Черные пески
Шрифт:
— Слова Денниса сходятся с тем, что сказала мне Кирсти Ньюветт, — сказала Кейт. — Кирсти описывала старика с седыми волосами, который похитил и увез ее на старом, с выцветшей краской, автомобиле. Она рассказала мне, что глаза этого старика были странного голубого оттенка, почти пурпурного, как будто он носил контактные линзы.
— Это могла быть маскировка. Ничем не примечательная смена в оттенке глаз не играет особой роли. Скорее всего, он носит парик или отращивает бороду, а затем снова сбривает ее, — задумчиво произнес Тристан.
Кейт трясло от шока
— Это означает, что Кирсти Ньюветт говорила правду — ее похитили. И Магдалену тоже сейчас держат в заложницах. Ее вовсе не смыло в сточную канаву ливнем, — сказала Кейт.
— Что нам теперь делать? — спросил Тристан.
Кейт перестала расхаживать.
— Прошло восемь дней с тех пор, как пропала Магдалена, а полиция даже не придала этому значения. Никто ее не разыскивает. — Кейт взглянула на часы: было около семи вечера.
— Ранее я размышляла о клубе «Хедли-хаус». Ульрих Мазур и Салли-Энн Коббс покинули «Хедли-хаус» и были похищены на обратном пути в Эшдин. Если семья Бейкеров каким-то образом причастна ко всему этому, то вполне логично, что заложников могли удерживать где-то внутри этого заброшенного клуба, и именно там и удерживают сейчас Магдалену. Я не знаю, есть ли там подвал, но думаю, нам стоит съездить и все там проверить.
— Когда мы едем? — спросил Тристан.
— Сегодня ночью. Прямо сейчас, — сказала Кейт.
50
После мучительно долгих часов, проведенных за соскабливанием и дроблением бетона и штукатурки у основания унитаза, Магдалена почувствовала, как материал наконец-то пошел трещинами, и унитаз начал отделяться от пола. Она встала и потерла онемевшие кисти, чтобы вернуть чувствительность пальцев рук. Девушка позволила себе взять передышку всего на несколько минут и выпить воды, а затем начала расшатывать унитаз из стороны в сторону.
Унитаз довольно быстро и с внезапным треском оторвался от того места, где крепился к полу. Трубка, соединяющая его с водным баком на стене, отошла без особых усилий. От волнения сердце девушки словно подпрыгивало в груди, и она не заметила, как вода пролилась ей на джинсы и пот стекал по ее напряженному телу.
Магдалена протащила унитаз из маленькой подвальной комнаты через весь коридор и услышала, как керамическая оболочка унитаза с лязгом стукнулась о металлические двери лифта. Девушка забралась на него и была вне себя от радости, что смогла дотянуться до потолка и ощутить грубую на ощупь штукатурку.
Она переместилась чуть левее и обнаружила, что ей придется наклониться вбок, чтобы добраться до люка. Она передвинула унитаз на другое место и снова взобралась вверх. Когда она провела руками по люку в потолке, она почувствовала, что он находится на одном уровне с внешним кронштейном и потолком.
В потолке была небольшая прорезь, куда можно было вставить ключ или монету и повернуть так, чтобы открылся люк.
— Черт, — прошептала Магдалена. Плечи девушки поникли от
Закончится ли это когда-нибудь? Вернется ли ее жизнь в прежнее русло? Девушка слезла с унитаза на пол, ощутив головокружение от этого усилия.
Осколки плитки. Плитка на стенах разлетелась на куски, когда я выстрелила во второй раз, — подумала она.
Магдалена поспешила обратно в комнату с кроватью, на ощупь пробираясь через помещение, прикасаясь к стенам и дверным проемам и стараясь не думать обо всех этих брызгах крови, которые она видела в тех кратких вспышках от выстрелов из пистолета. Она отыскала на ощупь кровать, под ногами лежали обломки плитки.
Присев на корточки, Магдалена начала осторожно перебирать пальцами, копаясь в плиточных осколках. Она нащупала длинный крупный осколок плитки с плоским углом, заканчивающимся острым тонким наконечником, который мог послужить ей достойным оружием и стать хорошим дополнением в ее оружейном арсенале. Девушка засунула осколок за пояс джинсов, туда же где и пистолет. Затем нашла плоский обломок плитки толщиной и шириной с монету и поспешила обратно в коридор, залезла на унитаз и начала тянуться вверх.
Она вставила кусок плитки в замок крышки люка, и обломок подошел идеально. Девушке удалось провернуть им вправо, и затем пришлось уклониться в сторону, когда тяжелый люк с силой распахнулся. Она сразу почувствовала сквозняк, но глаза ослепило ярким светом. Она ощутила покалывание в глазах, когда зрачки сузились, и ей пришлось несколько минут щуриться от яркого света.
Магдалена стояла, наслаждаясь сквозняком, идущим из лифтовой шахты, а ее глаза вновь начали видеть все вокруг. Коридор был наполнен тусклым серым светом — совсем не ярким, но после долгих дней, проведенных в кромешной темноте, этого хватало с лихвой.
Она видела, что рядом с дверьми лифта в стене была небольшая замочная скважина. Ее руки, должно быть, не нащупали это отверстие, в такой-то темноте. Девушка спустилась и подошла к замку. Это была небольшая замочная скважина. Должно быть, таким образом, похититель открывал двери лифта. В ее голове проносились всевозможные безумные мысли: почему она не додумалась отыскать здесь замочную скважину?
Могла ли она позволить ему подобраться к ней и попытаться отыскать у него ключ? Нет, просто исключено. Магдалена провела пальцами по отверстию, жалея, что у нее нет при себе заколки для волос. Она не умела взламывать замки, но могла хотя бы попытаться.
Она повернулась и выглянула в коридор — теперь, когда она все видит, возможно, она могла что-то забыть там… Девушка вновь заглянула в отверстие люка. Сверху просачивался тусклый свет, и она могла видеть, что люк ведет в шахту лифта. Метрах в десяти выше была еще одна дверь лифта. Ее руки все еще сильно тряслись от усталости, и ей потребовалась вся ее энергия, чтобы подняться с унитаза и пролезть в люк. Сбоку от шахты лифта была расположена небольшая платформа, и девушка некоторое время обессиленно лежала там, пытаясь как следует перевести дыхание.