Черные холмы
Шрифт:
Она вздохнула и наконец поднесла к губам кусочек курицы.
– Ты был прав насчет автоматического пистолета… И скажу тебе еще кое-что. Мэтт - наш ветеринар - сказал, что в то время, пока я находилась в Перу, кто-то забирался в наш зоопарк. Дело было ночью. Они тут по очереди дежурят, когда я в отъезде или ночую у родителей. Животные подняли шум, и Мэтт вышел проверить… Однако было темно, и он никого не увидел.
– Когда это случилось?
– За пару дней до того, как я вернулась домой. Скорее всего, это был кто-то из диких зверей. Ограда не позволяет нашим питомцам выбраться
– Но ведь раньше они спокойно общались со своими дикими родственниками…
– То было раньше, - сухо заметила Лил.
– Мы пытаемся воссоздать привычные им условия, однако это возможно лишь отчасти. Мы изменили среду их обитания, а вместе с этим у зверей снизилась способность сопротивляться болезням. Птицы, грызуны, даже насекомые - все они могут занести инфекцию. Мы постоянно чистим и дезинфицируем вольеры, регулярно проводим медицинский осмотр. Делаем своим животным прививки и добавляем в их пищу витамины. Они не на свободе, и это возлагает на нас особую ответственность.
– Пусть так, - Купер сделал вывод, что рано решил, будто уже разобрался в том, как работает заповедник. Оказалось, он видел лишь верхушку айсберга.
– А вообще в ту ночь, когда ветеринар слышал подозрительный шум, что-нибудь обнаружилось?
– Ничего. Открыть клетки никто не пытался. Оборудование также было в порядке. Я осмотрела потом территорию, но после той ночи прошел сильный снег, и наши сотрудники его здорово затоптали. Не было никаких шансов найти чужие следы - зверей ли, людей ли…
– У тебя есть полный список служащих и добровольных помощников?
– Конечно. Но я уверена, что никто из них в этом не замешан.
– Лил, тебя не было здесь полгода. И кстати, ты действительно думаешь, что хорошо знаешь каждого из тех, кто бросает вашим кошкам сырое мясо?
– Мы не бросаем… - прервавшись на полуслове, она покачала головой.
– Волонтеров мы стараемся брать только местных. К тому же наша программа предполагает разные уровни ответственности. Большинство добровольцев выполняют самые простые задания - подвозят продовольствие, чистят вольеры. Самым опытным мы позволяем непосредственно работать с животными. Исключение составляют помощники ветеринара - они помогают Мэтту во время осмотров и операций.
– А я видел, как за животными ухаживали какие-то безусые мальчишки.
– Это практиканты, а не волонтеры. Главным образом студенты университетов. Они приезжают к нам на практику, набираются опыта.
– Наверняка у вас здесь есть всевозможные лекарства.
– Да. Они в медицинском кабинете, в сейфе. Ключи от сейфа есть только у четырех человек - у меня, Мэтта, Мэри и Тэнси. Даже помощники ветеринара не имеют доступа к лекарствам. К тому же мы каждую неделю проводим инвентаризацию, - Лил устало кивнула и потерла лоб.
«Пожалуй, на сегодня достаточно», - подумал Купер.
– Замечательная курица, - похвалил он бабушкину стряпню.
– О да! Поблагодари от меня Люси.
– Хочешь еще пива?
– Нет.
Салливан встал, налил себе и ей по стакану воды.
– Ты был хорошим полицейским?
– вдруг спросила Лил.
–
– Почему тогда ушел со службы? И не говори, что это не мое дело, раз уж ты по горло занялся чужими.
– Мне нужно было сменить обстановку.
– Мгновение поразмыслив, Купер решил рассказать Лил все как было.
– В моем подразделении была женщина. Дороти. Хороший полицейский, хороший друг. Именно друг, - повторил он.
– Между нами никогда ничего не было. Во-первых, она была замужем, во-вторых… Ну просто это были другие отношения. Но когда брак Дороти стал трещать по всем швам, муж решил, что всему виной я.
Он сделал пару глотков. Лилиан молчала, и Салливан стал рассказывать дальше:
– Мы работали над одним делом… Как-то вечером, после смены, пошли перекусить и заодно обсудить кое-какие детали. А этот Отелло нас подкарауливал… Я и предположить не мог, что такое произойдет, - словно снова удивился Купер.
– Не было никаких дурных предчувствий, и Дороти никогда не рассказывала, как все плохо у нее дома.
– Что случилось?
– Он вышел из-за угла и тут же начал стрелять. Дороти упала - прямо на меня. Возможно, этим она спасла мне жизнь, поскольку ее психованный муж продолжал палить из пистолета. Меня он только зацепил - пуля прошла навылет.
– Ты был ранен?
– Ничего страшного. Просто царапина. Правда, попади тогда пуля чуть-чуть левее, и это была бы уже совсем другая история. Дороти упала и потянула меня вниз своим весом. Помню, люди закричали, начали разбегаться… Раздался звон стекла - одна пуля попала в окно. Я выхватил пистолет. Я сделал это еще в тот момент, когда мы падали. Дороти уже была мертва, а он все продолжал стрелять в нее. Я тоже всадил в него пять пуль.
Голубые глаза Купера Салливана были ледяными.
«Так вот что его так изменило… - подумала Лил.
– Вот что повлияло на него сильнее, чем все остальное».
– Две пули я всадил в него, еще когда падал. Они попали в грудь и в плечо. Затем были еще три -в ногу, в бедро… Это уже когда я лежал на тротуаре. Все происшествие заняло не больше тридцати секунд. Кто-то из зевак записал его на мобильный телефон.
Тогда ему показалось, что прошла вечность. Видеосъемка отразила сцену, но не смогла передать ощущение крови на руках или то, как дергалось тело Дороти, когда в него попадали пули.
– Он полностью отстрелял обойму. Две пули попали в окно, одна задела меня. Все остальные он выпустил в жену.
Купер сделал глоток воды.
– В общем, мне потребовалось сменить обстановку.
В груди у Лил все сжималось от боли. Словно наяву, слышала она звуки выстрелов, звон разбитого стекла, крики случайных прохожих.
– Твои бабушка с дедом ничего не знают. Они никогда ни слова не говорили об этом. Значит, ты им ничего не рассказал…
– Рана оказалась легкой. Мне наложили несколько швов и отпустили домой. С Дороти они не были знакомы… Так какой смысл рассказывать? Проблем по работе у меня тоже не возникло. Была куча очевидцев плюс эта видеозапись… Но я не мог больше оставаться в подразделении, не мог работать в полиции. Вдобавок, -Купер улыбнулся одними губами, - частному детективу платят больше.