Черные пески
Шрифт:
Возражал больше для полемики, чтобы коллективно рассмотреть спорное решение с разных сторон. Помогая себе жестами, Дарья обсудила проблему с Айной, которая принялась бинтовать черепушку приблудного «сор-коли». После их короткого диалога шатенка поставила меня перед фактом:
— Короче, берем придурка с собой.
В оценке умственных способностей боевого раба мы оба ошиблись. Едва я начал рубить своим неказистым ножом побеги с грибным семечком, чтобы хватило прокормить пополнение, как тот показал на свое копье, что-то промычал и указал рукой направление.
— Зовет пойти с ним, — озвучила очевидное Дарья.
Вместо ощущения опасности в душе шевельнулось предчувствие
— Быстро собираем еду и идем, раз зовет.
Айна ловко сняла остатки хлебных дынь с лиан, в этот раз плоды нам достались мелкие, и было их до обидного мало. Лучшие унесли вчера, а новые не успели созреть. Мы с Дарьей в четыре руки связали два пучка грибных побегов по дюжине в каждом. На самом краю оазиса дернули пяток кустов арахиса, выкопав пару горстей стручков. Пользуясь случаем, аборигенка нарезала разной зелени: может, на чай, а может и для лечения. Собирала гербарий со знанием дела, пришлось немного задержаться. Раненый четырехпалый никуда не торопился, проявляя терпение и почтительность.
Сорколин привел нас не в засаду, а к куче трупов. Поверх шестерых полуголых недочеловеков, сваленных как попало, валялся еще один с оружием в руках. Крепкий воин человеческого облика.
Все мертвецы имели колотые и рубленые ранения, а это зрелище не для слабонервных. Что странно, вокруг никаких следов волочения тел, словно они на этой поляне вот так сразу кучей и возникли.
Лежащий поверх остальных боец сжимал гибрид меча и короткого копья. Что характерно, железное лезвие покрывала засохшая кровь. На широком поясе покойного висел кинжал в потертых кожаных ножнах. По количеству украшений он тоже лидировал — кроме привычного жетона на шее имелся кулон в виде солнца, а запястье оплетал тонкий витой браслет. Еще на трупе присутствовали неплохие штаны свободного покроя из плотной ткани и сапоги на толстой подошве с коротким голенищем. Обуви я был рад даже больше, чем оружию! Только бы подошла, а то деревянные сандалеты просто достали! То песок зачерпнешь, то палец разобьешь, еще и постоянный дикий страх наступить на скорпиона или фалангу. Откуда-то я знал, что боль будет адская и несколько дней придется жить на одной ноге. Что в наших условиях гарантированная смерть.
В этот раз Дарья молча наблюдала, как я оттащил от общей кучи поодаль и снял с непослушного окостеневшего тела все, кроме нижнего белья. Да, крепкий дядька был, закаленный боями — вся шкура в шрамах. Из такого мощный упырь должен получится!
Большинство убитых четырехпалых уродцев не имело даже обуви, только набедренные повязки. Сорколин помог мне растащить эту жуткую кучу-малу. За что немедленно был награжден банданой и окровавленной накидкой из грубой холстины с нарисованными черной краской знаками. Пародия на сюрко с гербом господина? Все это великолепие снял с трупов в основании «поленницы». В одном покойнике торчал обломок копья, который тоже не побрезговал извлечь.
В глаза бросилась странная деталь. Боец начисто брил волосяной покров, следы которого имелись в положенных местах. У четырехпалых же волосы не росли принципиально. Павший воин, несомненно, относился к человеческому виду, а вот остальные мертвецы больше походили на неудачные копии людей. У двоих вовсе имелись нарушенные пропорции частей тела на грани врожденных уродств.
Взял в руки глефу, небрежно воткнутую окованной пяткой в песок перед грабежом. Оценил покрытое кровью, словно лаком, лезвие и прочное, отполированное ладонями владельца древко. Нда-а, подточить нужно, убрать зазубрины и защитными перчатками для комплекта хорошо бы обзавестись. Итак, двуручный хват, атакующая стойка, взмахнул оружием, срубая сочный побег
— А теперь отойдите и не смотрите, — обратился к спутникам, борясь с тошной от одной мысли, что сейчас предстоит делать.
— Что ты задумал? — настала очередь Дарьи задавать глупые вопросы.
— Ты знаешь, что ночью они восстанут, а нам завтра за водой идти.
— Но должен быть другой выход! — настаивала девушка.
— И он наверняка есть! Но я его не знаю. И у нас мало времени, скоро сюда пожалуют падальщики!
Вместо продолжения спора Дарья прочитала над телом аборигена «Мир и вечный покой!» и это подействовало. Плоть воина начала медленно усыхать, потом рассыпалась невесомым пеплом. Но в отличие от порождений скверны без черного дыма и смрада. Увы, ее маны хватило только на троих.
Айна и даже приблудный сорколин восприняли похоронный обряд, как должное. А вот задуманную мной расчлененку вряд ли бы одобрили. Воин поделился аж двумя сферами: с навыком Копейщика и особенностью «Толстокожий». Остальные отделались пустыми бусинами и щепоткой песка.
— Выбор без выбора, — проворчала Дарья, забирая себе навык работы с древковым. Девушка уже видела себя магом и оружие терпела по необходимости. Но и беззащитной обузой быть не желала. У меня же навык Копейщика уже не просто имелся, а отлично себя показал в бою с ящерами.
Глава 9
Напрасно утром у обелиска возмущался, приобретенная дальнозоркость без преувеличения спасла наши жизни. И не только наши. У храма группу усталых прихожан поджидал целый комитет по встрече. Четыре мертвяка топтались перед защитным барьером. Еще какой-то мужик прятался за колонной у входа. Как раз там, где я метательные камни кучей сложил.
— Жизнь без сюрпризов — это не жизнь! — задумчиво пробормотал себе под нос, только потом понял, что фраза прозвучала двусмысленно.
— Опять мертвечина! — возмутилась Дарья, словно древний разрушенный город обязался ее развлекать, ни разу не повторяясь.
Счет пошел на минуты, когда нас почует первый ходячий ублюдок. Сейчас на нашей стороне играло расстояние и сложный рельеф. Остатки зданий надежно перекрывали видимость и экранировали наши средоточия. Почему-то был уверен, что в случае с магами, нежить наводится не на «биение жизни», а именно на источники.
— Так, обходим их справа. Заходим под барьер с задней стороны храма. Сейчас крадемся тихо. Открытое пространство перебегаем все вместе.
Дарья довела мой приказ до местных. Получилось все в лучшем виде. Нежить нас засекла, когда мы уже со всех ног мчались к безопасной зоне. Пока упыри огибали барьер, мы уже заскочили под его защиту. Самому резвому ходячему Даша прочла отходную. Оскаленная харя натурально треснула и задымилась, но полностью упокоить тварь не хватило сил. Эх, не вовремя она потратилась на похоронный обряд!
У лестницы чадила головешка — в общем порыве тупоголовый мертвяк сунулся в защитное поле и ощутил на себе всю силу божественного гнева. Остановиться и дать бой мы не могли. Даша пустая, а с двух сторон к храму двигались новые неупокоенные. Только успевал вертеть головой и фиксировать новых противников, возникающих из ближайших развалин.