и продолжила вглядываться в то, что Серый Ветер всё уверенней увеличивал... И неожиданно вдохнула морозный воздух; зажмурилась, ослеплённая солнцем, уже мысленно видя голубой небесный простор, в который летела над деревьями, согнувшимися под снегом внизу...

– Не понимаю природы этих стихий!
– возбуждённо заявила Захария.
– Но что это стихии - готова подтвердить где угодно! Они такие свежие и сильные! Откуда?! Чьи они?!

Серый Ветер через плечо вопросительно оглянулся на Марину, та вздохнула и тихонько призналась:

– Это мои. Но я о них не знала.

Стихийница немедленно обернулась к девушке и жадно осмотрела её, после чего на лице Захарии появилось такое обиженное выражение, что Марина торопливо сказала:

– Да знаю я, знаю, что их не видно. Но что делать? Правда, могу доказать...

– Чем?
–

На этот раз Захария спросила, с такой жадностью снова вглядываясь в её глаза, что девушка чуть не засмеялась. Стихийница была похожа на ребёнка, который твёрдо знал, что под ёлкой положен главный подарок для него; прибежал, пораскидал все свёртки - ан нетушки подарка-то! И чуть не ревёт, пока родители не покажут желанное, вынув заветный подарок из-за собственных спин.

Так что Марина просто протянула одну руку к Захарии (другой продолжала прижимать к голове ладони видящего-проводника) и переплела свои пальцы с её. И сама открыла рот, глядя, как с её ладони хлынула прозрачно-призрачная волна. Шторм стоял рядом и неверяще смотрел на сплетение пальцев.

– Но это уже видно! Вижу её силу!

– Зрительная защита рушится, - тихо сказал Серый Ветер.
– Чем больше видишь с помощью проводника, тем сильней начинает проявляться тайная сила.

– То есть я разрушаю защиту сама?

– Правильно. Но маленький нюанс: ты разрушаешь то, что не давало тебе и другим видеть. Настоящая защита остаётся. Она нам даёт лишь увидеть силу. И то - при условии, что ты ею пользуешься.

Не отрывая своих пальцев, стихийница приподняла руки - свою и Марины, внимательно рассматривая происходящее. Наконец кивнула.

– Идеальный сплав четырёх стихий - каждая в своей индивидуальной форме. Огонь - солнце. Вода - снег. Земля - деревья. Воздух - небеса голубого цвета. Но сплав. Именно этот сплав держит защиту и даёт силу. Откуда вы, леди Марина?

– С Земли, - покосившись на Серого Ветра, ответила Марина. Разве он не предупредил преподавателей об этом? Вроде во вступительном слове прозвучало её происхождение. Или они не обратили внимание на это, пока ещё скептически думая для чего созвали сюда в такой критической для академгородка момент.

– Зачем...
– хрипло сказал Шторм, тяжело уставившись на Серого Ветра.
– Зачем вы это делаете? Мы не договаривались...

– Рассветный Шторм, - вздохнул старый ведун.
– Останавливаться нельзя. Мы начали разблокирование сил леди Марины. Сейчас начинается главное - мы можем узнать, какая связь между её силой и коллектором. И спасти студентов и преподавательский состав. Неужели ваша тайна на двоих не стоит того?

Марина даже вздрогнула, услышав. И лишь секунды спустя выдохнула: старый ведун говорит о другом - не о той тайне, которая по-настоящему у них с Штормом на двоих. И... Всё произошло именно так, как она и думала перед приходом преподавателей: личное переросло в общественное. Основную тайну скрывать уже нельзя.

– То есть вы уже сейчас можете объяснить моё появление здесь?

– Только примерно, леди Марина! Естественно, что только примерно!

Старик жестом указал на кресла, приглашая сесть и поговорить. Парочка, конечно, уселась в одно кресло: Шторм - потому что был недоволен происходящим, а Марине просто хотелось, чтобы он был ближе. В два других кресла уселись видящий-проводник и стихийница. Серый Ветер остался на ногах.

– Боюсь, нам придётся прекратить использовать мёртвый город как коллектор.